Алеф (CИ)
Шрифт:
Вообще, симуляторы меня раздражают, хоть я и вынужден пользоваться ими. Они напоминают киборгов из реального мира. Если их сделают более самостоятельными, в Киберграде нельзя будет отличить живого юзера от подделки, а какой тогда прок от виртуальности?
Я смотрю на человека с подозрительностью и неприязнью. Тот никак не реагирует, но это ни о чём не говорит: возможно, передо мной просто человек, уставший в реальной жизни от собственной красоты и ищущий в Киберграде альтернативы.
– Герр Кармин, - представляюсь я.
– К герру Шпигелю.
Кремовый человек заметно оживляется. На его лице за пару
– Ах, это вы!
– восклицает он.
– Прошу. Я немедленно провожу вас.
Он пропускает меня внутрь, захлопывает дверь и тщательно запирает штук пять замков. Если это не декорации, а настоящие файрволы, то у Шпигеля неплохая защитная система. Должно быть, и сканеры имеются, проверяющие посетителей на вирусы. Но сегодня я пуст.
– Позвольте ваш багаж. Я оставлю его вот здесь и уверяю: он будет в полной безопасности.
Я передаю кремовому человеку объёмную сумку из крокодиловой кожи, и он ставит её на металлический стеллаж справа от входа.
– Следуйте за мной, герр Кармин.
Мы преодолеваем несколько узких, плохо освещённых коридоров, выстланных пёстрым линолеумом, и оказываемся перед дубовой дверью, бронзовая табличка на которой гасит: «Профессор Август Шпигель». Кремовый человек трижды ударяет согнутым пальцем по косяку и, слегка поклонившись на прощание, убегает. У меня появляется ощущение, что мой немецкий партнёр любит Кафку и Гофмана.
Но рассуждать об этом некогда, потому что дверь распахивается, и на пороге возникает Шпигель собственной персоной.
– Герр Кармин!
– восклицает он радостно.
– Входите, прошу вас! Давно приехали?
– Два часа назад, и сразу к вам, - отвечаю я, переступая порог.
Кабинет немецкого профессора представляет собой полутёмную комнату с низким потолком, разнообразно захламленную: здесь и муляжи скелетов, и гипсовые черепа, и куча анатомических плакатов, свёрнутых в рулоны и покрытых изрядным слоем пыли. На стене висят портреты бородатых герров - должно быть, видных учёных. Всё это освещается тусклым светом настольной лампы, прикрытой зеленоватым абажуром.
В целом, кабинет смахивает на подсобку, в которой учитель биологии хранит редко используемые пособия. У меня складывается впечатление, что я вижу декорации.
– Зачем такая поспешность?
– удивляется Шпигель.
– Что-нибудь случилось?
– Просто не люблю откладывать дела в долгий ящик.
– Сразу видно бизнесмена, - немец улыбается, показывая, что его слова следует воспринимать как комплимент.
– Вы сняли номер в гостинице?
– Пока нет, - я замечаю среди портретов лицо Кафки.
– Можете порекомендовать?
Шпигель несколько секунд раздумывает, потом говорит:
– Не согласитесь ли вы пожить у меня? Это будет удобно для дела и избавит вас от лишних хлопот.
– Ни к чему, - протестую я, но Шпигель уже загорелся.
– Прошу вас! Жена будет счастлива, если вы у нас погостите, - говорит он.
Мне не хочется принимать его предложение, так как я опасаюсь, что в своём пространстве он навешает на меня жучков, чтобы отследить адрес, с которого я захожу в виртуальность, но в гостиницах практически нет защиты, и там это сможет сделать каждый. У Шпигеля, по крайней мере, мне не придётся беспокоиться о
– Ну, что ж, если вас это действительно не стеснит…
– Ни в коем случае!
– немец машет руками, что совсем не вяжется с его сухопарой фигурой.
Он берёт со стола крошечный терминал.
– Сейчас же отправлю своего шофёра на вокзал забрать ваши вещи из камеры хранения.
– Не нужно. Мой багаж в холле.
– Вот как? Очень хорошо. Не хотите бренди?
Я не прочь, и Шпигель наливает мне и себе «Асбах Уральт».
Проверив напиток вшитыми в мою личину сканерами на предмет вирусов, делаю небольшой глоток. В виртуальности вся пища и все напитки стоят одинаково, причём недорого, потому что не насыщают тело и даже не создают иллюзию сытости - иначе некоторые умерли бы от истощения, питаясь одними виртуальными блюдами. Однако вкус у еды и напитков разный, и я мысленно воздаю должное знаменитому бренди.
Мы выпиваем, и я понимаю, что выступаю в роли гостя, а не грозного босса, нагрянувшего с проверкой. Что ж, похоже, Шпигель оказался хитрым парнем. Однако таким фокусами меня не проведёшь: бизнес есть бизнес, а гостеприимство - личное дело каждого.
Бренди раздражает во рту рецепторы, и я понимаю, что голоден. Значит, пора выйти из Киберграда и отправиться на настоящую кухню.
– Боюсь, я вынужден вас временно покинуть, - говорю я Шпигелю.
– Физиология.
– О, разумеется. Позволите доставить вас домой?
– Конечно.
Поставив пустой стакан на стол, я отключаюсь от Киберграда. Моё виртуальное тело останется в комнате и будет реагировать на действия собеседника по заданному алгоритму, но немец не станет с ним общаться, понимая, что меня в нём уже нет. Возможно, он тоже отправится перекусить или займётся своими делами.
Глава 4
Освободившись от шлема и комбинезона, я иду в туалет - вечный ритуал того, кто живёт в Киберграде, а в реальности лишь поддерживает жизнь своего тела. Потом одеваюсь, чтобы сходить в магазин, потому что в холодильнике пусто: утром мне едва удалось наскрести снеди на завтрак.
Дождя нет, зато ветер раскачивает вершины тополей и пригибает кусты к земле. Я опускаю голову и сгибаюсь пополам, чтобы противостоять его натиску, но всё равно каждый шаг даётся с трудом.
Добравшись до ближайшего продуктового магазина, с облегчением обнаруживаю, что здесь тепло - даже душновато. Пахнет сырами и колбасами, откуда-то тянет молоком. Серая кошка лениво щурится на меня одним глазом, свернувшись на витрине.
Я беру пластмассовую корзину и, проходя мимо стеллажей, набираю всё, что может пригодиться. Холодильник у меня большой, а морозильная камера размером с комод, так что запасаюсь надолго. Сразу мне, конечно, много не унести, поэтому я приду сюда ещё вечером - после того, как разберусь со Шпигелем.