АлкХимик
Шрифт:
Алукарду же словно под дых ногой зарядили, да так, что аж глаза светиться перестали. А вот новый знакомый окружил себя темным коконом и направил посох в сторону тех кустов, где упыри складировали трупы выпитых животных. И через несколько секунд всем резко стало не до него.
Кусты с мертвечиной затрещали и упали, а перед нами предстала уродская масса в виде карикатурного человечка из смеси тухлой плоти разных лесных зверей. Без головы, без ступней и пальцев, с почти шаровидным телом. Две руки-бревна, две ноги-колонны. И этот монстр шагнул в сторону сатира, также отвлекая на себя
А я просто взял и выпил свою порцию экстракта. Не самый приятный вкус, стоит признать, получился. Даже достаточно блевотный. Был бы, если не стоградусная крепость, отрубившая вкусовые рецепторы на раз-два. Закусив сухариком, я занюхал локтем это легендарное хрючево и охренел, когда, сумев открыть глаза, увидел бицуху. Потом оглядел происходящее. Сисийский стоял, направив посох на нежитеборцев, а тех пытались приморозить к земле темные лапы. Охотники же отбивались от мясного голема и, надо признать, весьма удачно. Особенно Рондо неплохо так сдерживала его своей пусть и стихийной, но все же магией. Сатир молотил груду тухлого мяса бревном, словно легкой битой. Вампир сидел прямо на земле, согнувшись и держась обеими руками за живот с потухшим взглядом.
Глубоко вздохнув, я покачал головой и рявкнул со всей дури:
– СМИ-И-И-И-И!!! РНО-О-О-О-О-ОО-!!!
Рявкнул и охерел, когда мясной голем упал, отброшенный звуковой волной, превратившейся тупо в ударную. Даже нежитеборцам немного здоровья сбил звуком. И бревно у сатира из рук выбил.
– Еще одна сотворенная хуйня, и всех прокляну. – уже тихим голосом прорычал я, но получилось достаточно жутко. – Че за блядский нахуй тут творится? Блейзер?!
– А… Ну… - растерянно развел он руками и огляделся вокруг, пожимая плечами. – Вот…
– И? – рыкнул я в ответ. – Нормально говори, что было!
В общем, как я и предположил, все это оказалось простым недоразумением.
Когда Рондо докопалась до нужной глубины, всеобщему взору открылась мощная каменная дверь, оплетенная цепями. Теперь то понятно, что изделия эти бы зачарованы, да только не подумала она тогда об этом, увидев ту груду ржавчины. Обычно зачарованный металл в нержавейку превращается, а что кто-то мог взять для зачарования уже ржавое изделие, и вовсе никому в голову не могло прийти.
В общем, неудачливые саперы не стали гадать, какой провод резать, и перерубили все цепи. Дверь открыли, а там этот хер с посохом. Че то выкрикнул, рукой взмахнул, и прямо из камня во все стороны густая тьма хлынула. Она то Блеезеера из пещеры и вынесла. Вынесла крайне неудачно, в большой муравейник огромных и злых лесных красногрудых мурашей. Да еще и кожу сильно при падении о сук распорол, на жопе. Муравьи как кровь почуяли, как накинулись, как жопу с яйцами накусали, пока он зелье употреблял. Ну а дальше я видел.
Чувак этот оказался тем самым Каншердиамонкенийралсатом Фваляйсисийским. И да, когда-то много-много лет назад он сумел добиться условного бессмертия. Вместе с легендарным классом владыки тьмы, он получил возможность выбрать место для возрождения. Естественно, в тайне он это держал,
Долго и муторно он раскидывал по округе щупальца своих заклинаний, находя способы обойти этот барьер и изобретя столько новых магических приемов, что на пару сотен дипломов и докторских хватило бы. Они цеплялись за любую мертвечину, подчиняя ее воле мага, даже за призраков животных. С их помощью сисийский узнал, что над его логовом отсыпан холм. И потом долго, упорно и упорото пытался себя откопать. Само собой, качественно контролировать подконтрольную нежить из магической тюрьмы у него получалось так себе, поэтому и случались казусы, когда они вырывались и творили дичь. Особенно проблемы доставляли разумные экземпляры, типа вот таких разбойников. Могли копать, могли не копать. Прям как гастарбайтеры. А вскоре проблемы приносили охотники на нежить, истребляя всех подручных раз за разом.
Вот и в этот раз он почувствовал, что его нововылепленных землекопов угробили, и уже хотел от горя утопиться в бочке с вином. В очередной раз. Но в этот момент Конзах сбил цепи и высвободил заключенную в стенах зачарованную тьму. Каншердиамонкенийралсат попытался ее сдержать, как мог, но остатки вражеского заклятия ее еще сковывали, так что магическая сила послушалась весьма неохотно и хлынула наружу. Хорошо хоть, не убила никого.
Двал, увидев это все стороны, понял, что его менее искушенные в вопросах магии тьмы приняли выброс за атаку и начали обстреливать его кореша, психанул и подчинил всех своей вампирской воле, после чего принялся выводить наружу. Ну, а дальше уже известно.
Последнюю информацию, алукард выдавливал из себя явно через силу, полушепотом. Каншер объяснил это тем, что энергия незнакомого ему бога оказалась сильнее энергии Анкея, и ее просто напором выбило из клыкастого жреца, что ударило по его вампирской сути. Как так? А оказывается, у Блеезеера мощность бафов на его собственные характеристики завязана, на их сумму. А две из них щас у него были ебейшим образом раздуты.
– Слыш, Двал, тебя как хильнуть? Зельем или кровью? – присел я возле больного кровососа.
– Целебные снадобья не действуют на нежить. – покачал головой Каншер-как-то-его-там-дальше. – Для их восстановления нужно готовить особые составы, с добавлением некротических ингредиентов. Но вампиров, действительно, проще всего кормить кровью.
– Ну тогда ешь, пей, жуй орбит. – пожал я плечами и протянул Двалу руку, но тот лишь мотнул головой.
– Я могу не сдержаться и выпить больше, чем ты можешь отдать, с твоим то уровнем. – выдавил тот из себя слабым голосом.
– Давай не выебывайся. – сунул я запястье прямо ему под нос и добавил уже шепотом. – У меня щас сила с живучестью по девятнадцать тыщ восемьсот. Заебешься пересасывать.