Алхимик с боевым дипломом
Шрифт:
Сатал брал материалы инструментального контроля, вероятно, пытался отследить момент похищения и подозрительную активность вокруг города. Судя по тому, что никто не мчится на перехват, ничего у него не вышло.
Чтобы гарантированно избежать проблем с черными малолетками (подобными паре бешеных росомах), злоумышленникам нужен отдельно стоящий дом, а не квартира или городской особняк. Можно подключить к делу данные о покупке недвижимости (за год, два, три?). Если бы имелся хотя бы малейший намек, позволяющий уменьшить область поиска! И, пожалуй, придется охватить лет пять: Искусники знамениты своей предусмотрительностью,
Прослушивание телефона помогло не сильно.
«Нам надоело ждать результатов».
«Я не бог и не умею ходить сквозь стены! По крайне мере не оставляя следов. Вы ведь хотите сделать все незаметно? Комната с рабочей пентаграммой закрывается на ключ, а ключ в сейфе местного руководства. Бер ошивается в управлении до поздней ночи! В среду он поедет на совещание с городским начальством, и я сделаю с ключа копию. Потом мне нужна будет неделя на противозаклятие…»
«Нам кажется, что вы не желаете сотрудничать».
«Это объективные обстоятельства! Амулеты я достал вам сразу».
«Если к шестнадцатому числу все не будет сделано, ваши шансы получить потомство целым сильно уменьшатся. И не сомневайтесь, мы способны проконтролировать результат».
Читая записи слухачей, Бер качал головой: так разговаривать с черным магом мог позволить себе лишь тот, кто абсолютно уверен в своих позициях. И в отсутствии последующей мести, если уж на то пошло. А еще Паровоз знал: ключ от помещения инструментального контроля действительно хранится в сейфе, но не у него, а у самого Сатала. Значит, старший координатор отчаянно рискует, пытаясь выиграть время. Для чего? У капитана не было четкого ответа.
– Откуда был звонок?
– С вокзала. За пятнадцать минут до этого прибыл паровоз от Финкауна, через десять – ушел состав на Эккверх. И это если не рассматривать возможности того, что звонивший просто взял извозчика.
– Диаметрально противоположные направления, – кивнула Кевинахари, – скорее всего, обманка.
Теперь они знали предельный срок. Можно было предположить, что в качестве «контроля результата» Искусники подразумевают какую-то гадость, и не факт, что устранение старшего координатора изменит их планы.
– У меня тут полторы тысячи случаев покупки особняков в сельской местности, ты не посмотришь? Конечно, описания неполны…
Эмпатка безропотно взяла пачку листов, значит, у нее идеи тоже кончились. Сатал шатался по управлению как тень, Кевинахари шуршала бумажками в своем кабинете, капитан решал все текущие дела, одновременно пытаясь найти среди поступающей в НЗАМИПС информации какую-нибудь зацепку, а время уходило.
В качестве жеста отчаяния Паровоз решил обратиться к гадалке. Не какой-нибудь шарлатанке без роду и племени, а к мадам Алонзе, по слухам сумевшей предвидеть четыре крупнейшие катастрофы современности (и задолжавшей Беру пару услуг). Но провидица не пожелала идти навстречу своему благодетелю:
– Нет, драгоценный, ничего не случится. Ни в этом месяце, ни в следующем. Принеси какую-нибудь вещь, погадаю на детишек, а так – не могу. Одно точно скажу тебе – ближних дней не бойся. Далеко оно, время темное, неминучее, ночными туманами скрыто. Не сейчас еще
Ободренный таким образом, Паровоз вернулся в управление лишь для того, чтобы убедиться – никаких подвижек в деле нет.
– Завтра надо будет поговорить с ним, – Кевинахари старалась не смотреть капитану в глаза, – за ночь я успею досмотреть бумаги. В любом случае, он должен понять, что сделать что-либо незаметно ему уже не удастся. Слишком много народу в курсе происходящего.
Бер хмыкнул и не стал уточнять, что «в курсе происходящего» только они двое, а эту проблему черный маг вполне в состоянии решить. До назначенного Искусниками срока оставалось два дня.
Ночь прошла беспокойно, а перед уходом на работу капитан облачился в костюм высшей защиты, который последние дни носил, не снимая. Впрочем, против профессионально нацеленного проклятия мундир спасти не мог. Разговор предстоял напряженный.
В холле управления Бера перехватил дежурный офицер:
– Сэр, сэр! Я, конечно, понимаю, что мы связаны субординацией, но всему же есть предел! Без записи, без предварительного уведомления, не объяснив причин, в конце концов!!!
Капитан поморщился:
– Нельзя ли поподробней, мистер Фарел?
– Господин координатор занимает оперативный блок уже два часа, и все это время сотрудники не могут…
– Группу капрала Майма к оперативному блоку!
Широким шагом Бер устремился навстречу неизбежному.
Оперативным блоком в просторечии именовалась приземистая одноэтажная постройка, оборудованная для осуществления мелкой, но срочной ворожбы. Здесь исправляли поврежденные амулеты, накладывали чары на оружие и эликсиры, совершалось все то несерьезное, но совершенно необходимое волшебство, последствия которого не стоили того, чтобы тащиться на базу чистильщиков. Внутреннее пространство здания было защищено двойным периметром, стационарными отражателями и двумя дюжинами всевозможных ловушек: считалось, что для работы профессионалов средней силы таких предосторожностей достаточно.
Очередь на работу в оперативном блоке занимали за два дня. Сейчас на скамейке в тени акации мирно беседовали за жизнь два черных мага и целитель-белый, ничуть не обеспокоенный срывом графика – не впервой. Появление группы штурмовиков с арбалетами все трое восприняли с интересом.
– Экстренная ситуация! – решительно объявил Паровоз (подчиненные узнали его без дополнительного представления). – Прошу освободить место инцидента.
Под взглядами суровых штурмовиков маги любопытствовать не стали и удалились в сторону главного корпуса. Капитан решительно открыл дверь оперативного блока (в таких ситуациях обладателю костюма высшей защиты полагалось играть роль щита).
Старший координатор обнаружился почти сразу. За последние дни Сатал сильно сдал – осунулся, словно почернел лицом, под глазами пролегли глубокие тени.
– А, это ты… – Маг стер с лица обильный пот. Он сидел на полу у стенки (ноги не держат?), перед ним медленно остывали линии какого-то масштабного знака. – Группа готова?
Паровоз неуверенно наклонил голову.
– Перестань! Не время шифроваться. Я знаю, где дети, теперь надо спешить.
Мимо напихавшихся в коридор штурмовиков протолкался взволнованный дежурный: