Аларика
Шрифт:
— Про мою семью он знал, — медленно сказала я. — И если его власти недостаточно для того, чтобы защитить друга — то чего стоит та власть… или та дружба. Тай, мне все равно, кто именно отдал приказ. Тот ли, кто приходит в мои кошмары, или кто другой. Люди короля убили мою семью. Если закон говорит, что за провинность раба надо спрашивать с господина — то с кого спрашивать мне?
Тайрон не ответил. Протянул руку, помогая подняться:
— С дороги придется уйти. — И свернул в лес.
12
На
— Искупаться не хочешь?
Я помотала головой. Он не стал настаивать. Вылез, неспешно оделся. Рубашку надевать не стал, и мокрые темные волосы прилипли к плечам. Я смотрела на него, точно завороженная. Тай, поймал мой взгляд, широко улыбнулся. Я залилась краской, опустила глаза. Он ничего не сказал, просто присел рядом. Я коснулась свежего шрама на боку:
— Давай, уберу.
Он отмахнулся:
— Пустяки. Хватит с тебя магии на сегодня. И без того… Не договорил, привлек к себе:
— Один я бы не справился.
Я спрятала лицо у него на груди, прижалась, вдыхая такой знакомый запах, на время забыв обо всем.
— Странно, — продолжал он, — надо бы благодарить, а мне хочется ругаться и просить не рисковать так больше. Когда ты бросилась на мага… никогда так не боялся. — Тайрон коснулся губами моих волос.
Я чуть отстранилась, подняла голову, заглянула в глаза:
— Тай, у них был приказ взять живой девушку. Если бы не это, он размазал бы меня по дороге в мгновение ока. Но… ты сам сказал — с теми, кто посмел сопротивляться, стража не церемонится.
— Аларика… — он судорожно вздохнул, снова обнял — крепко-крепко. — Аларика, родная… Это я должен защищать тебя — не наоборот.
— Какая разница?
— Есть разница.
Я устроилась так, чтобы видеть его глаза. В отблесках костра они казались темными, бездонными, словно ночное небо.
— Только благодаря тебе я все еще жива. Мы оба знаем это. Так к чему считаться?
Тайрон грустно улыбнулся:
— Хотел бы я, чтобы все было по другому.
Я не ответила. Какое-то время мы сидели молча, слушая, как потрескивают ветки в костре.
— Тай, та история… про эльфийскую деву и смертного… чем все закончилось?
Долго не отвечал, глядя в огонь. Потом пристально посмотрел в лицо:
— Ты ведь думаешь не о них сейчас?
— Не о них, Смешно, правда: я не знаю, буду ли жива завтра, а пытаюсь загадывать на десяток лет.
— Не смешно. Рассказать?
— Не надо, Тай. Я люблю тебя.
Неделя дождей миновала, и снова засветило солнце. У нас в это время лето уже клонилось к закату — а здесь ночи все еще были такими же теплыми, как и дни. Леса давно остались позади, теперь кругом тянулись степи. Тайрон вел вперед, не сильно разбирая, есть ли дорога, ориентируясь каким-то только ему ведомым образом. Припасы потихоньку заканчивались, и мы решили заглянуть к людям.
Деревня
Вот только когда мы подошли ближе показалось, что вокруг неестественно тихо. Ни детских шумных голосов, ни перекличек взрослых. Только отчаянно ревела скотина. А потом в нос ударил запах — приторно-сладкий, ни с чем не сравнимый запах гниющей плоти. Мы одновременно остановились, переглядываясь.
Тайрон напряженно молчал, словно прислушиваясь к чему-то неведомому. Я оглядела дорогу. Отойдя в сторону, присела над крысиным трупом, лежащим прямо на обочине. Осторожно коснулась его носком сапога. Трупик уже начал разлагаться, шерсть вылезла клочьями, но тельце показалось слишком твердым. Я посмотрела по сторонам — а вон еще одна. Стало страшно, захотелось убежать далеко-далеко, а потом залезть в воду и отмываться…
— Что ты там нашла? — Тайрон взглянул мне через плечо, скривился. — Странное любопытство…
Я выпрямилась, машинально вытирая разом вспотевшие ладони об одежду. Видимо, что-то было на моем лице, от чего он замер, внимательно глядя в глаза.
— Что случилось?
— В деревне чума.
Он присвистнул:
— Пошли отсюда.
Я кивнула, собираясь идти прочь. От деревни послышался чей-то стон. Оглянулась — рядом с дорогой, в нескольких ярдах от плетня, ничком лежал человек. Слабо пошевелился, снова застонал. Я шагнула к нему — рука Тайрона жестко легла на плечо.
— Нет.
— Он еще жив!
— Нет, — повторил он. — Там чума. Черная смерть. Пойдем отсюда.
Он был прав, но… я оглянулась на беспомощно распростертое в траве тело. Безумие. Но я не могла уйти, даже не попытавшись помочь. Растерянно взглянула на Тайрона. Его лицо было бесстрастным. Слишком уж бесстрастным…
— Там смерть, — повторил он.
Я глубоко вздохнула. Смерть давно перестала быть чем-то страшным, она шла рядом с того самого дня, когда все началось. Но умирать в бреду, выкашливая с кровью собственные внутренности, среди гноя и зловония… И не было заклинаний, способных уберечь от заражения. Для того, чтобы вылечить — были, но больной маг не может колдовать.
Но пройти мимо, словно ничего не случилось…
— Для тебя это опасно?
Тайрон покачал головой:
— Мы не болеем.
Уже легче. Значит, это только мой выбор. Может, и обойдется. А если нет?
— Я не могу уйти.
Тайрон схватил за плечи, резко встряхнул:
— Аларика, опомнись.
— Это моя жизнь!
— Нет. Я не хочу потерять тебя.
Мы смотрели друг на друга, казалось, вечность. Я колебалась:
— Тай, пойми… Я очень не хочу туда идти. Боюсь. Но если сейчас уйти… это будет неправильно, не по-людски. Просто отвернуться и оставить умирать… Я так не могу. Отпусти, Тай…