Александр Солоник: киллер мафии
Шрифт:
– Тебя больше никто не обидит! – произнес он, выруливая со стоянки. – Мы теперь всегда будем вместе… Ты слышишь?
Тихо всхлипнув, Алена взглянула на своего спасителя с немой благодарностью. За этот взгляд он отдал бы многое, если не все…
За окнами царила глубокая ночь – в темном пространстве спальни настольная лампа обозначила красный круг света, и Саше казалось, что над головой Алены появился золотистый нимб.
– Иди ко мне… – прошептал Солоник устало.
Удивительно, откуда брались силы? Они занимались
Она подняла голову, улыбнулась – но улыбка вышла какой-то печальной.
– Сейчас, любимый…
Вот уже несколько месяцев они жили вместе. Удивительно, но тогда, после первого же знакомства, Саша неожиданно для самого себя предложил ей остаться навсегда.
У него были деньги, и для новой жизни он купил квартиру на окраине столицы. Оформил ее на Алену, сделал евроремонт, подобрал стильную мебель. Он делал ей дорогие подарки, возил в рестораны, но уже в первые недели знакомства видел по ее глазам: все это ей не надо, всем этим она давно уже пресыщена.
Алене требовалось лишь одно: чувствовать, что Саша рядом, ловить его взгляд, предугадывать каждое желание, исполнять его…
Любить и быть любимой – что может быть естественней для женщины?
Она не догадывалась о его занятии или делала вид, что не догадывалась. Случайно увидев у Саши большой черный пистолет, спросила:
– Газовый?
Он не стал врать.
– Нет, настоящий.
И больше никаких вопросов не задавала; он был благодарен ей за это вдвойне…
Свет над головой Алены почти незаметно вибрировал, и Саша поймал себя на мысли, что, наверное, это и есть настоящее счастье: приятная полутьма, любимая женщина рядом, ощущение спокойствия – может быть, не ощущение вовсе, а иллюзия…
Он хотел этого, он стремился к такому подсознательно, но только теперь это понял.
Гармония между умозрительным и реальным, между воображаемым и действительным – это, наверное, и есть счастье. Правда, счастье хрупкое, потому что может исчезнуть в любой момент.
Мemento more…
Неожиданно девушка тоненько всхлипнула. Солоник вздрогнул.
– Что с тобой?
– Ничего, не обращай внимания. – Она отвернулась, и Саша, поднявшись, подошел к ней, положил руки на плечи.
– Что-то произошло?
– Да нет, все в порядке…
Алену уже несколько дней явно что-то тяготило. Это угадывалось и по растерянному виду, и по горестным складкам в уголках губ, и по слезам, которые то и дело наворачивались на глаза и которые она незаметно вытирала…
– Что происходит? – Солоник внимательно взглянул на девушку.
– Да так… ничего, не обращай внимания. Ложись, я сейчас приду.
Он уговаривал ее долго – поделись, у тебя ведь нет никого ближе меня. Я все для тебя сделаю, только не скрывай.
– Может быть, у тебя проблемы с бывшим мужем?
При упоминании о нем Алена некрасиво, по-бабьи, расплакалась, и Саша понял, что не ошибся.
Да,
– Вот что, – в голосе Солоника прозвучали угрожающие интонации, – дай-ка мне его адрес…
– Саша, не надо, не встречайся с ним! – Алена судорожно схватила его за руку. – Это страшный человек. Он с бандитами связан, он тебе…
– Тогда дай телефон, – продолжал настаивать Солоник.
– Нет, не надо.
Неожиданно Саша улыбнулся.
– Ладно. Не хочешь, чтобы я с ним встречался, – не надо. Давай ложись, я сейчас схожу в ванную и приду к тебе. И больше ни о чем плохом не думай – договорились?..
В будке междугородного телефона-автомата Саша спокойно набирал номер, сверяясь с листочком бумаги, который держал в руке.
Выяснить телефон бывшего Алениного мужа оказалось совсем нетрудно: номер этот был записан в ее блокноте, который обычно хранился в ридикюле.
Длинные гудки, шуршание, щелчок…
– Алло?
Саша был сух и корректен. Представившись, осведомился, с тем ли человеком он разговаривает.
– Ну да, – зло подтвердила трубка. – А тебе чего надо?
Голос бывшего мужа Алены был ему неприятен, но Солоник, подавив в себе негативные эмоции, представился, предложив встретиться.
– А, это ты, гондон! – казалось, бывший Аленин муж даже обрадовался. – Ну, давай, забьем с тобой стрелу, козлина… Подваливай в Люберцы, мы тебя всей бригадой отпидарасим!
– Не понял, – Саша переложил трубку в другую руку.
– Чо не понял – я же тебе, зяблик, русским языком говорю – в Люберцы давай, в Люберцы… Знаешь такой город? Дешевка долбаная, хмырь болотный… – после этого трубка взорвалась непечатными ругательствами – на зоне, где был Саша, за каждое из них можно было заработать заточку в печень.
– Хватит гнилых базаров, забивай стрелку, приеду, – спокойно прервал его Солоник. – Где в Люберцах и во сколько?
– В восемь вечера, за ДК, – немного подумав, ответил бывший муж Алены. – Давай, козлик, вазелин не забудь приготовить. Буду ждать.
Саша отправился в Люберцы утром следующего дня. Беседа, судя по всему, предстояла серьезная, и потому следовало предварительно изучить место будущей встречи.
Дом культуры он нашел без труда. За ним пустырь, судя по всему, малолюдный в любое время суток, – предполагаемое место предстоящей беседы. Слева и справа лужи, впереди глухой забор. Несомненно, бывший муж Алены должен появиться на стрелке не один; по всей видимости, притащит с собой качков, коими славятся Люберцы, как Тула – самоварами или Вологда – кружевами. Что и говорить, место было выбрано удачно и грамотно: в случае чего никаких свидетелей, и свалка недалеко, труп можно спрятать (если, конечно, Аленин муж пойдет на крайние меры). Да и родные стены, по его замыслу, должны помочь.