Алчность
Шрифт:
Пока она смотрела по телевизору свою любимую мыльную оперу, Бен каким-то образом смог подняться с пола в кухне и добраться по коридору до ванной, чтобы облегчиться, когда яд ужасной разрушительной силы проделал весь свой путь до его мочевыводящих путей. Какой же шок и ужас испытала она, глядя на то, как он ковылял, шатаясь из стороны в сторону, и несколько раз упал, оставив кровавые отпечатки рук на стене и ошметки рвоты на превосходном ковре.
Ужасно неэффективно.
Ну да ладно.
Теперь, когда он наконец умер, она может всем этим заняться. Сьюзи взяла на кухне швабру и ведро и начала долгую и неприятную
Глава 3
Какой французский художник девятнадцатого века основал пуантилизм?
Жорж Сёра.
— Извините…
Какая страна на территории Южной Америки, так же как и Боливия, является государством, со всех сторон окруженным сушей?
М-м-м… Парагвай.
Как назывался циклон, разрушивший город Дарвин в утро Рождества 1974 года?
— Простите, мисс Вандеруолл!
Подняв глаза, Макейди увидела, что к ней обращается сильно загоревшая стюардесса авиакомпании «Квантас». Она нащупала и сняла наушники, оторвавшись от назойливого мотивчика группы Coldplay и заработав штрафные очки за то, что не сумела выбрать из предложенных ответов единственно верный.
— Привет.
— Мисс Вандеруолл. — Волосы у симпатичной стюардессы были собраны сзади в тугой узел, а губы она подвела самым темным карандашом из всех, которые Мак приходилось видеть. От жирной линии бордового цвета, изгибавшейся при каждом слове, было трудно оторвать взгляд.
— Да, это я, — кивнула Мак.
— Мы заходим на посадку, — сказали яркие губы. Стюардесса слегка присела в проходе рядом с креслом Макейди и доверительным шепотом продолжила: — Мы хотели бы сообщить вам, что в Сиднее вас встречают.
— Встречают?
— Похоже на то, что журналисты разузнали о вашем прибытии. Представителю наземной службы «Квантас» поручено проводить вас через более удобный выход.
— В самом деле? Что ж, спасибо. Вы очень добры. — Журналисты? Тут Мак вспомнила, что полиция уже организовала ей встречу и дорогу из аэропорта, и добавила: — Вообще-то, меня и впрямь должны встретить…
— Все в порядке, мисс Вандеруолл. Их мы тоже предупредили. — Стюардесса кивнула и вежливо улыбнулась, как бы говоря: «Я знаю все». — Как вы себя чувствуете?
— Замечательно, — солгала Макейди, чувствуя легкое недомогание.
Стюардесса фамильярно похлопала ее по руке, придвинулась ближе, склонив голову набок, сжав губы и глядя на Мак широко раскрытыми глазами. Невысказанные вопросы переполняли ее, она ожидала, когда Мак хоть каким-нибудь знаком даст ей понять, что можно предпринять разведку. Девушка нависала над ней еще несколько секунд, и, после того как Мак не воспользовалась возможностью поделиться с ней некоторыми пикантными и пугающими подробностями, протянула:
— Что ж… удачи вам. Надеюсь, вы довольны полетом. — Она выпрямилась, собираясь удалиться.
Довольны полетом?
Мак охватило неодолимое тошнотворное чувство, когда она представила себе, что провела почти тринадцать часов в этом самолете, даже не подумав о том, что, возможно, всем окружающим известно, кто она такая, что с ней произошло и зачем она здесь.
Подлость какая.
— Вы не могли бы мне помочь? — произнесла Мак, когда стюардесса уже уходила.
— Конечно. Что я могу для вас сделать?
— Вы не знаете, как назывался циклон,
— Простите? — Губы обиженно надулись.
— Не обращайте внимания. Это не важно. — Мак ненавидела, когда ей задавали вопросы, ответа на которые она не знала, пусть даже никому не интересные. — Спасибо, что предупредили меня о… торжественной встрече.
Стюардесса мило улыбнулась и исчезла в проходе.
Макейди зевнула и потянулась, ее мышцы ныли, а разум лихорадочно просчитывал, что могло ее ожидать. В то время, когда одно за другим совершались убийства, весь Сидней был охвачен ужасом перед «охотником за „шпильками“», но она надеялась, что судебный процесс не вызовет столь же пристального внимания населения. Если те новости, что сообщила стюардесса, имели под собой основания, возможно, все ее надежды оказались напрасными. Новость нельзя было назвать приятной. Мак была невыносима сама мысль о том, что она увидит на страницах газет красивое лицо Кэтрин с подписью «Жертва кровавого убийства», «Убитая» или даже просто «Жертва».
Мак перевела часы на сиднейское время — вторник, 5.55 — и потерла слипающиеся глаза. Наивная дурочка. Она вытянула шею, рассматривая здание Сиднейской оперы, появившееся в иллюминаторе, когда самолет заложил крутой вираж влево. Небеса сияли яркой лазурью, отражаясь в широких просторах океана, омывавшего берега Австралии. Однако это потрясающее зрелище только усилило чувство тошноты, навеянное не самыми приятными воспоминаниями о ее последнем посещении Австралии.
Худшее уже позади, верно?
Мак пристегнула ремень безопасности и приготовилась к посадке.
Скоро ты это узнаешь.
Детектив старший сержант Эндрю Флинн прислонился к дальней стене зала прилетов Сиднейского международного аэропорта: в руке цветы, в груди — колотящееся сердце. Высокий привлекательный мужчина, от которого веяло силой и некоторой небрежностью, привлек к себе восхищенный взгляд симпатичной блондинки за стойкой компании «Херц», сдающей автомобили напрокат. Поглощенный внутренней борьбой с самим собой, он этого не заметил.
Выброси цветы.
Нет, женщины любят цветы.
Ты похож на идиота. Выброси их.
Спустя всего пять минут после того, как Энди купил букет, составленный из разных цветов с неизвестными ему названиями, он швырнул его в ближайшую урну. Вернувшись на исходную позицию, он прислонился спиной к дальней стене у самых раздвижных дверей главного выхода и сложил руки на груди. Без дурацкого букета Энди чувствовал себя намного лучше. Поддавшись минутному порыву, он купил цветы — поступок совсем не в его стиле. Причина крылась в том, что сегодня его крепкие нервы подверглись испытанию с самого утра и он опасался, что может совершить поступок, о котором позже будет сожалеть. Накануне ночью пришел факс, в котором в не самых учтивых выражениях угрожали выдвинуть обвинение против одного из основных источников финансирования нового подразделения полиции, создаваемого в Новом Южном Уэльсе. А ведь именно ему с самого начала предстояло возглавить отдел оперативной информации, обеспечивающий создание и дальнейшую работу базы данных по всем уголовным преступлениям, связанным с насилием. Черт! Хотя он сам понимал, что это была не единственная причина его нервозности. Во всяком случае, не самая главная.