Алхимик Парцелиус (иллюстр. М. Мисуно)
Шрифт:
Алхимик разразился проклятиями. Ситуация казалась безвыходной.
— Ладно, будем ждать, — недовольно произнес он. — Кто-нибудь из слуг рано или поздно догадается проведать своего господина. Утром уж точно кто-нибудь придет.
— Подождем, — вздохнул Дром. — По-моему, твое первое волшебство не совсем удалось, верно?
Парцелиус промолчал. Он размышлял сейчас о том, как бы его подданные не узнали об этом неприятном происшествии. Еще не хватало, чтобы над ним стали смеяться! Так и авторитет лорда не долго растерять.
Через некоторое время, несмотря
Глава пятая
ЧУДЕСА В РЕШЕТЕ
Ютан с подносом в руках поднялся на второй этаж и постучал в дверь:
— Лорд Парцелиус, я принес завтрак! Можно войти? Никто не ответил.
Гном подождал, переминаясь с ноги на ногу. Он опасался входить в покои правителя без разрешения. А еще больше его пугала лаборатория. Он и не ожидал, что Парцелиус на самом деле займется каким-нибудь серьезным делом. Но горбун вроде бы не собирался полеживать на диване и почивать на лаврах. Может, не такой уж он и шарлатан, как подумали поначалу они с Олром?
Гном постучал еще раз, другой, но безрезультатно. Возможно, лорд увлекся своей таинственной работой и попросту его не слышит. Вздохнув поглубже, Ютан решился войти.
В спальне Парцелиуса не оказалось, не было его и в столовой. Войдя в лабораторию, гном задрожал от ужаса и с грохотом уронил поднос на пол.
Посреди комнаты лежало здоровенное дерево. Нет, вроде бы не дерево, а длинный железный столб. Он упирался в стену, и из-за него торчали чьи-то ноги в знакомых кожаных сапогах. Это были ноги правителя!
Гном зажмурился, надеясь, что ему это просто померещилось. Но вскоре услышал раскатистый храп, а чуть позже — чей-то писк.
— Эй, Ютан, ты что, остолбенел? — кричал Дром во все горло. Гном открыл глаза, присмотрелся и ойкнул.
— Ты… что там делаешь? — пролепетал он. — Чего к столбу-то прилип?
— Это не столб, — вздохнул Дром. — Это моя рука.
— Ничего себе рука! Да она раз в десять будет больше, чем у Дола. Откуда она взялась?
— Выросла, — коротко пояснил Дром. — Иди, буди хозяина. Он скажет, что делать.
Ютан на негнущихся ногах подошел к стене и увидел вовсю храпящего лорда Парцелиуса, припертого к стене огромным железным кулаком.
Гному стоило немалых трудов разбудить хозяина. Тот нехотя открыл глаза и широко зевнул.
— Чего тебе? — спросонья произнес он.
— Я… завтрак принес, — с сокрушенным видом ответил гном.
— Ну так давай, чего стоишь… Ох! Какой такой завтрак? Ты что, не видишь, осел, что я не в силах даже пошевелиться?
Гном испуганно заморгал:
— Чем
— И не вздумай! — перепугался Парцелиус. — Еще не хватало, чтобы они меня увидели в таком наиглупейшем положении! Ты это, возьми в чугунном котелке немного порошка и посыпь на Дрома. Он сразу вырастет и освободит меня, понятно? Только осторожно сыпь, понемножку, а то вымахает такой громила, что потолок проломит. Ясно?
Ютан кивнул. Подойдя к котелку, стоявшему на столе, он запустил в него руку и тотчас отдернул.
— А я… не вырасту? — спросил он.
— Не вырастешь, — проворчал Парцелиус. — Этот порошок только железные штуки увеличивает. Ну давай, что застыл, словно камень?
Ютан набрал пригоршню порошка, подошел к Дрому и посыпал на него несколько крупинок. Дром на глазах стал увеличиваться и через несколько мгновений был уже ростом с Ютана. На лице бывшего великана появилась радостная улыбка.
— Действует, хозяин! — закричал он.
— Тогда оттащи руку, осел.
Сколько ни тужился Дром, но так и не смог даже пошевелить своей ручищей.
— Сыпь еще, — приказал он Ютану.
Гном бросил в него пригоршню порошка. Дром стал расти словно на дрожжах и вскоре уперся круглой головой в потолочные балки, едва не проломив их. И только тогда он смог сдвинуть свою правую руку. Парцелиус с охами и причитаниями поднялся на ноги. Увидев сидевшего посреди комнаты железного гиганта, он ужаснулся.
— Да ты же пол проломишь, громила! — завизжал он. — Прочь из дворца, пока он еще цел!
— Как же я уйду? — резонно спросил Дром. — Я в дверь не пролезу. Может, крышу снести?
— Я тебе снесу! — рассердился Парцелиус. Для тебя, что ли, строили?
— Тогда… ох, пол, кажется, начинает трещать! Действительно, по полу пошли длинные трещины. Балки перекрытия угрожающе заскрипели.
Парцелиус пришел в ужас, но тут же сообразил, что надо делать. Быстро растопив с помощью Юта на печь, он подвесил над огнем котелок с остатками порошка и добавил в него несколько пригоршней разных размолотых в порошок минералов. Пол трещал все сильней и сильней. Вот-вот он должен был провалиться, но Парцелиус все же успел сотворить уменьшительный порошок. Он зачерпнул ложкой горячий порошок и швырнул его в железного гиганта. Дром стремительно начал уменьшаться и через несколько секунд стал прежним крохой.
Горбун со вздохом облегчения вытер пот с лица.
— Вот видите? — сипло произнес он. — Все получилось Самым наилучшим образом. Что значит наука! Это не какое-нибудь дурацкое волшебство, понимать надо…
Дром грустно оглядел себя.
— Так-то оно так, — с сомнением заметил он. — Только я вроде бы ничуть не вырос.
Парцелиус пренебрежительно махнул рукой:
— Ну, это не важно. Тем более что порошок кончился. Как-нибудь в следующий раз я тебя все-таки увеличу. Но лучше не во дворце, а где-нибудь на берегу. А сейчас дайте мне отдохнуть. Пожалуй, после обеда я займусь, скажем, джиннами. Надо снова научить их летать.