Алхимик
Шрифт:
– Через час дома будем, – ответил мужчина, сидящий за рулем.
Ехали они на старой подержанной машине, чьи лучшие времена давно прошли, но благодаря умелым рукам у неё открылось второе дыхание.
– Ну и в глушь мы забрались.
– Ты же сама хотела тишины. – хмыкнул мужчина.
– Я себе это несколько иначе представляла. Лужайка, лес, дети.
– А пока нам достался только снег и глубокие сугробы. Не переживай, будет тебе и лето.
Женщина уставилась в окно, смотря на то, как падает снег. Внезапно муж дал по тормозам, Ольгу дернуло вперед и она чуть не стукнулась
– Ты что творишь! – возмутилась она.
– Смотри, – хриплым голосом ответил муж, – Да это же пацан!
– Что?!
Ольга наконец-то сфокусировала взгляд на той причине, по которой они чуть не слетели с дороги. Причиной оказалось существо, отдаленно напоминающее человека. В шкуре, весь грязный, с синей кожей... Сначала это показалось лесным монстром, но потом в голове что-то переключилось и Ольга рассмотрела в «существе» мальчика, который, обхватив себя руками, дрожал на холоде.
– Парень, ты что тут делаешь? – вылез из машины Сергей. Как бы мальчик не выглядел жалко, муж не поленился достать ружье. Времена нынче такие. Опасные. Да и от привычек, которые не раз спасали жизнь, так просто не избавишься.
Мальчик что-то сказал, но Ольга не расслышала. Муж засунул голову обратно в машину и выглядел он растерянным.
– Просит помочь.
– Помочь?
– Да.
– Так помоги! Это же ребенок!
Если до этого Ольга и испытывала сомнения, опасаясь, что это какая-то хитрая ловушка, то сейчас они исчезли. Ребенок попал в беду и ему надо помочь.
Глава 3. Новая жизнь
Смотреть на огонь — приятно. На живой, в камине, полностью подконтрольный человеческой воле, вписанный в четкие рамки выложенного вокруг камня – вдвойне приятно.
– Чай будешь?
Сергей умел спрашивать так, что отказаться невозможно. В левой руке он держал чайник. Потерный, с копотью внизу и исходящим из носика паром. В правой руке он держал две большие кружки. Поставив чайник на подставку, толкнул мне одну из кружек и кивнул на пакетики, лежавшие рядом на столе. Не то, чтобы там имелся выбор. Сергей вернулся на кухню и захватил печенье, приготовленное с утра Ольгой. Так она хотела поддержать меня, радуя готовкой.
Мужчина увидел, что к кружке я не притронулся, взял два пакетика, закинул их, плеснул кипятка и пододвинул кружку ко мне ещё ближе.
– Держи.
Я выпустил руку из под одеяла, схватился за кружку и почувствовал, как обожгло кожу. Одергивать не стал. Я так устал от холода, что готов был променять его на что угодно, в том числе на обжигающий жар.
Сергей уселся в старое кресло, которое жалобно скрипнуло. На лбу мужчины пролегла складка, брови нависали над глазами, делая его похожим на ворона. Если бывают вороны под сто килограмм весом. Он не толстяк, но очень крепко сбитый мужик. Руки толще, чем мои ноги. Судя по наколкам на теле, привычкам и кое-каким вещам в доме, эта семейная пара раньше имела отношение к войне и службе.
— Кто ты, парень? — обратился он ко мне, пристально разглядывая. — Пришло время поговорить. Я не могу неизвестно кому позволить и дальше находиться в доме.
– Что хотите знать? — ответил я, прихлебывая горячий чай.
Мне
— Кто ты?
— Эдгард.
— Фамилия?
– А это так важно?
— Фамилия может быть опасной только для аристократа. Ты из них?
— Если и так, что это меняет? Выгоните?
Меня не трогали неделю. Дали отоспаться, отъесться, прийти в себя и как следует согреться. Без лишних слов мужчина и женщина позволяли мне сидеть тихо на диване и пялиться на огонь в камине. Их дом находился где-то в лесу, далеко от города. Когда Сергей уезжал по делам или за продуктами, то пропадал минимум на несколько часов. Да и не видел я никаких городских следов поблизости.
— Зависит от того, что ты расскажешь. Можешь Ольге сказку рассказывать, что ты невинное дитя. Но я то вижу.
– - Что видите?
– Сколько ты ходил по лесу? Не ври, – насупился он ещё больше.
– Две недели.
– И как выжил?
– На упрямстве.
– Ответ хороший, спорить не буду. Но спрашиваю я о другом.
– А другого ответа нет. Я слишком хочу жить, чтобы сдохнуть в лесу.
Снег и легкий мороз не смогли меня убить. Да по меркам моего прошлого мира это райские условия. В лесу всегда есть жизнь. Лес сам по себе олицетворение сил природы и жизни. Уж найти пропитание и тепло в таких условиях я смог. Сергей не знал, что перед тем, как выйти на дорогу, я оставил большинство добытых вещей в лесу. Лишь шкуру забрал. На меня вышла какая-то крупная зверюга, которая любезно поделилась мясом и хорошей одеждой.
– Зверя сам убил?
– Случайно нашёл.
– Врешь.
– Что вы хотите от меня?
Я не особо рассчитывал остаться в доме чужих людей. Дали передохнуть, если подкинут нормальной одежды, то и этого хватит. Дальше как-нибудь сам выживу. Если надо, обратно в лес вернусь.
– Понять, кто или что ты такое.
– Парень, который остался один в, как оказалось, не самом дружелюбном мире.
– Хах, – откинулся он на спинку кресла, от чего то заскрипело ещё сильнее. – Родня есть?
– Мертвы.
– Разборки кланов?
– Не исключено.
– Всегда со старшими споришь?
– Только когда не понимаю, чего от меня ждут.
– Разговор ты не облегчаешь.
– Я уйду. Спасибо за помощь.
– И куда пойдешь?
– Да найду, – ответил я беспечно, – Если ботинки дадите, буду признателен. Если надо отработать помощь, то не вопрос.
– Отработать? Удивил.
– Что удивляет?
– Мал ты для работы нормальной.
Мал... Спасибо долбанным уродам из лаборатории, которые полтора года меня продержали в плену. Ещё и эксперименты ставили неизвестные. Я нашёл свежую газету у Сергея, увидел там сегодняшнии даты. Увидел и слегка удивился, а если по правде, то охренел. Полтора года жизни! Сволочи! Ненавижу! Теперь ещё и придумывать, как в мире устраиваться. Без семьи кому я нужен? Никому. Тем более будучи ребенком.