Алеша Драконыч
Шрифт:
— Но чтоб путевку мне в Египет обязательно… — вылез из-за баррикады кот.
— Будет, — пообещал Алеша, поднимая шедевр знаменитого мастера. — Вот только ездить тебе туда не советую.
— Это еще почему? Хочу быть богом!
— Богами египтяне почитают кошек, — пояснил Алеша, — а ты кот. Они вашего брата без всякой жалости давят.
— Зачем? — всполошился Василий.
— Чтобы кошечек их не мучили, ну и котят поменьше было. Сам посуди: на фига им столько богов?
— Напарили, значит, ну-ну… — угрожающе прошипел Васька. — Я вам это припомню.
Однако
— А ведь клюнет. На такую красоту обязательно клюнет! — Алеша не сводил восхищенного взгляда с переливающегося в лучах солнца яйца. — Пришла пора потрогать костлявого за вымя.
7
Порубежье между самостийной Украиной и басурманскими странами.
Бункер Задохлика Невмеручего
— Какая прелесть! — Лорнет в руке графа Бэрримора слегка подрагивал. — Льщу себя надеждой, мсье олигарх, что хотя бы один из этих шедевров украсит мою коллекцию.
Сухопарый, тощий джентльмен в элегантном черном фраке шел вдоль бесконечного ряда витрин, буквально истекая черной завистью. Она из него не сочилась, не капала, а именно текла, как старательно он это ни скрывал. Рядом подпрыгивал сияющий от гордости хозяин, купаясь в лучах славы. Он был полной противоположностью своего гостя. Маленький, плотненький, квадратный. Злые языки утверждали, что когда-то росточком Злыдень Невмеручий был повыше, но после того как на него рухнул тронный зал, резко уменьшился в габаритах по вертикали, зато раздался вширь. Сам скромный олигарх решительно эти утверждения отметал, заявляя, что это грязная ложь и провокация клятых москалей, что никто на него ничего не ронял, что он всегда был такой симпатичный, жизнерадостный и упитанный, как сейчас, а замок его рухнул от одного из обычных вульгарных землетрясений, которых на Руси пруд пруди. Что делать? Варварская страна! И именно поэтому новую резиденцию скромный олигарх основал поближе к цивилизации. Тут трясет меньше. Даже если захотят послать, то сделают это культурно…
— Не продается, — с притворным сожалением вздохнул хозяин.
— Зачем же вы меня приглашали, мсье?!
— Чтоб вы могли полюбоваться на истинные ценности, с-э-эр…
Задохлик Невмеручий задрал голову, с любопытством глядя на гостя. Пошлет или не пошлет? А если пошлет, то как?
— У вас очень забавное представление об истинных ценностях, — холодно процедил побагровевший Бэрримор. — Экземпляры, конечно, недурны, но коллекция довольно однобока, вы не находите?
Все-таки послал! Кощей Бессмертный, он же Злыдень Невмеручий, он же скромный олигарх, подпрыгнул от удовольствия. Деликатненько так, но послал. Даже не послал, а как бы сыронизировал… Эх, а на Руси б уже давно в репу дали!
— Видите ли, с-э-эр, у меня узкая специализация, но равных мне в ней нет.
Граф Бэрримор обвел взглядом стеллажи и вынужден был согласиться. Такой коллекции яиц не было ни у кого. Тут были практически все яйца, существующие в природе, начиная от яичек личинок
— Однако это не совсем по-джентльменски, — поджал губы Бэрримор. — В своем послании вы недвусмысленно дали мне понять, что с пустыми руками я отсюда не уйду. Более того, прозвучала даже цена…
— Ах, граф, — обнял Бессмертный гостя за талию. Для этого ему пришлось встать на цыпочки, — простите мне мой невинный розыгрыш. Ну, разумеется, у меня есть что предложить вам. И не эти жалкие яички, а нечто более фундаментальное! Как вы думаете, что стоит за этими ширмочками?
Бэрримор задумчиво пощупал шелковую ткань, свисающую с потолка.
— Ммм… затрудняюсь ответить, мсье.
— Смотрите, — щелкнул пальцами Задохлик Невмеручий.
Ширмочки взметнулись вверх, и взору восхищенного графа Бэрримора открылась новая коллекция. Каменные атланты подпирали своды бункера Невмеручего, причем не только загривками, склонив голову на грудь, но и широко раскинутыми руками. Шахтерам бы такие крепи! Ни один взрыв метана не страшен. Не завалит. Наученный горьким опытом хозяин подземелья хорошо позаботился о безопасности коллекции и, разумеется, своей личной, защитив бункер от всех стихийных бедствий магически и физически.
— Я ведь не только яички собираю, — доверительно сообщил Кощей графу. — Мне доложили, что вы неравнодушны к вещам монументальным…
— О да… — прошептал восхищенный Бэрримор.
— Как вы относитесь к работам… ну, скажем… Микеланджело?
— Что-то слышал, — небрежно махнул рукой граф. — Из молодых… не впечатляет. Как-то несерьезно.
Кощей недовольно крякнул.
— Ну а, скажем, к шедеврам Сконаса?
— Что? — выпучил глаза граф. — У вас есть?!
— В Греции все есть, — озабоченно пробормотал Бессмертный. — А что есть в Греции, то есть и у меня. Надеюсь, деньги у вас с собой?
— Разумеется, — с достоинством кивнул Бэрримор. — Три сундука битком забиты фунтами, пять, как и договаривались, стерлингами.
— Приятно иметь дело с джентльменом, — шаркнул ножкой Кощей. — Ваш заказ должен прибыть с минуты на минуту.
Откуда-то сверху тихо звякнул звонок.
— А вот и он. Надеюсь, господин граф не будет возражать, если я отдам пару распоряжений слугам, проверю целостность упаковки…
— Что вы, что вы, — замахал руками гость из Туманного Альбиона.
— Прекрасно. Я вас оставлю ненадолго.
Скромный олигарх ринулся к винтовой лестнице, ведущей наверх, проверять целостность упаковки. Тяжелая бронированная дверь не сразу поддалась усилиям чем-то озабоченного Кощея. Он трижды набрал заветное число, крутя штурвалы кодового замка, но тот не желал щелкать.
— Черт! Все ведь правильно! Шестьсот шестьдесят шесть. Чего тебе еще надобно? — рассердился олигарх.