Алхимик

Джеймс Питер

— Может, даже и дюжины, — согласился Коннор.

Она сделала глоток вина и осмелилась затянуться еще раз.

— Господи, до чего же вкусно! Коннор, негодник, ты же снова меня подсадишь на курение!

Наклонившись к Монти, он мягко забрал сигарету у нее из пальцев и потушил ее.

— Эй! А мне в самом деле понравилось!

— Оскар Уайльд однажды сказал, что сигарета самая совершенная вещь на свете — если тебе ее не хватило, всегда можно взять еще одну. — Он выжидающе посмотрел на нее.

— Совершенно справедливо, — признала она.

— Так

что уходи, когда ты впереди всех. Может быть, то же самое стоит отнести к «Бендикс Шер».

— Уйти из «Бендикса»?

— Чтобы заняться расследованием истории с «Матерноксом».

— Ты серьезно?

— Вполне. Я не хочу, чтобы ты пострадала.

Она посмотрела на скрюченный раздавленный окурок в пепельнице.

— Коннор, я не могу так просто взять и уйти.

— Вот этого я и боялся.

Он положил свою сигарету в пепельницу и пристально вгляделся ей в лицо.

— Я говорил Чарли Роули, что он не имеет ни малейшего представления, чем мы занимаемся. Как и ты.

— Так чем жемы занимаемся, Коннор?

Он покачал головой:

— Откровенно говоря, я думаю, что тебе надо поскорее забыть об этом.

— Если помнишь, именно ты придал мне смелости, — возразила Монти. — Когда я лежала в больнице и ты довольно откровенно намекнул, что смерть Джейка Силса не была случайностью.

Он снова взял свою сигарету.

— Это началось значительно раньше, — сказал он. — Я не собирался ни намекать тебе, ни внушать никаких мыслей или сомнений о том, чего тут не было раньше. Так?

Она знала, что все было именно так. Она даже не оказалась бы в больнице, если бы не послушалась Губерта Уэнтуорта и не согласилась помочь ему. Она коснулась ножки своего бокала.

— Так продолжай же — чего Чарли Роули и я не знаем о «Бендикс Шер»?

— Сначала расскажи мне, что тебе известно.

Она пожала плечами:

— Не очень много. Я… — Она внезапно запнулась. — Строго говоря, сегодня я услышала нечто очень странное. У меня сложились дружеские отношения с одним из охранников в холле. Пару раз я слышала, как лифт спускается в подвальные помещения, но, как ни странно, я не могла уловить, откуда же исходит этот звук. Когда я спросила его, он занервничал. Сказал, что мне стоит как-нибудь ознакомиться с планом здания… то есть намекнул, что здание Бендикс — не то, чем оно кажется. Затем посоветовал перечесть «Путешествие к центру Земли» Жюля Верна. — Монти улыбнулась.

Он сдержанно улыбнулся ей в ответ.

— Чувствуется, что у твоего приятеля богатое воображение, — сказал он и, избегая ее взгляда, опустил глаза в пустую тарелку.

— Коннор, а какие сведения о компании тыскрываешь от меня?

— Не знаю, Монтана. Я просто… — Встав, он потряс головой и, обогнув стол, оказался рядом с ней. Коннор неторопливо наклонился к Монти и взял за руки. — Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. Ты этого не заслуживаешь. И я этого не допущу. Договорились?

Монти

подняла на него глаза, и ее внезапно охватила неодолимая тяга к нему.

— Договорились, — согласилась она.

Он чуть сильнее стиснул ее пальцы и вплотную приблизил к ней лицо.

— Я только что встретил тебя и не собираюсь терять.

Монти охватило чувственное волнение. Она видела перед собой только его лицо, полное тепла.

— Спасибо, — тихо сказала она. — Я тоже не хочу терять тебя.

Он улыбнулся, и, глядя на него, она подумала, что в его улыбке есть что-то гипнотическое.

— Знаешь, Коннор, это в самом деле странно. У меня такое чувство, словно я знаю тебя сто лет.

— У меня тоже.

Их губы легко коснулись друг друга, и это ощущение потрясло ее с головы до ног. Они снова соприкоснулись, и ее охватила волна наслаждения. Ни о чем не думая, она потянулась навстречу Коннору и крепко поцеловала его.

Он ответил с неожиданной страстью, а она отодвинула кресло, встала и, обняв, притянула его к себе. Он тоже обнял ее и, с силой прижав к груди, припал к ней долгим поцелуем.

На долю мгновения они оторвались друг от друга.

— Господи, как я хочу тебя, — сказал он.

— Я тоже хочу тебя.

Он легко и нежно поцеловал ее в лоб, а она, взяв его за руку, повела наверх, в ее спальню, где зажгла лампу под плотным абажуром.

Какое-то мгновение они просто стояли, глядя друг на друга. Затем расстояние между ними исчезло, и они начали раздевать друг друга. У нее мелькнула мысль о безопасном сексе. Он должен воспользоваться презервативом, но она не хотела останавливаться. Он был здоровым и чистым… он был прекрасен, просто прекрасен, и от него вкусно пахло. Да и кроме того, когда ее последние отношения подошли к концу, она продолжала принимать пилюли… словом, никаких проблем не возникнет.

Он положил ее на постель и вошел в нее. Монти застонала от удовольствия, когда он оказался в ее теле, а твердые мышцы прижались к ее грудям. Он заставил ее вскрикнуть от наслаждения, когда стал пощипывать и ласкать соски, сжимая их пальцами. Монти чувствовала, как он наливается кровью и растет, толчками все глубже и глубже входя в нее. Ее охватила волна острого наслаждения, поднимавшаяся откуда-то из глубин ее существа; она, становясь все выше и выше, несла и качала ее. И когда она взорвалась слепящими искрами, которые пронизали все клетки тела, Монти окончательно забыла, на каком она свете.

Потом они долго лежали в объятиях друг друга, лицом к лицу. Она открыла глаза и увидела, с каким теплом он смотрит на нее, тая в углах губ улыбку. Она улыбнулась ему в ответ.

— Нам это было нужно, — сказала она.

59

— ПАПА! ПА-А-А-ПА-А-А! ПА-А-А-ПА-А-А!

Этот крик разбудил Монти. Она растерянно привстала и села на кровати. В комнате стояла непроглядная темнота, и во рту у нее пересохло. Она остро обоняла крепкий животный запах секса.