Аль-Каида
Шрифт:
Семейные ценности были в Грили главными. В городе отсутствовали бары и винные магазины, а церкви, казалось, стояли на каждом углу. В колледже был один из самых лучших музыкальных факультетов в стране, который часто устраивал концерты, чем искренне наслаждался Кутуб. По вечерам в колледже выступали известные люди. Джеймс Миченер [10] , получив Пулитцеровскую премию за роман «Сказания юга Тихого океана», вернулся, чтобы провести мастер-класс по литературе в школе, где он учился и преподавал с 1936 по 1941 год. Наконец-то Кутуб нашел общество, цели которого были ему столь близки. «Маленький городок Грили, в котором я теперь проживаю, просто прекрасен, — писал он вскоре после приезда. — Каждый дом похож на цветущую плантацию, и улицы подобны тропинкам в саду. Владельцы этих домов в свободное время трудятся на своих участках —
10
Джеймс Миченер ( Michener; James Albert,1907–1997), американский писатель, собиратель фольклора. Во время Второй мировой войны воевал в Тихом океане, что и позволило ему посетить более пятидесяти островов и написать об этом.
Но даже в Грили были свои мутные течения. В миле к югу от университетского городка находился маленький уголок салунов и магазинов спиртного. Его называли Город-Сад. Здесь трезвенники Грили не имели никакого влияния. Район получил свое название в эпоху сухого закона, когда местные бутлегеры [11] прятали бутылки ликера в арбузы, которые продавали студентам колледжа.
Америка недвусмысленно дала Кутубу понять, что он — цветной. В одном городе (Кутуб никогда не говорил, где именно) он увидел, как толпа белых избивала негра: «Они пинали его ботинками до тех пор, пока он не превратился в мясо и кровь на дороге». Можно только вообразить, какую опасность чувствовал смуглый путешественник Саид. Даже в либеральном Грили сегрегация складывалась весьма ощутимо. Черных семей здесь было мало. Коренных жителей — индейцев — государство выселило в резервации. Произошло это после столкновения, унесшего жизни четырнадцати кавалеристов. Натан Микер, основатель Грили, лишился тогда своего скальпа. В двадцатые годы в город были приглашены мексиканские гастарбайтеры для работы на полях и скотобойнях. Хотя таблички, запрещавшие мексиканцам оставаться в городе после захода солнца, уже поснимали, но в католическом храме все еще присутствовал отдельный вход для цветных, которые, как предполагалось, должны были сидеть на хорах. Англосаксы могли гулять в южной части красивого парка позади здания суда, а латиноамериканцы — в северной.
11
Бутлегер (англ. bootlegger) — торговец запрещенными товарами, лицо занимающееся контрабандой спиртных напитков.
Иностранным учащимся следовало знать свое место. Студенты из Африки, Латинской Америки и Азии, так же как большинство гавайцев, сформировали ядро международного клуба, к которому примкнул и Кутуб. Колледж также принимал гостей из маленькой ближневосточной общины, включая недавних палестинских беженцев и нескольких членов иракской королевской семьи. Жители Грили относились к ним хорошо и часто приглашали их в гости на обеды и праздники. Однажды Кутуба и его друзей не пустили в кинотеатр. Владелец решил, что они цветные. Узнав, что они египтяне, владелец извинился и впустил посетителей. Но Кутуб отказался войти, раздраженный тем, что цветным египтянам можно, а цветным американцам нет.
Несмотря на напряженную обстановку в городе, колледж прогрессивно поддерживал равенство рас. На летние учебные сессии в Грили приезжали множество преподавателей из негритянских колледжей Юга, да и среди студентов попадались чернокожие. Одним из них был Джем Маклендон, звезда школьного футбола [12] . Он являлся членом международного клуба и жил в одной комнате со студентом-палестинцем. Поскольку парикмахеры в Грили отказались обслуживать Джема, ему приходилось каждый месяц ездить стричься в Денвер. В конце концов несколько арабских студентов проводили юношу в местную парикмахерскую и отказывались уходить до тех пор, пока Маклендона не обслужили. Кутуб писал позже, что «расизм сбросил Америку с вершины горы до подножия человечества».
12
Американского, а не обычного европейского футбола, который в США называется «соккером».
