Алгоритм судьбы

Большаков Валерий Петрович

– В эти по полтыщи человек поместится! – крикнул, обернувшись, генерал Жданов.

– Можно было бы и больше взять, – громко проговорил пилот, – но на высоте моторы не потянут! Зато видимость – миллион на миллион!

«Анатра» покружилась и села. К вертолёту подбежали люди в форме военных и спасателей, аварийщиков и альпинистов.

– Как источники? – крикнул Георгий Анатольевич, спускаясь из кабины. – Бьют ещё?

– Ачи-Су закрылись, господин генерал-полковник! – доложил худощавый лейтенант-десантник.

– Давно?

– Девять минут назад!

– Тогда по машинам! –

приказал Жданов. – У нас в распоряжении полтора часа! От силы два!

Распределив, кому куда, генерал полез обратно в кабину.

– Дашка, ты куда? – спросил он. – Оставалась бы в Терсколе!

– Фигушки! – ответила строптивая дочь. – Я с Тимкой!

А Тимка пристроился к короткой очереди спасателей, по трапу взбиравшихся на борт «Суперкоптера».

Внутри салон гигантского вертолёта был не уже, чем у авиалайнера с трансатлантических линий, но выглядел не ахти – отовсюду торчали рёбра жёсткости, пол из рифлёной пластмассы, да и складные сиденья тоже особого комфорта не гарантировали.

Засвистели турбины, провисшие лопасти стронулись с мест, медленно закрутились. Постепенно они приподнялись, слились в сверкающие круги. Всё вокруг загудело, и «Суперкоптер» поднял в небо свою многотонную массу.

– Куда летим? – спросил Кнуров бородатого аварийщика, рассевшегося напротив.

Тот пожал плечами и глянул в планшетку компьютера.

– На Ледовую Базу! – объявил он.

Вертолёт забирал всё выше и выше. Пояс хвойных лесов, стелившихся понизу, постепенно заместился древесно-кустарниковым редколесьем, а после и вовсе сошёл в луга. Разнотравье долго карабкалось в высоту, но поредело, разлезлось на клочки и пропало – начались каменные осыпи и первые снежники, груды мутного льда, вековечно скатывавшиеся со склонов горы. На белоснежном фоне обозначилась Ледовая База – десяток коробчатых ярко-красных зданий, поднятых на сваях и соединённых трубами туннелей-переходников. Снег рядом со зданиями был изъезжен и запакощен, снегоходы и ратраки стояли, сбившись в стадо.

«Суперкоптер» покачнулся, пошёл вниз, подбираясь к площадке на сваях, с громадной белой буквой «Н», намалёванной по зелёному.

Осторожно коснувшись площадки, вертолёт опустился на все шасси, но двигатели глушить не стал.

– Пошли, ребята! – крикнул лейтенант-десантник. – Будем убеждать местное население!

– А если оно не послушается? – спросил бородатый спасатель с интересом.

– Кто?

– Население!

– Вязать и тащить! – отрезал лейтенант.

– Есть! – осклабился спасатель.

«Местного населения» насчитывалось не много – человек двести любителей лазать по горам и кататься по долам. Все в пухлых куртках с электроподогревом, в огромных очках, они долго не могли понять, что от них требуется, а когда дошло, Ледовую Базу сотряс порыв гомерического смеха.

– Эльбрус! – хохотали отдыхающие.

– Извержение! – ревели экстремалы.

– К-катаклизм! – мычали скалолазы.

Тогда лейтенант подал знак, и спасатели изменили тактику – стали хватать ударников досуга и волочить их к вертолёту. Ударники упирались и громко выражали своё неудовольствие, причём в такой форме, что Даша мило краснела.

Тимофею

попался особо упёртый мужик, плюгавый наружностью, но неукротимый. Он орал, плевался, лягался и довёл Кнурова до белого каления. Инженер-программист зарычал и согнул неукротимого в три погибели, мордой сунув в шершавый фирн. Случайно глянув на Эльбрус, Тимофей углядел султан серого дыма, величественно воздымавшийся над восточной вершиной. Этот жутковатый вид доставил Кнурову минутку злой радости. Вывернув голову брыкавшегося неукротимого, он ухватил его за уши и показал гору.

– Видишь?! – гаркнул Тимофей.

Неукротимый моментально прекратил брыканья. Он выпучил глаза и закричал:

– Ребя! Извержение! Это взаправду!

Тут лёгкий гром прикатился с вершины, и фирн под ногами ощутимо качнуло.

– В машину все! – заорал лейтенант. – Живо!

Никого больше уговаривать не пришлось – местное население понеслось само, и впрыпрыжку.

– Там ещё на сто пятом осталась семья одна! – завопил неукротимый.

Лейтенант оглянулся на ратраки, опиравшиеся на широченные эластичные гусеницы.

Неукротимый перехватил направление его взгляда и сказал:

– Полчаса в гору! И минут десять с горы!

– Я съезжу! – вызвался Тимофей.

– Я с тобой! – тут же подняла руку Даша, словно хотела отвечать у доски.

– А успеешь? – спросил с сомнением лейтенант.

– Ещё час! Только чтоб вертолёт был здесь!

– Будет! – пообещал десантник.

– Всё тогда!

Кнуров побежал к стоянке и выбрал ратрак с большой кабиной на восьмерых. Бак был полон. Тимофей вскочил на водительское сиденье и завёл двигатель. Ратрак заурчал, задрожал и покатился вверх. Огромные гусеницы не вязли в снегу, если бы ещё не крутизна… Зачем он вообще вызвался? Погеройствовать захотелось? Да нет… Жило в Кнурове некое чувство вины – он тоже принимал участие в выпускании джинна из бутылки, джинна по имени Гоша…

Тима обернулся. Ледовая База лежала как торт на блюде, видимая до мельчайших деталей – горный воздух был сух и чист. «Суперкоптер» уже раскручивал все свои шесть винтов, от него во все стороны мела позёмка из снежной крупки. Тяжело поднявшись, летучий великан развернулся и полетел на юг и вниз, его сизая тень скакала по земле, резко выгибаясь на всхолмлениях.

– А если бы не было предиктора? – тихо сказала Даша. – Представляешь, какой ужас?!

– Да уж… – проворчал Кнуров.

Он себя странно чувствовал. Будто и не он вёл машину навстречу вулкану. Веками дремавшее чудовище пробудилось и заворчало, пыхая огнем из пасти. А что будет, когда оно рассвирепеет?..

Тимофей поёжился. Было так неуютно переть вверх… Слишком мелок человек рядом с вулканом. Микроб.

Тряхнуло так, что ратрак подпрыгнул. Дым из открывшегося кратера повалил гуще, стал чернее. Появились признаки огня – они подсвечивали тёмно-фиолетовые клубы.

– Вижу приют! – закричала Даша. – Вон!

Кнуров пригляделся – на снежном уступе жались друг к другу три-четыре оранжевых купола. На их фоне прыгали чёрные фигурки.

– Чего вот ждать? – раздражённо проговорил Тимофей. – Бежали бы навстречу, идиоты!