Алина Дымова
Шрифт:
— Погоди-ка, — немного оттеснив меня он взял маркер, лежавший рядом с магнитами и со-единил между собой магниты одного цвета. Линии пересекались в одном месте, — Напомни что это?
— Пустырь. Сейчас пустырь. Там была гостиница, 7 лет назад ее закрыли, а 2 года назад снесли, — хорошо что я тогда заказала себе пропуск в архив.
— В базе данные только за последние 5 лет, — немного огорченно пробормотал Михаил Ан-дреевич
— Я без вас не хотела идти к Верблюдову за разрешением на посещение архива
— Закажи вначале пропуск, а то они его неделю
— Уже, — согласно кивнула я. Рыжий только хмыкнул и прошел на свое рабочее место, а по-дошла к своей доске и между схемами написала слово "пустырь". Глянув на свою схему, я ничего уже не понимала поэтому стерла все схемы и нарисовала вместо них новую: Жженова и Конкина я поместила слева, между ними написав "ювелирка" и "ограбление"; Ильичева и Эльвиру я поместила справа и написала между ними "авария" и "тело"; по центру я помести-ла слово "пустырь" и нарисовала стрелки от левой и правой стороны схемы к этому слову.
— А про хозяина гостиницы что-то есть? — спросил напарник, пока дорисовывала новую схему
— Нашла только фамилию: Горлов и место регистрации: город Заблоцк какой-то.
— Уже хорошо. Я им займусь. Знаешь, мелкая, нужно проверить еще одну связь
— Какую? — отворачиваясь от схемы, спросила я. Так схема мне казалась более понятной и все имеющиеся данные налицо, кстати о лицах, надо фотографии над фамилиями прикрепить для полной ясности, так сказать.
— Между ограблением и аварией. Ты выяснила откуда у этих грабителей машина взялась?
— За неделю до ограбления Иван Сергеевич Тихомиров заявил о ее угоне
Глава 3
Наконец-то наступил выходной! Честное слово, думала не доживу! Работа теперь конечно увлекательная, но уж больно утомительная! Вчера целый день просидела в архиве, и все без толку. Ладно, завтра опять пойду. А пока нужно по дому кое-что доделать, а то на неделе чув-ствую не до этого будет.
Вот только в обед мой трудовой энтузиазм прервал телефонный звонок
— Мелкая, дело есть, нужно встретиться, — без приветствия сказал мой напарник. Хам.
— Михаил Андреевич, я сейчас не могу, — несколько заторможено от его наглости ответила я (всегда торможу когда мне хамят)
— Что значит не можешь?! У тебя служба! — довольно-таки громко рявкнул в трубку Михаил Андреевич. Ну не скажу я ему, что у меня кипит бульон и печень разморозилась!
— Сегодня выходной, единственный и законный между прочим! — попыталась отделаться я
— У нас нет выходных! Давай выпроваживай своего хахаля, — рыжий сказал это таким тоном будто приказал пыль протереть! И вот же самое обидное, что никакого хахаля и в помине нет! Все также ничего личного! А с таким напарником кажется и не будет!
— Да я одна!
— Так в чем дело? — удивленно спросил рыжий
— Занята я… — буркнула я, вздохнув и окинув взглядом кухню, спросила, — через час подой-дет?
— Нет. Я уже у подъезда. Открывай! — ну вот что тут поделаешь? Пришлось открыть. Лад-но, буду при нем готовить.
Собственно
— Проходите, — открывая дверь, буркнула я. Рыжий на секунду запнулся, глядя на мой нож, но в квартиру зашел, — На кухню, проходите, — уточнила я и пошла вперед. А на кухне на буль-оне уже пенка появилась и сковорода разогрелась так, что масло начинало трещать. Отставив сковороду и снимая пенку с бульона, я, не оборачиваясь спросила, — Так что у вас там за дело? — боковым зрением я заметила, что рыжий сел за стол, я быстренько порезала лук и высыпала его на сковороду.
— Я звонил в Заблоцк, Горлова там нет и никогда не было. — Натирая морковь я хмыкнула
— Кто же он тогда? — спросила я, после чего высыпала морковь на сковородку и приступила к печени
— Это я и хотел узнать с твоей помощью, — ответили у меня за спиной
— Интересно, чем могу? — оборачиваясь, спросила я. Чего это он так побледнел? Проследив за его взглядом, я поняла. Просто нож и руки у меня был в крови от печени
— Э-эээ… А что у тебя с архивом? — уже когда я отвернулась, спросил он
— Я же вам говорила! — воскликнула я, промывая печень и ставя на огонь другую сковороду.
— Ну, да… Я хотел спросить, Тихомирова нашла? — кажется его отвлекают мои движения. Бедняга. Ну, нечего было меня в выходной трогать!
— Смею вам напомнить, что сегодня выходной! — вот поганая привычка вертеть что-то в ру-ках, когда нервничаю. На этот раз это был нож. Рыжий опять побледнел
— Да понял я, понял! — слегка нервно ответил он, я успела отвернуться, чтобы скрыть улыб-ку. Так печень тушится, вернемся к бульону.
— Что-то вы странный какой-то. А все от того, что много работаете, — ну не удержалась я от шпильки, не удержалась! — Информация по Тихомирову уже давно у вас на столе. Там никако-го криминала, на момент похищения машины, нет. Я вот тут подумала, может дело не в ма-шине, а в самом Ильичеве? — отворачиваясь от плиты, спросила я
— Возможно. Мне нужна твоя база, — уже спокойнее сказал рыжий. Так вот чего он припер-ся, пришел то есть. Если кто узнает про мою базу — мне светит срок. Это ведь государственные тайны, и они никак не могут быть в личном пользовании. Надеюсь, Секретной Безопасности (препротивнейшая служба контрразведки) никто не доложит.
— Хорошо. Сейчас принесу, — пожимая плечами, согласилась я. Сходив в комнату, я принесла и поставила перед ним свой рабочий компьютер.
Вот как включила ему базу, мой напарник просто пропал. Если бы не его рыжая шевелю-ра, которая маячила на периферийном зрении, вообще о нем забыла бы! Пока он что-то там искал, я успела приготовить еду на неделю, убрать на кухне, поставить чайник греться. В об-щем, я проголодалась (вообще-то я с утра ничего не ела), и насыпала себе тарелочку еды. Этот все не отрывался от базы. Наверное, тоже проголодался. Вздохнув, я насыпала еще одну та-релку и вместе с приборами поставила перед ним