Алхимик с боевым дипломом

Сыромятникова Ирина Владимировна

Стоило шхуне скрыться, как из расселины вырулил вездеход на резиновом ходу и, прихватив нас, бодро покатил к неизвестной цели. Весь островок был не больше километра в поперечнике, на южном его конце в жерле древнего вулкана плескалось дождевое озеро, а в северной, более пологой части разместился отлично обустроенный лагерь – огромные армейские палатки, полевая кухня, душ и сортиры с подветренной стороны. Хорошо быть археологом, если, конечно, шурфы не копать! Воспринимать это место как курорт мешало только обилие черных магов. Чарак ведь что-то говорил про Круг, да? Вот здесь

они и собирались его устраивать (это какие-то армейские разработки, однозначно).

Ко мне отнеслись чутко, с пониманием: выделили койку для отдыха, навалили харчей и никаких разговоров о работе. Запрет был только один: в озеро не плевать – вода питьевая. Видел я как-то в Редстоне плакатик с рекламой отдыха на южном побережье, здесь было один в один, разве что без пальм, имелась даже своя достопримечательность – руины пиратской крепости на склоне кратера (так, куча камней в рост высотой). Впечатление немного портили черные, ходившие вокруг палатки, как коты вокруг сметаны (или они думали, что я их не чувствую?). К сожалению, спать мне больше не хотелось, да и новое место требовало решительного освоения. Самое главное – показать всем, что ты не тормоз!

Первым встреченным мной черным оказался маленький сухонький мужичонка в старомодном полосатом костюме (у меня вообще складывалось ощущение, что почтенный возраст – характерная особенность некромантов). Двигала им не воинственность, а скорее любопытство.

– Здравствуйте! – Мужичок приподнял соломенную панаму. На периферии зрения нарисовался мистер Баррай.

– Добрый вечер, – я решил показать себя с лучшей стороны, – нас не представили…

– Крапс, – вежливо улыбнулся он, – следственный отдел жандармерии.

– Томас Тангор, – я решительно расправил плечи, – внештатный сотрудник.

И пусть кто-нибудь посмеет сказать, что это не круто!

Некромант оживился.

– Сын Тодера? О, мои соболезнования! Очень, очень способный был… э-э… человек.

Спасибо, что хоть сволочью не назвал. И вот хорош бы я был, если бы вовремя не растряс Хемалиса! Ух, мама…

Я важно кивнул, принимая соболезнования:

– Это была большая потеря для всех!

Он неожиданно согласился.

– А к нам какими судьбами?

– Работать.

– Замечательно! Нас ждет исключительно интересный опыт, если все получится, естественно.

Я сделал вид, что понял. Баррай решился вмешаться:

– Возможно, у вас найдется время поговорить с руководством экспедиции? Мистер Нурсен поподробней опишет вам задачу.

Что характерно: раньше он сделать этого не мог. А теперь что изменилось? Ох уж мне эта «ботва»! Я снисходительно кивнул, и мы пошли в столовую знакомиться с местным активом.

Как ни странно, миссис Клементс среди них не оказалось – Алех дорос до самостоятельной работы (надо будет поздравить его). Из новеньких присутствовали какой-то армейский чин (я так и знал!), престарелый алхимик и девица, вид которой почему-то ассоциировался у меня с целительством.

– Как вы представляете себе цель вашей работы? – поинтересовался обладатель мундира по фамилии Стивенсен (не маг и, судя по твердому взгляду, по меньшей

мере полковник).

– Никак не представляю. Никто же ничего не говорит!

Просвещать меня немедленно вызвался Нурсен. Мистер Баррай украдкой вздохнул (я тоже, но тише). Хорошо хоть этот не заика!

– Все дело в находках, сделанных в Городе Наблы, – гордо объявил белый. И замолчал.

– Где-где? – Разговор явно следовало поддержать.

– В поселении древнейшей цивилизации нашего мира.

– А… – Вообще-то ни о чем подобном я не слышал, но мало ли что бывает.

Он подозрительно уставился на меня, явно ожидая другой реакции.

– Вы интересовались когда-нибудь древней историей?

– Ну не то чтобы…

– Понятно, – огорченно вздохнул он. – Тогда начну сначала. У людей очень сложное и неоднозначное прошлое, официально самое древнее человеческое поселение – это так называемый Город Бекмарка, часть древнего мегаполиса, похороненная под гигантским оползнем. Он почти на тридцать тысяч лет старше поселения в Кейптауэре, следующих по возрасту руин.

– Угу. – Про Кейптауэр я читал, когда пытался разобраться в техномагии.

– Не знаю, что вы слышали, – словно ответил на мои мысли он. – Но если высокое развитие цивилизации Кейптауэра – в известном роде предположение, то для цивилизации Бекмарка оно документально доказано. Методом ретроспективной некромантии из массива ржавчины в раскопе была восстановлена самодвижущаяся повозка, идентичная нашим во всем, кроме внешнего дизайна.

От такого заявления я немного припух. Отпечаток сущности неживого предмета?..

– Да, – ухмыльнулся он, – археология не стоит на месте! И вот мы находим третий слой…

В общем и целом заслуги археологов в деле не было – открытие совершили непрофессионалы. Во время последней разборки с Каштадаром одному из флотских офицеров показалось, что у Птичьих островов какая-то странная форма (пираты из местных за двести лет до такого не доперли). Мужик оказался предприимчивым и злоупотребил служебным положением, подбив корабельных магов прощупать морское дно: он предполагал, что перед ним древний порт, а где порт, там и затонувшие сокровища. Результат оказался обескураживающим: на плавно уходящем в морскую бездну континентальном шельфе располагалось что-то огромное, круглое и железное. Что хочешь, то и думай. Естественно, что находкой в первую очередь заинтересовалось армейское руководство.

Проверить аномалию удалось только через тридцать лет, после изобретения подводного колокола для больших глубин (под это его и сделали). Множество теоретиков разглагольствовало о природе объекта, но ни один даже близко не угадал: когда оператор колокола пару раз копнул ил, наносы осыпались, и под ними обнаружилась верхушка гигантской стеклянной полусферы. Так было найдено настоящее морское сокровище – Город Наблы.

– Это титаническая конструкция! – сладострастно вздыхал Нурсен. – Создать такую нам сейчас не под силу, она все еще держит атмосферу, коррозировали и протекли только двери люков. Если бы существование Города не засекретили, наши материалы произвели бы фурор в алхимии.