Алая сова Инсолье 2
Шрифт:
— Будем надеяться, — кивнул я. — Кстати, ты говорил, что знаешь об этом озере.
— Слышал пару неласковых, да. Сразу скажу — пить из него нельзя. Так что на вашем месте я бы наполнил сосуды сейчас. Где-то сбоку интенсивно капает, там, видимо, просачивается дождевая вода. Или ледниковая. В любом случае она относительно питьевая.
— Лучше прокипятить, — кивнула ему Элле, спрыгнула с Хрюшиной холки и полезла в сумки к ишаку за кожаными бурдюками.
— Зачем? — хором удивились мы тро… нет, только двое. Филипп промолчал. Чем удостоился задумчивого хмыка со стороны моей жены. А нам она объяснила про очень-очень маленькую нежить, которую
Я аж завис. Никогда мне не приходило в голову проверять простую воду на наличие мелкой нежити. Но про то, что от сырой воды бывает понос, если не хуже, я знал. Так, может, жена не врет? Как бы проверить?
— Не заморачивайся. Твой маленький мозг пока не в силах осознать всю глобальную широту мира, — вмешался в мои мысли Филипп. — Вот проживешь лет двести, опыта поднаберешься, отрастишь серое вещество, и будет тебе… хм. Нет, не счастье. Будет тебе кошмарное осознание действительности. А пока, поверь, меньше знаешь — легче на душе. Только воду кипятить не забывай. И руки мой перед едой. Особенно после трупов и демонов!
— На своем опыте выучил? — съехидничал я.
— Естественно, — ничуть не смутился козодой. — Иди отбери у жены бурдюк с водой, чего ушами хлопаешь? Ей еще детей рожать. А от переноса тяжестей демоны заводятся уже в спине. И пониже. Хрен изгонишь. — Козодой почесал клювом крыло и тяжело вздохнул.
За бурдюками я не успел, их отобрал у Элле Паоло. Еще и отругал мою жену. Что-то он ей там сказал шепотом, я не разобрал, от чего моя бесстыжая иномирянка вдруг порозовела, а поклажу отдала без препирательств. Я сразу насторожился — неужели мне снова придется отбивать жену у Паоло?! Вроде мы же уже расставили все границы!
— Не кипишуй, он просто спросил ее про особенности зрения без глаз. Видит ли она через одежду, — моргнул на меня козодой.
— Тогда это он должен был покраснеть! — справедливо возмутился я.
— С чего бы? Эта девчонка рассмотрела брата во всех видах с малых лет. Что нового она может обнаружить у него в штанах?
— Как это? — Я чуть не сел на очередной комок мха.
— Да просто. Их же в одной бочке с младенчества купали. Или вы пропустили мимо ушей все мои стенания? А я ни слова не соврал так-то. Лично полоскал двух противных крикливых личинок в одной воде, когда они умудрились скатиться в грязевой ров со стены.
— Все равно! С чего бы ей краснеть?
— Так он не про себя спросил. Про тебя. Особенно его интересовало, как она так виртуозно не замечала твой стояк всю дорогу и что собирается делать с ним дальше, потому что для мужского здоровья очень вредно долго не удовлетворять такие потребности.
— Паоло это спросил?! Паоло?!
Приехали.
Глава 41
Алла
Когда мы снова собрались в путь, я заметила, что Инсолье как-то странно поглядывает на нашего паладина. Не знаю уж, в чем причина, но тут явно замешан один пернатый махинатор.
— Как думаешь, сколько еще идти? — спросила я у мужа, отвлекая того от пристального разглядывания Паоло.
— Часа полтора-два, наверное. Если, конечно, верить этим картам, — ответил Инсолье практически веселым тоном.
— Совсем чуть-чуть осталось. — Я тоже не удержалась от улыбки. А затем еще и слегка приподняла
— Ага. Какая-то пара часов — и ты снова увидишь мир своими глазами! Или… не снова? Ты говорила, что там, в той своей жизни, тоже была слепа? Значит, ты не знаешь, что такое цвета? И свет? Видишь же только очертания… — Инсолье нехило так загрузился, пытаясь понять мои будущие ощущения.
— Я была зрячая до одиннадцати лет. — Моя улыбка вышла немного жалкой. Наверное, потому, что я совсем не любила вспоминать, как именно ослепла и что творилось со мной следующие три года. — Так что цвета я помню. Но уже смутно. Впрочем, мои нити тоже разноцветные. Правда, я уже не уверена, что правильно называю их цвет, когда произношу слова. Все же мое восприятие сильно отличается от восприятия зрячих людей. Слушай. А что тебе сделал Паоло? Почему ты так на него косишься?
Задать вопрос неожиданно в толпе других рассуждений — верный способ поймать Инсолье врасплох. Он иногда не успевает перескочить с одного мысленного потока на другой и отвечает не думая — правду.
— Да он же… А, нет, нет, ничего! — — тут же как-то странно отмахнулся Инсолье.
Жаль, не получилось. Потому что Паоло меня саму вчера ошарашил по уши, начав интересоваться нюансами нашей с Инсолье интимной жизни. Причем таким голосом и тоном, словно ничего неприличного не спрашивает и разговор идет исключительно о здоровье. Он, кстати, так и сказал — длительный стояк вреден для мужчин.
Вот тебе и святой паладин. Со стояком. То есть это не он со стояком, конечно… тьфу! От любого другого персонажа такие вопросы вызвали бы только смех или желание пнуть побольнее. Но от Паоло я настолько не ожидала подобного, что растерялась и даже, кажется, покраснела.
И теперь мне страшно интересно — паладин и мужу прочел лекцию про застой в органах малого таза и вред воздержания или только я такая везучая?
— Кстати, я вот все размышляю, — начал Инсолье. — Найдем мы это кровавое озеро. А дальше что? Конечно, там написано, что нужная надпись проявится, когда страницу окропят водой. Но шатт, окропим мы, а вдруг нас к демонам пошлют? — Некромант развел руками, но тут же вернул их в прежнее положение, задев пальцами стену. Это я все еще прекрасно ощущала окружение, а вот мужчины довольствовались лишь маленькими сгустками магии. Видимо, некий аналог Люмоса из сказки про Гарри Поттера. Разве что в отличие от мира Гарри Поттера свет не концентрировался в каком-то одном месте: вокруг нас будто бы летал рой светлячков. Как пояснил Паоло, организовавший нам такую подсветку, это не только помогает видеть окружение, но и сбивает возможных нападающих. Конечно, против людей это мало чем поможет, но тем же летучим мышам и мхам нехило так порушит восприятие.
— К демонам? — хмыкнула я, наблюдая, как один из этих светлячков уютно устроился прямо в волосах моего некроманта.
— Ну да. В какие-нибудь еще тролльи пики или синие леса. Ты, если пошлют, не расстраивайся. Мы в любом случае вернем тебе зрение, — постарался подбодрить меня муж.
— Главное, чтобы все мы выжили и остались здоровыми. Без глаз я жить уже давно привыкла. — Я повторяла это уже не раз, чтобы не огорчать Инсолье и Паоло в случае неудачи. Но глубоко в мыслях я тоже мечтала о возможности снова увидеть мир. Кажется, тогда, в детстве, он был таким… красочным. Многообразным. Необыкновенным. Возможно, конечно, это было лишь восприятие детского тела. Ведь в детстве все кажется прекрасным. Но… но…