Алая стена
Шрифт:
– В целом, причина смерти вам известна, как я понимаю. Пулевое ранение, потеря крови. Но есть один нюанс, – врач сделал озадаченное лицо и провёл резиновой перчаткой
Алиев встал со стула, на котором ожидал прихода врача, и загрёб одну руку в волосы, а другую уткнул в свой бок, и начал с напуганным и шокированным видом ходить по комнате, наматывая круги, глубоко и часто дыша. Он никак не ожидал, что посодействовал смерти не двух, а почти трёх людей, или двух с половиной, как угодно. Проводив Мари, понимая свою вину во всей этой трагедии, он не мог простить себе этого, и хотел всячески искупить вину, как минимум организовать достойные похороны.
– Какой срок? – Алиев посмотрел на врача с испугом и сильно озадаченным лицом, на котором виднелись красные от бессонной ночи и яркого света глаза, которые вот-вот и наполнятся
– Три месяца.
Три месяца. Целых три. Алиев шёл домой, крутя эту фразу, а потом переключаясь на «беременна», и снова «три, три месяца!». Он не мог простить этого себе, и то, что им двигало – нежелание нарушить закон. Он виноват? Прав? Поступил ли он правильно? Является ли в действительности единственной правдой закон? Всякий ли закон? В его голове крутилась мысль о ребёнке. Мальчик это бы был или девочка? Как бы его звали? Как он мог допустить смерти Мари, ведь он был способен унять её прежде, чем случилось то, страшное…выстрел… Он шёл, не обращая внимания на дорогу.
Чудом не сбитый, он всё же дошёл до дома. Там мужчина выпил несколько таблеток мощного успокоительного и начал думать над похоронами. Но дума была не долгой, поскольку очевидно, что близких людей у пары не было. Алиев пришёл к решению организовать погребение и только.
Конец ознакомительного фрагмента.