Аль! Пу-пух…
Шрифт:
– А колотушку льдистую кто скастовал?!
– Заклинание редкое, – вздохнул Злоба, абсолютно не выглядя виноватым. – Даже ультраредкое. Не легендарное, конечно, но… так и чесались руки проверить. Это же магия отброса, Чеба!
– Не называй меня так!
– Чеба!
– Злоба!
– Но сокращается ведь именно таким причудливым образом…
– Я тебе зарплату клановую сокращу – именно таким причудливым образом…
– Не надо бить по святому! Но классная же магия, скажи? Колотушка отбрасывает целые группы мелких тварей на два
– Чушь… Она слишком медленная, – Баронесса покачала головой и жестом руки показала скорость движения магии. – Я же видела. И читала тот манускрипт. Растет масса, размер, а на последнем уровне еще и сила мороза, но не скорость. Быстрая цель увернется влегкую.
– Шепот же не увернулся…
– Так он и не собирался, – фыркнула девушка, опять возвращая себе хорошее расположение духа. – Выставил перед собой скрюченные пальцы и орал что-то вроде нин-нин…
– И моя колотушка протащила его вместе с его нин-нин через весь трактир и выдавила в окно! В лужу к свиньям!
– К премиальным свиньям! И одна забежала в клетку в лютогрызу! Пришлось отдать золотую монету владельцу свиньи и еще три серебряные монеты владельцу лютогрыза – на лекарство от несварения пятого желудка! Блин! За такое наказывать надо! Проклятье! Вот чувствую – опять завожусь! И вот я уже злая!
– Предлагаю наказать Шепота! – убежденно заявив это, Злоба заложил руки за спину и тяжко вздохнул, глядя в синее небо. – Жалко друга боевого… но раз он так косячит… то будем резать по живому!
– Заклинание скастовал ты! А он просто орал нин-нин! Да, он дебил! Но разнес-то там все именно ты!
– Меня нельзя наказывать! Особенно деньгами!
– Это почему?
– Я коплю!
– На что?
– На магию! На особую!
– Да у тебя уже под сотню заклинаний! И ведь почти все из них ты прокачал до максимального ранга!
– К сожалению, не все, – Злоба с великой грустью покачал головой. – Кстати, а ты знаешь, что в Гильдии Магов Альгоры дают тому, кто прокачал сто заклинаний до максимального уровня?
– Свинью премиальную, надеюсь? – прищурилась Баронесса. – С пакетиком лекарств…
– Не-е-е-ет… – протянул игрок, медленно отступая от сделавшей к нему шаг Черной Баронессы. – Дают сто первое особое заклинание… Стой! Меня бить нельзя! Ведь скоро Новый Год!
– И что?
Щелкнув пальцами, Злоба окутался сверкающим серебряным облачком тумана, а когда туман рассеялся, он уже щеголял в красной шубе и шапке с белой оторочкой, валенках и с седой бородой до груди.
– Слушалась ли ты старших, девица красная? – хрипловатым голосом поинтересовался Злоба. – Писала ли письмецо дедушке снежному в дере-вяк! А-а-а-а-а-а… – от сокрушительного удара с разворота игрока унесло с холма и закувыркало по траве.
Пробегавшая мимо девушка-игрок замерла, когда у ее ног распластался покрытый грязью «дедушка» в красном и
– Дедушку Мороза убили-и-и-и…
С шумом выдохнув, Баронесса пробормотала:
– А ведь и правда… скоро Новый Год…
Подняв ладонь, она поймала на ладонь большую сверкающую снежинку и взглянула в небо, откуда медленно падали тысячи и тысячи снежинок.
– Иких-ти-питих, – резко усевшись, Злоба отшугнул от себя не слишком натурально взвизгнувшую эльфийку. – Как олень лягнул!.. О! Я придумал, ЧБ! Я придумал чем заняться перед праздником!..
Плосефонт. Он же Площадь Семи Фонтанов.
Место, где в единой точке сходятся и порой остаются здесь навсегда самые необычные характеры и увлечения. И даже то, что кто-то добросердечный назовет странноватым чудачеством, а другой – пожестче нравом – обзовет косорукой поделкой или загадочным мусором, здесь с почтением величают не иначе как искусством Плосефонта. Пожалуй, в пределах площади и окружающих ее домов это будет правдой. Ведь только здесь могут искренне восторгаться абсолютно рядовыми предметами вроде треснутой глиняной миски, полной ржавых гвоздей и сухой хвои.
Да. Плосефонт – место чудиков Вальдиры.
Но чего не отнять у этого места, так это особой атмосферы, кою больше не удалось повторить ни одному другому городу Вальдиры.
Телепортационная магия выбросила игроков на узкой улице, которая к тому же была почти полностью заблокирована длинным рядом повозок. Усладив их уши звоном новогодних невидимых бубенцов, телепортационный туман рассеялся, и тут же порыв удивительно холодного бодрящего ветра подтолкнул их в спины, предлагая сделать шаг и влиться… влезть… как-нибудь впихнуться… может, проскользнуть…
– Я туда не пойду! – уверенно заявил Злоба, оставшийся в красной шубе, и указал красной варежкой на живую гомонящую массу, что раскачивалась и странным образом перетекала по площади.
– Это же ты нас сюда притащил! – злое шипение Баронессы заставило волшебника вжаться плечом в чужую повозку.
– Идея оказалась так себе!
– Какая?
– Нарядиться и шарахаться по Плосефонту!
– И все?
– С вином и шпротами кингсайз на шпажках!
– Я сейчас тебя на шпажку…
– Да ты только погляди, какая густая шерсть у этого зверя! – ладонь Злобы прошлась по волнистым черным волосам.
– Это хозяин повозки, – проинформировала его девушка, и волшебник с воплем шарахнулся в сторону.
– День добрый, – вздохнул возчик-гигант, слезая с повозки и укоризненно глядя на Злобу. – Зачем нехорошие слова говоришь? Кто тут зверь?
– Да я с восторгом изрек! – возразил игрок, с искренним уважением глядя на мускулистую фигуру. – Вот бы мне так…
– Кушай мамино типо – и будешь, – лениво почесавшись, возчик чуть подумал и добавил: – Хотя тебе уже поздно… Луноксы спелые покупать будете? Вкусные.