Альбинос (сборник)
Шрифт:
– Хватайте меня! Плечо… Сам не удержусь!
Глава 5
Летающая крепость
Турбины дисколета ревели над головой, ветер бил сверху, норовя сбросить нас с вытянувшейся в струнку веревочной лестницы. Эви поднималась первая, за ней Разин.
– Помочь? – крикнул он, оглядываясь на меня.
Я мотнул головой, показывая, что долезу сам. Хотя правая рука уже почти не действовала. Разъешь вас всех некроз! – к левой прицепилась какая-то убийственная тварь, правая онемела, я болтаюсь под невероятной летающей штукой возле Улья небоходов… да еще и лишился своего самохода! И вообще всего,
Дисколет взлетал, удаляясь от Улья. Разин снова оглянулся на меня. Ясное дело, он ведь присутствовал при том разговоре в зале городской Управы и теперь знает про оружие доминантов. И наверняка хочет заполучить его, вот и переживает, чтобы я не сверзился вниз.
Мимо пронеслась авиетка с белыми огоньками на крыльях, ее преследовали, поливая огнем из пулеметов, две красные машины. Волна воздуха ударила в нас сбоку, лестница закачалась, и я чуть не сорвался. Снова повис на одной руке, дергая ногами, пытаясь нащупать перекладину, а она выскальзывала из-под подошв. Пальцы начали разжиматься сами собой. Авиетки, описав крутой вираж, одна за другой промчались мимо в обратном направлении, лестницу качнуло, и перекладина, на которой я почти смог утвердиться, снова куда-то подевалась.
Пальцы разжались, и я полетел вниз.
Протянувшиеся сверху руки вцепились в волосы. Я вскрикнул и повис, будто кукла на крючке. Схватился за лестницу и задрал голову, когда хватка разжалась. Разин висел, удерживаясь лишь согнутыми ногами, схватив меня за локоть, медленно тянул вверх. Его широкая раскрасневшаяся физиономия была прямо надо мной. Выше Эви, успевшая подняться почти к самому дисколету, спускалась обратно, чтобы помочь здоровяку, а еще выше маячило большое круглое днище из тусклого металла. В днище виднелись несколько люков, один, у самого края, был распахнут – из него и свешивалась лестница.
Рукав френча громко затрещал и начал расползаться по шву.
– Держись… – прохрипел Разин.
Преодолевая жгучую боль в плече, я поднял вторую руку и схватился за перекладину. Нащупал сначала левой, потом правой ногой другую, внизу – и прижался к лестнице, наконец сумев более или менее надежно утвердиться на ней. Прокричал сквозь доносящийся сверху рев:
– Все, отпускай!
Помедлив, Разин разжал пальцы. Эви поняла, что мы справились без ее помощи, и полезла обратно. Разин отстранился от лестницы, упираясь в перекладину ногой и держась одной рукой, крикнул:
– Давай! Я за тобой!
Восхититься его самоотверженностью и желанием спасти ближнего своего мне мешало лишь понимание того, что хозяин Меха-Корпа помогает доставщику по прозвищу Музыкант не из добрых чувств, а из корыстных побуждений.
Хотя кто знает – возможно, еще из чувства благодарности, ведь мы с Эви вытащили его, когда он едва не вывалился из пещеры.
Я прополз мимо Разина. Рев над головой усилился, очень плотный поток воздуха бил сверху. Дисколет отлетал от Улья, но пока еще висячая гора была недалеко. По краю ее вдоль посадочных полос горели фонари, лучи прожекторов метались, то озаряя летающую крепость, то вновь погружая ее во тьму, отчего казалось, что круглое днище непрерывно мигает над головой. До него оставалось всего ничего, я видел покатые выступы с четырех сторон на корпусе. В круглых гнездах бешено вращались винты. Три смотрели вниз, создавая бьющий вертикально поток воздуха, а четвертый, расположенный со стороны Улья, – наискось. Он-то и толкал дисколет прочь
Хотя я ни за что не поверил бы, что три этаких вентилятора могли удерживать в воздухе подобную машину. Тут было что-то другое – именно оно и заинтересовало Разина, потому-то он и пристал к интенданту с расспросами.
Эви исчезла в квадратном люке, куда уходила веревочная лестница. Я преодолел еще несколько перекладин и когда оказался прямо под днищем, шум турбин стал немного тише. Из люка высунулась голова цыганки, рядом показалась вторая – в кожаном шлеме и больших круглых очках с резиновыми ободками. Две пары рук протянулись ко мне.
Прежде чем нырнуть в дисколет, я оглянулся на Улей.
Исполинский темный конус острым концом уходил вниз, к далекой земле, вернее – к озеру, едва различимому в свете звезд. Верхняя часть горы сияла огнями, гирлянды фонарей тянулись вдоль посадочных полос, другие светили на крышах домов и на улицах между ними, а самый яркий горел в башне над зданием Управы. Там стояло что-то вроде зеркальной чаши, посылающей широкий луч горизонтально над городскими крышами. Чаша медленно вращалась, луч поворачивался, а вокруг метались более тусклые, испускаемые обычными прожекторами. Над городом гудели авиетки, сновали из стороны в сторону, как стая ос. Темноту прошивали белые пунктиры трассеров. С крыш и улиц тоже вели огонь.
Перед зданием Управы стояла баррикада из ящиков, бочек и выброшенной через окна мебели. В бьющем с крыши соседнего дома луче прожектора были видны прячущиеся за ней вооруженные люди. Из-за крыш вынеслась авиетка с красными огнями на крыльях и полетела низко над мощеной площадью прямо на баррикаду. Защитники Управы открыли огонь, замелькали вспышки. А на авиетке заработал сдвоенный пулемет: яркие пунктиры выстрелили перед ней, под крутым углом упершись в мостовую, заскользили вперед. Пули врезались в баррикаду, и она разлетелась мелкими обломками и трухой, будто сухой пенек, по которому с размаху саданули кувалдой. Но и ответный огонь не пропал даром – за авиеткой потянулась длинная полоса дыма. Пулемет смолк, машина круто взмыла кверху, однако вывернуть не успела – врезалась в башню на крыше.
Эви ахнула, когда авиетка разорвалась сотнями огненных брызг и пылающих сгустков, которые скатились вдоль стены и комьями огня запрыгали по крыше. Далекий грохот докатился до нас сквозь шум битвы.
Башня начала заваливаться назад, идущий от зеркальной чаши луч ударил по дисколету, на мгновение ослепив нас, поднялся выше, выхватив из темноты ползущее по небу одинокое облако. Оно вспыхнуло над головой, засияло слепящим белым светом и погасло, когда луч ушел дальше во тьму небес. Башня обрушилась, луч еще мгновение бил вертикально, а после погас.
– Вот дают! – крикнула Эви. – Аюта, ты видела?!
– Влезайте! – приказал снизу Егор Разин.
Отвернувшись от Улья и воздушной битвы над ним, я подтянулся. Четыре руки вцепились в мои плечи, помогая забраться в люк.
Верхняя часть дисколета состояла из бронированного колпака с узкими дверями и прорезями, которые накрывали железные шторки. Над колпаком торчали изогнутые трубки перископов, вокруг шла открытая палуба – полоса блестящего рифленого металла шириной шагов в пять. Ее окружали высокие борта, с четырех сторон стояли пулеметы, защищенные выгнутыми наружу броневыми щитами. Турбины – заключенные в широкий обод пропеллеры, затянутые снизу сеткой, – находились прямо под ними.