Алеша Драконыч
Шрифт:
«Тьфу! Надо было заранее генеральную репетицию прямо на арене провести. Как же мы про барьер забыли?» — чертыхнулся про себя Алеша, нагибаясь через борт. Вытащив второго бойца на арену, юноша принялся азартно его рекламировать:
— Перед вами непобедимый, неуловимый, неукротимый, быстрый и ловкий пигмей из Конго. Делайте ваши ставки, господа!
Господа удивленно смотрели на коротышку, еле-еле достающего до пупка своему противнику. Над ареной повисла недоуменная тишина, нарушаемая лишь пигмеем, исполняющим запугивающий танец под собственные
— Мал золотник, да дорог! — надрывался Алеша. — И не забывайте про чувство мести, горящее в его груди!
— Да рази ж этому недомерку с такой дылдой справиться? — презрительно фыркнул боярин Крут, задумчиво глядя на последние деньги в своем тощем кошельке.
— Делаем ставки, господа! Делаем ставки! — азартно кричал Алеша и, кажется, добился своего. Народ загомонил. Алексей перевел дух, видя, как букмекеры забегали, принимая ставки. Против коротышки они были фантастические! Купились все! Кроме, естественно, подсадных лиц и, как ни странно, Ратибора и Кощея. Царевич, имея в запасе приличную вереницу подвод, предпочел сначала присмотреться, а Кощей свято блюл совет Васьки — берег деньги.
— Ставки приняты! Бой!
Над ареной прокатился протяжный звон гонга. Дальнейшее предсказать было нетрудно. Не успели зрители охнуть, прикрывая уши от резкого звука, как малыш пошел на таран. Он подлетел к своему внушительному противнику, дабы обозначить сокрушительный удар, и — надо ж такому случиться! — споткнулся буквально в двух шагах от него, в результате чего последние метры уже не бежал, а летел параллельно земле. Зарядил неосторожный вервольф, игравший пигмея, условному противнику головой, и прямо в лопухи. Лешак, которому в данном шоу была отведена роль жертвенного барашка, согнулся пополам от непритворной боли.
— Ну, гад, — тихонько прошипел он, — на моей территории больше не появляйся! Под первую же лесину подведу!
— Я ж не нарочно! — заскулил вервольф.
Леший рухнул наземь деревянной колодой.
Чувствуя, что победитель сам готов рухнуть на колени, дабы вымолить прощения у хозяина леса, Алеша подскочил к пигмею, схватил его за руку и вздернул вверх.
— Приветствуем первого победителя!
Зрители дружно схватились за головы. Многие из них, особенно галерка, одним махом лишились всех своих последних сбережений.
— Проигравший получает утешительный приз— портрет прекрасной принцессы Вионы с ее личной подписью на семнадцати языках, которыми она прекрасно владеет! — радостно сообщил Алеша, протягивая лешему открытку. — Кончай стонать, — прошипел он ему, — обычная производственная травма. Честно заработал броню от осеннего призыва. В этом году передовая тебе не грозит.
Леший сразу воспрянул духом и на радостях попытался самостоятельно уползти с арены, но жаждущий искупить вину вервольф ему этого не позволил. У зрителей отпала челюсть при виде коротышки, мчащегося к выходу с ристалища с черным гигантом на вытянутых руках.
— Дикие нравы… — траурно покачал головой Алексей. — Уши побежал отрезать.
— Я! Я! Я! — вновь заголосили доморощенные артисты из первого ряда.
Торг за право выйти на бой возобновился. Опять зашуршали букмекеры. Золото широким потоком текло в пещеры дракона и подручным вездесущего Мони. К исходу третьего боя поток сузился в два раза, сигнализируя, что кредитоспособность зрителей падает, а к исходу четвертого операция «Закрома Родины» откровенно забуксовала в связи с тем, что царевич Елисей дожевал свой бутерброд и решил, что и ему пора размять ноги.
— Три мешка! — крикнул он, одним прыжком преодолевая барьер.
По арене в тот момент разгуливал водяной с кривой монгольской саблей в руках, тихонько булькая внутри просаленного халата.
— Молодой человек, торг еще не окончен… — заволновался Алеша. Присутствие нормальных людей на арене в его планы не входило. Ему нужны были только их деньги, а не жизни. Шоу должно было быть красивым и бескровным.
— А я сюда не торговаться пришел. — Елисей выдернул меч из ножен.
Трибуны одобрительно взревели. О финансовых подвигах этого юноши были наслышаны все и теперь жаждали видеть, каков он в серьезной сече. Чувствуя настроение толпы, Алеша понял, что нужно сдать назад. Папа с мамой, конечно, справятся с ситуацией, да и сам он не лыком шит, но бойня ему была не нужна. Подручные Мони тоже почувствовали настрой и уже шуршали по рядам, вытрясая из зрителей последние гроши.
— Ну, что ж, поприветствуем храброго витязя Ратибора!
Царевич Елисей, неспешно разминая затекшие мышцы, направился к середине площадки, утоптанной во время предыдущих схваток.
— Пожелаем ему удачи в схватке с грозой кипчакских степей, знаменитым монгольским батыром, татарским ханом Буль Буль-оглы! — сердито представил противников юноша.
С расстройства Алеша даже не сразу понял, какую несет ахинею. Зрители если и поняли, то пропустили мимо ушей, так как бой уже начался.
Меч Елисея засвистел в воздухе, описывая вокруг ратника сверкающий круг. Водяной посмотрел на свою кривую сабельку и попытался было дать деру, но неведомая сила словно приморозила его ноги к земле.
В дело вступил Ойхо. Он, как и положено, держал лапу на пульсе событий. Ему в этом активно помогала Яга, яростно колотя сухонькими кулачками по чешуйчатым пластинам шеи дракона.
— Ежели с братом Алешеньки что случится, я тебя, Змий Зеленый, живьем в землю закопаю!
— Да погоди ты, старая. — Ойхо деликатно, двумя коготками-ятаганами взял ведьму за шиворот и отодвинул от окна. — Надо же хоть видимость боя изобразить, а ты мне обзор перекрываешь. Как бы он нашего водяного не замочил…