Алая Тень

Она ненавидела себя все эти годы. Она проклинала тот самый день, когда её жизнь круто изменилась. Изменилась не в лучшую сторону. Виной всему был тот, кого она когда-то звала самым любимым и самым дорогим человеком в мире. Тот, ради кого она была готова практически на всё. Тот, чьё имя графиня давно предпочитает не вспоминать. Но этот человек сам постоянно напоминал о себе если не в реальности, то во снах. Имя этому человеку, обрёкшему её на вечную жизнь, – Люциус.

Кем же был этот Люциус? Кто-то

говорил, он кавалер, умеющий очаровывать дам. Другие же утверждали, что он человек со своими секретами. Наша же героиня не понаслышке знала, что всё сказанное о нём является правдой. Кроме того, Люциус был великолепным манипулятором. Каждый раз, когда в его замок забредала очередная жертва, он очаровывал её и заставлял делать то, что выгодно ему. Обычно эти невинные девушки не выживали. Графиня же, чьё имя Елизавета, была единственной, кому удалось не только выжить, но и сбежать от колдуна.

Прошло двести с лишним лет, но она всё ещё помнила тот самый день, когда её душа была навечно проклята. Такое забыть определённо невозможно. Тогда, будучи наивной девушкой, молодая графиня приметила незнакомца в толпе людей и из природного любопытства последовала за ним. Тот заметил слежку, но вида не подал.

Она старалась идти по тёмному и мрачному коридору как можно тише, чтобы дольше оставаться незамеченной. Ей было интересно узнать, что творится в том замке, о котором ходят мрачные слухи. Именно за своё природное любопытство графиня и ругала себя на протяжении двух веков.

«Если бы можно было повернуть время вспять», – думала она, стоя у зеркала в ванной комнате.

Удивительно то, что за проклятые вечностью годы бывшая графиня сохранила свою человечность. Обычно существа, подобные ей, теряют рассудок в первые же годы. Этим Елизавета и удивляла Люциуса, продолжавшего появляться в её жизни слишком часто за последние несколько лет. Тот хоть и знал, что она вряд ли захочет вернуться к нему, но так и не бросил попытки воссоединиться с лучшей марионеткой из тех, кого когда-либо создавал. Она была умной и очень догадливой, что девушке и позволило узнать тайну Люциуса в первый же день.

– Мой замок вовсе не для незваных гостей, – говорил он, подкравшись к главной героине. – Но для тебя я сделаю исключение.

Знала бы она, что повлечёт за собой это событие! Прильнув к её шее и тайком обездвижив новую жертву, он обнажил главное оружие всех порождений тьмы – острые, словно лезвие, клыки и вонзил их в шею.

Открыв глаза, наша героиня отогнала от себя ворох воспоминаний, которые предпочла бы забыть. Она бы отдала что угодно лишь за одну возможность забыть всё. Но, увы, память у бессмертных никогда не хромает. Они вынуждены помнить все события, когда-либо происходившие в истории.

– А вот зря ты сопротивляешься! – послышалось сбоку.

Ей не нужно было поворачивать голову, чтобы понять, кому именно принадлежит этот голос. Раньше, ещё в бытность молодой колдуньи-вампирши, Елизавету проявления тёмной стороны весьма пугали, но через пару

десятилетий она привыкла.

– Заткнись! – послышалось в ответ. – Я – это не ты!

Усмехнувшись, тёмная сторона души проговорила:

– Рано или поздно ты перестанешь отрицать очевидное. Мы ведь с тобой всегда были одним целым, верно? Глупо пытаться отделаться от меня двести лет подряд.

– Сгинь!

Вообще-то тьма была права. Они действительно были одним целым с того самого дня, когда графиня пришла в тот замок. Они действовали вместе, выполняя приказы жестокого и коварного «кукловода». Вместе убивали людей, о чём одна из них до сих пор сожалеет.

Едва она собралась снова предаться воспоминаниям, как зазвонил телефон. Брать трубку не хотелось, но звонивший был настойчив. Только один знакомый мог настаивать на разговоре.

– Если ты опять что-то натворил, я тебя спасать не собираюсь! – проговорила она, взяв трубку.

– Почему это сразу натворил? – обиделся собеседник.

– Саня, ты же по другому поводу никогда не звонишь.

Александр, или же Саня, был головной болью Елизаветы. Именно он всегда во что-то вляпывался, и ей приходилось его спасать. Саня то прилюдно силу продемонстрирует, то оборотням дорогу перейдёт. Поэтому графиня и не стремилась брать трубку, если на дисплее высвечивалось имя её подопечного.

– Не возмущайтесь, маменька! Ваш непокорный сын ни в чём не виноват.

– Саня, я терпеть не могу, когда ты меня так называешь!

– Снова будешь грозиться чем-нибудь огреть меня? Ты б за последние семьдесят лет хоть что-то новое придумала! Никакой фантазии!

– Если ты не хочешь нарваться, то сразу приступай к делу.

– Ладно, как вы пожелаете, Ваша Светлость. Так ведь говорили в твоё время? Помнишь, ты меня просила об одной услуге?

– И?

– Я нашёл кое-кого из информаторов. Я, конечно, не берусь утверждать, но он болтливый. По идее, должен знать, где Люциус твою сестру прячет.

Люциус не бросил попытки вернуть самую лучшую из когда-либо созданных им марионеток. В ход шли любые способы, на которые Елизавета давно не велась. В этот же раз он решил вернуть её, похитив младшую сестру главной героини, которая уже несколько лет живёт отдельно, но часто навещает старшую.

– Думаю, ты знаешь, что я тебе сделаю, если узнаю о вранье.

– Лично прикончишь, я в курсе. Можешь успокоиться, я не вру.

***

– Ещё раз спрашиваю, где моя сестра? – повторно задала вопрос колдунья с вампирскими замашками.

– Даже если бы мне и было что-то известно, то я бы всё равно не выдал бы информацию, – пробормотал вампир-новичок.

«Врёт, зараза!» – подумала Елизавета, глядя ему в глаза. Ложь она вычисляла сразу, но вот выуживать правду с помощью гипноза не любила, хоть и не испытывала трудностей при этом. Пожалуй, единственное, за что стоило благодарить Люциуса, – это умение подчинять себе чужую волю, ведь иногда сия способность была весьма полезна.