Футбольный сезон 1949 года был неудачным для Колорадского колледжа. Маклендон просидел весь сезон с травмой, и команда проиграла
В городе жили женщины, весьма опасные для одинокого египетского бакалавра. Женская эстетика чувствовалась в Грили гораздо острее, чем в других поселениях американского Запада. Женская аура ясно ощущалась в удобных зданиях с их широкими парадными подъездами, практичных и привлекательных магазинах, красивых общественных школах, но нигде это так сильно не чувствовалось, как в самом колледже. Среди двух с лишним тысяч студентов, зарегистрированных к концу семестра, женщин было более сорока процентов, в то время как в целом по стране этот процент едва достигал тридцати.
Главными факультетами колледжа были педагогический, музыкальный и театральный. Горожанки из Денвера и Феникса, работницы с ферм и равнинных ранчо, обитательницы небольших горных городков стремились в колледж, обладавший прекрасной репутацией. В зданиях из желтого кирпича девушки Запада наслаждались свободой.
В этом отдаленном городе Саид Кутуб опережал свое время. Окружавшие его женщины спрашивали, как он представляет себе их место в обществе и, следовательно, их отношения с мужчинами. «Проблема сексуальных отношений является просто биологической, — объяснила Кутубу одна из женщин колледжа. — Вы, люди Востока, чересчур усложняете этот простой вопрос, притягивая сюда элементы морали. Жеребец и кобыла, бык и корова, баран и овца, петух и курица — никто из них, совокупляясь, не думает о моральных проблемах. И поэтому жизнь проста, легка и беззаботна». Тот факт, что женщина была преподавателем, казалось Кутубу еще более опасным, ибо она могла развратить молодое поколение аморальной философией.
Летом Кутуб прослушал курс элементарной композиции английского языка. Он настолько уверился в своем знании английского, что попытался сдать экзамен за три курса, а также риторику. Кутуб очень хотел выучить язык и мечтал написать книгу по-английски. О том, чего он достиг в этой области, можно судить по его странному и тревожному рассказу, опубликованному в студенческом литературном журнале «Fulerum»в конце 1949 года всего спустя год после приезда в Америку. Рассказ называется «Мир — это непослушный мальчик!». «В Египте есть древняя легенда, — писал он. — Когда бог мудрости и знания решил создать историю, он дал маленькому мальчику большую книгу и перо и сказал: «Иди по всей земле и напиши все, что видишь и слышишь!» Мальчик по имени История сделал все, что бог велел. Он встретил умную и красивую женщину:
История посмотрел на нее с большим удивлением и воскликнул, подняв глаза к небу: «Кто это?»
«Она — Египет, — ответил ему бог. — Она — Египет, а ты, маленький мальчик, — это весь мир…»
Почему древние египтяне держались своей веры? Они были очень развиты и обладали великой цивилизацией, более могущественной, чем любые другие страны. Египет был процветающей страной, в то время когда другие народы жили в лесах. Египет научил Грецию, а Греция научила Европу.
Что случилось, когда маленький мальчик вырос? Когда он вырос, он выгнал свою няню, свою добрую няню! Он ударил ее, попробовал убить ее.
Я сожалею. Но это — не фигура речи. Это — факт. Это — то, что случилось на самом деле. Когда мы обратились сюда (возможно, к Организации Объединенных Наций), чтобы потребовать от Англии уважать наши права, то мир помог Англии, а не справедливости. Когда мы обратились сюда, чтобы пожаловаться на евреев, то мир помог евреям, а не справедливости. Во время войны между арабами и евреями мир помогал евреям.
О! Какой непокорный мир! Какой непослушный мальчик!»
Кутуб был намного старше большинства студентов и держался несколько обособленно. Есть фотография в бюллетене кампуса: он показывает одну из книг доктору Уильяму Россу, президенту колледжа; там Кутуб назван «известным египетским автором» и «замечательным педагогом»; таким образом ему давали понять, что считают его равным. Однажды вечером арабские студенты устроили международную вечеринку, для которой приготовили традиционные арабские угощения. Кутуб вел себя на ней как хозяин, объясняя название каждого блюда. Но большую часть времени он проводил в комнате, слушая классическую музыку.