Александра
Шрифт:
— Приношу свои извинения, блистательной принцессе, за свой не совсем подобающий вид. У меня, сейчас, образовались временные трудности.
Ага, трудности! У таких жуликов всегда временные трудности. Я смотрела в его глаза и у меня на губах была усмешка. Он так же смотрел на меня, не отводя взгляда. Сначала на его лице читалось недоумение, потом дискомфорт, словно его поймали, когда он опорожнял свой кишечник в неположенном месте, а потом понимание. И я словно прочитала в его глазах вопрос: «Может договоримся?» И, странное дело, мне он почему-то
— И я начинаю сомневаться, что твоё имя Маркус, да ещё ла Монт.
— Но это так, блистательная принцесса. Если хотите, то я могу рассказать Вам, Ваше Высочество свою историю. Я младший сын графа Артуа ла Монта.
— А что ты здесь делаешь? В этом диком захолустье? Да ещё на границе с Русью?
— Ваше Высочество, всё дело в том, что в силу некоторых причин, мне противопоказано встречаться с представителями святейшей инквизиции.
— Ты с прелатами инквизиции не сошёлся в некоторых вопросах по естествознанию?
— Моя принцесса, абсолютно точна в своих формулировках. И помимо инквизиции, меня так же жаждут увидеть представители некоторых влиятельных европейских родов, от Испании и до Моравии с Померанией.
— А у них какие претензии? Ты их обокрал?
— Ну что Вы, Ваше Высочество. Я дворянин и никогда не замараю руки воровством.
Ага, рассказывай. Среди дворян воров не меньше, чем среди городского плебса. Я криво усмехнулась. Маркус понял, что на кривой кобыле меня не объедешь.
— Ваше Высочество, поверьте, деньги тут играли последнюю роль. Всё дело в стрелах Амура, кои поражали меня и юных дев.
— Стрелы Амура?
— Истинно они.
— Верю. Ну что, Маркус, виконт ла Монт, пойдём, посмотрим на твоё хозяйство.
— Там у меня не прибрано…
— Ничего, я как-нибудь это переживу.
В домишко Маркуса мы зашли втроём, я, Богдан и сам виконт. М-да, бардак был ещё тот. Увидела даже прошмыгнувшую крысу. Воняло немытым телом и чем-то прокисшим. Короче, как на помойке. Зато здесь было много приспособлений для химических опытом. Я даже рот открыла от удивления. Стеклянные колбы и сосуды, всех размеров и разных форм. Змеевидные трубки — медные, бронзовые и даже пара была из стекла. Медные сосуды, бронзовые с крышками, плотно закреплявшиеся с помощью болтов, для выдерживания давления при нагреве. Одним словом, мечта идиота. Удивлённо посмотрела на Маркуса. Он понял, что я впечатлена и стал раздуваться от важности, как жаба на болоте.
— Маркус, откуда у тебя это великолепие?
— Ваше Высочество, это собиралось и преумножалось многие годы. Я всегда все свои деньги, которыми смог разжиться, тратил на приобретение разных инструментов для проведения алхимических опытов. У меня одна из самых лучших коллекций. Я их перевожу в специальной таре. Вам понравилось, Ваше Высочество?
— Понравилось. Я довольна. — Прошлась, осмотрелась. Помимо всего этого, ещё у Маркуса были книги. Больше десятка, толстых в кожаных переплётах.
— Что за книги?
— Трактаты,
— Трактаты о чём?
— О строении нашего мира. О его первоисточниках…
— Первокирпичиков?
— Ээээ… Вы знаете работы древнегреческих философов?
— Знаю. Ладно, начинаем всё грузить. Трактаты тоже грузишь.
— Прошу прощения, Ваше Высочество, а куда собираться?
— Со мной пойдёшь и вот это всё, тоже со мной. Там я познакомлю тебя со своей сестрой. Она большой знаток химии… Вернее алхимии.
— У Вашего Высочества есть сестра?
— У Нашего Высочества есть младшая сестра. Очень талантливая девица. Вот скажи, Маркус, ты чем всё это время, пока находился у Ульриха, занимался?
— О, я решал очень серьёзную задачу естествознания.
— Правда? И что за задача?
— Поиск философского камня.
— Зачем тебе этот булыжник?
— Как зачем, принцесса, для трансмутации!
— Понятно. То есть, ты хочешь свинец превратить в золото?
— Конечно. Очень многие алхимики сейчас бьются над этой задачей. Да и Ульрих фон Дениц разрешил мне здесь работать, тоже по этой причине. Увы, принцесса, но без этого жёлтого металла никуда.
— Понятно. Но ты не беспокойся. Я не интересуюсь обращением свинца либо другого металла в золото. Тем более, что это невозможно.
— Я бы тут с Вами, Ваше Высочество, не согласился. Мавританскому алхимику Ибрагиму ал Баруну пятьдесят лет назад удалось трансформировать фальшивый динар из свинца в золотой. Я читал его трактат. Правда он запрещён. А сам Ибрагим погиб в Гранаде при штурме его войсками Кастилии и Арагона, мне удалось почитать сей труд. Правда не в подлиннике, так как подлинник надёжно спрятан его учениками. А переписанным текстом на французский.
Я засмеялась. Стояла и хохотала. Маркус недоумённо на меня смотрел.
— Маркус, знаешь, как это ещё называется?
— Как и что?
— Развод лохов. Твой Гарун аль Ибрагим…
— Ибрагим ал Баруни, принцесса. — Маркус обиделся, насупившись.
— Да наплевать, как этого жулика звали. Так вот, тебя и тебе подобных очень ловко водят за нос. Ничего этот твой Баруни не трансформировал. Враньё. Даже не забивай себе голову. Запомни, Маркус ла Монт, чтобы обратить свинец в золото, нужно изменить атомную решётку свинца. Изменить на атомную решётку золота, а это невозможно. Понятно?
Маркус вытаращился на меня, как таракан, которого нахлобучили тапком.
— Какую решётку? — Наконец, выдохнул он.
— Атомную. Первокирпичики, Маркус.
— Что, первокирпичики? — Маркус не понимал.
— О которых говорили философы древней Греции, помнишь? Кстати, они говорили и об атомах. Или ты не знал этого? Плохо ты знаешь об учёных древности. Ай-яй-яй.
— А как её изменить?
— Никак. Поэтому нечего забивать себе голову этой ерундой. Лучше займись другими, более полезными вещами.