Альфа Эридана
Шрифт:
— Они не слышали. В этой части коридора нет динамиков… Что делать?-секунду поколебавшись, он подошел к двери, рывком открыл ее, и, не дав никому опомниться, оглушительно заорал:
— Отойдите от двери! Возьмитесь за поручни! Сейчас будет сильный толчок!!!
Здесь были все четверо: Максим, Патрик, Сандро и Торрена,-тяжело дышащие, с яростными лицами. На мгновенье они опешили, но тут же молча все вместе рванулись в рубку.
— Ло, включай! — последним усилием сдерживая натиск, крикнул Новак.
…Пол коридора, на котором они стояли, вдруг превратился в вертикальную стенку, и все пятеро стремглав
Тотчас забыв о боли, они вскочили, бросились в рубку и молча приникли к стеклу иллюминатора…
Среди звездных кругов пространства разведочная ракета, была видна по пламени из дюз, как яркая удаляющаяся звездочка. На экране радиотелескопа было видно, что в рое началось какое-то движение.
Точки «ракеток» забегали по спирали, в центре роя обозначился просвет: видно, кристаллические существа заметили мчащееся навстречу тело и решили его пропустить. Но автомат времени на контейнере уже сработал: сжатый до тысячи атмосфер антигелий вырвался из цилиндра. Теперь навстречу «ракеткам» мчалось всеуничтожающее облако антивещества.
Все оцепенели на миг, ждали толчка отдачи, который должен был сообщить о том, что заряженный антигелием ионолет выброшен катапультой в пространство. Вдруг прозвучал растерянный и радостный возглас Ло Вея:
— Ой! Смотрите! Смотрите, что они делают!
Сейчас это можно было видеть не только на экране радиотелескопа, но и в иллюминаторы: рой «ракеток» ожил и светился! Он начал как бы выворачиваться наизнанку — «ракетки» расходились во все стороны от центра. Рой распустился празднично сверкающим бутоном, который тотчас превратился в большое кольцо…
— Они поняли опасность! Готовятся…
Но вот «ракетки» снова сошлись в плотный шар; внутри его замигали вспышки. В первый момент астронавты не поняли, почему каждая следующая вспышка оказывалась тусклее предыдущей.
— Уходят! — шумно выдохнул Максим.
…Вскоре ритмически вспыхивающую точку стало трудно различить среди быстро вертевшихся звезд. Вот и на экране радиотелескопа изображение роя, пoблекнув, сошло на нет. Астронавты молча смотрели друг на друга; случившееся заставило их забыть о недавней распре.
— Испугались они, что ли? — недоуменно пожал плечамилоу.
— Нет. Они поняли… — в раздумье заговорил Максим Лихо. — Испугались! Несколько «ракеток» из этого роя шутя могли бы разбить наш звездолет. Они поняли нас, вот что. Даже не то слово «поняли»… «Ракетки», видимо, уже давно поняли, что мы такое. Может быть? еще на Странной планете. Судя по тому, что они с расстояния в тысячу километров сумели разобраться в том, что творилось в звездолете, для них это не представляло проблемы… Но сейчас они впервые приняли нас всерьез. Да-да! — он упрямо тряхнул головой. — Они поняли, что мы не только — «что-то такое»: еле-еле живая белковая материя, — но и что мы «кто-то». Антон был прав: для «ракеток» это была несравненно более трудная задача, чем
Новак поднял глаза на товарищей:
— Я считаю… мне нельзя быть вашим капитаном. Выбирайте другого.
— Э, зачем так, Антон! — Патрик Лоу досадливо сморщился. — В конце концов каждый и.з нас отстаивал свое, как мог.
— И пока еще никто не прав, — добавил Торрена.
— Анти смущает то, о чем мы все уже забыли… — исцарапанные щеки Сандро растянулись в лукавой улыбке. — Ведь никто уже не помнит, как мы… как нас… ой! — ну, словом… — общий смех помог ему запутаться еще больше. — Не думай об этом, Антон, вот и все.
— Конечно! — Максим мягко положил руку на плечо Новака. — Ведь все произошло ни по-твоему, ни по-нашему… Эти «ракетки» умницы, что ни говори! Мы еще полетим на Странную и договоримся с ними, вот увидишь.
Даже если бы у Новака внезапно не перехватило горло, он все равно не смог бы сказать своим товарищам то, что хотел. Потому что это были не мысли, а чувства — а излагать чувства он не умел и стеснялся. Он просто повернул голову к висевшей на стене звездной карте и изучал ее чуть дольше, чем следовало. Потом повернулся к команде:
— Будем сворачивать на инерционную траекторию. Всем — на свои места.
А. КОЛПАКОВ.
ПРИШЕЛЕЦ
…Ионная грузовая ракета «Байкал» совершала последний в текущем году перелет по линии Луна — Церера. Она держала курс на Иридиевые рудники Цереры, где должна была погрузить сто тонн металла и точно по графику стартовать в обратный путь.
Главный механик Ли Фу-чен перевел двигатель на автоматическое управление, и космонавты уже собирались залечь в контуры, чтобы «вздремнуть под мерный рокот ионизированных молекул», по выражению Ли Фу-чена, как вдруг прозвучал изумленный возглас инженера-программиста Маши:
— На правом экране — странный силуэт!
В астротелевизор, ярко выделяясь на фоне черного пространства с немерцающими точками 36 звезд, возник причудливый силуэт космического корабля. Он увеличивался с катастрофической быстротой, постепенно заполняя собой весь экран. Пилот Семен Назаров бросился к пульту управления, но его опередил сторожевой робот. Пронзительно загудела сирена — сигнал автоматического включения боковых дюз, — и пилот, не удержавшись, кубарем покатился под «ноги» робота: так резок был толчок ускорения, отвернувший ракету на несколько градусов в сторону. Пулеметной дробью отозвались счетчики Гейгера, установленные по левому борту «Байкала», когда мимо них, чуть ли не вплотную к кораблю, беззвучно проскользнул неведомый звездолет.