Алая нить
Шрифт:
— Мы стараемся возвратить этих детей в семьи, когда это возможно. Бывает, на это уходит много времени. Иногда детям нужна защита.
Он также располагает списком огромного количества агентств, предоставляющих услуги для проблемных семей. Многие дети, которые обратились в лос-анджелесское отделение «Аутрич», были направлены на различные программы по реабилитации наркоманов, в медицинские учреждения на лечение или на психологическое консультирование в случаях инцеста, физического или эмоционального насилия и по поводу многих других серьезных
Некоторые крупные церкви различных конфессий участвовали в этих программах и присылали в «Аутрич» добровольцев-учителей.
— Нам сопутствует удача. Двадцать детей в прошлом году сдали государственные экзамены на аттестат средней школы. В четыре раза больше детей вернулись в начальные и средние школы для продолжения учебы на территории нашего округа. Шестеро в сентябре поступили в колледж. Двадцать семь человек получили работу в этом году. Цифры не очень внушительные, я знаю, но ценен каждый отдельный случай.
Любой ребенок, который пришел в «Аутрич», обязан проводить два часа ежедневно с понедельника по пятницу на общественных работах.
— В самом начале они жалуются, стонут и брюзжат, но сотрудничают. Через некоторое время понимают, что помощь другим дает им возможность чувствовать себя увереннее, значимее. Вот тогда меняется мотивация и появляется живой интерес.
Когда он говорил, глаза его светились. Несомненно, он любил свою работу и детей, которым так надеялся оказать своевременное содействие.
— Помощь церкви особенно эффективна в этой части программы. Эти детки ведь не собирают мусор где-то посреди улиц. Они подстригают газоны по просьбам пожилых людей, дежурят в детских садах или яслях, кормят лежачих больных, помогают выздоравливающим в больницах, то есть занимаются всевозможной деятельностью, связанной с общением с людьми. — Он улыбнулся. — Вы услышите в разговоре фразу «ходить в самоволку». Не обманитесь. Это означает, что они сами по собственному желанию участвуют в благотворительных акциях.
— Дети сами приходят с целью участвовать в программе?
— Не так чтобы часто. К сожалению. Если честно, с самого начала основная трудность для нас заключалась именно в том, чтобы отыскать таких детей. Обычно мы с другом ходили в центр города и беседовали с бездомными детьми. У некоторых из них не было никаких причин доверять взрослым, не говоря уже о том, чтобы слушать их. Сейчас, чем дольше мы этим занимаемся, тем лучше у нас получается. Мы приняли на работу шестерых подростков, которые прошли через нашу программу, и теперь они распространяют информацию о нас среди бездомных детей, рассказывают о том, что мы есть и что мы готовы помочь всем желающим. Дети охотнее прислушиваются к словам своих сверстников.
Рон подался вперед, в его голубых глазах отражались энергия и увлеченность своей работой.
— Вся идея программы состоит в привлечении огромного числа людей, которые могут помочь нам в работе с этими детьми, — убежденно сказал Рон. — В то же время мы
— Как же вы привлекаете деньги на финансирование всего этого?
— У нас работают специальные люди. Сотрудники, профессионально занимающиеся сбором денег. Это мастера слова, способные убеждать. Некоторые из моих друзей помогали мне в самом начале. Я, в свою очередь, встречаюсь с людьми из различных церковных общин и общественных организаций. Они распространяют информацию о нас. Нам не всегда удается составить удовлетворительный бюджет, но Бог всегда следит за тем, чтобы у нас появлялось достаточное для наших нужд количество денег.
Рон Пейрозо упомянул Бога так же легко и естественно, как мама, так, словно Всемогущий Сам вел его за руку по жизни, участвовал в его работе. Сьерра расслабилась.
Он медленно откинулся назад, улыбнулся.
— Вы наконец-то разжали пальцы.
Сьерра вспыхнула:
— Я надеялась, что вы не заметите.
— Я многое замечаю, — уклончиво произнес он, внимательно наблюдая за ней.
— Вы все еще не сказали, что мне нужно будет делать.
— Все просто, — заверил он, снова погруженный в работу, снова деловой. — Вы будете помогать мне во всем, что я делаю.
— Я уверена, что все не так просто, мистер Пейрозо.
— Зовите меня Роном. Я намерен называть вас Сьерра. Мы здесь не соблюдаем формальностей.
Она чувствовала, как волнение охватывало ее по ходу беседы. У него очень важная работа, и он хочет, чтобы она ему помогала. Сьерра не могла даже припомнить, когда в последний раз ей было так хорошо. Теперь она знала наверняка, ей понравится работать с Роном Пейрозо. Если он примет ее.
— У меня нет достаточной подготовки, — честно призналась Сьерра, желая подвести разговор к главному для нее вопросу. Возможно, будет не так тяжко, если сразу внести полную ясность.
Он улыбнулся, глазами излучая тепло.
— Мне показалось, мы уже решили этот вопрос. Вы можете печатать?
— Девяносто слов в минуту.
— А стенографировать?
— Да, но прошло десять лет с тех пор, как я применяла эти знания на практике.
— Не переживайте так, обычно я записываю на диктофон большую часть своих писем прямо в машине, когда попадаю в пятичасовую пробку. Кассета с записью каждое утро будет ожидать вас на рабочем столе.
Он говорил так, будто вопрос о приеме на работу уже решен.