Акватория
Шрифт:
– И ты меня. Я ведь тоже скорблю по своей семье, – натирал он клинок до блеска.
– Брата ты не особо любил, – хмыкнула Мари, и он улыбнулся. – Отец не видит различий между нашими видами. Вы произошли от нас. Он не разделяет позицию парламента.
– Что же он тогда молчал? – огрызнулся Рем.
– Парламент умеет закрывать рты, – вздохнула Мари.
Ночью Рем просыпался от каждого шороха и не выспался. На второй день пути они все-таки добрались до Терры, открывшейся им как на ладони. Деревья там также вырвало, здания разрушились. Они брели по обломкам. Мари нашла
Город располагался между массивным лесом и острозубой горой, которую было видно из Аквы. Часто, встречая рассвет, Рем наблюдал, как ее пик становится ярче. Он чесал в затылке, соображая, как им преодолеть острозубую. Имей они летательный аппарат, было бы проще. Когда они подошли ближе, Рем заметил углубление. Мари медлила.
– А если обвалится? – спросила она.
– Тогда мы умрем, – не отрывая от нее взгляда, ответил ей Рем. – Мы должны выбраться и найти выживших. Это единственный путь.
Девушка нехотя кивнула и пролезла в углубление горы. Проход был невелик. Мари пригибалась, держась за бок. Переход на другую сторону давался ей тяжелее, но она не жаловалась. Рем насторожился, в голове у него плясали невеселые мысли. Слишком протяженный туннель напомнил ему рассказ мамы о дикарях.
Наконец, они вышли в круг света. Он взглянул наверх, где виднелся кусочек неба, окруженный со всех сторон горой. Мари опустилась на землю.
– Дай посмотрю, – участливо предложил он. Девушка взялась за подол балахона, и голос чужака эхом отскочил от стен:
– Да! Давай, покажи нам, милая! – Ему вторили смешки.
Рем закрыл собой девушку. С противоположной стороны туннеля показался минимус – коренастый, широкий, рыжий бородач. У него было грязное лицо, крупный нос, выделявшиеся скулы. Одежда на нем была новой, зеленого цвета. Мужчина остановился в паре метров, потому что Рем наставил на него пистолет.
– Спокойно. Сколько у тебя осталось? Одна обойма? Посмотри туда, – указал он рукой на гору.
Рем послушался и посмотрел – на каждом выступе сидел человек. Всего порядка десяти. Двое из них были магнусами.
– Сложи оружие, и твоя подружка не пострадает, – угрожающе прорычал бородач.
Рем напрягся, метнул взгляд на неприятелей: у некоторых из них было лучевое оружие. Открой он огонь, им не выжить. Если только… Мари дотронулась до его руки, привлекая к себе внимание.
– Не нужно. Мне не сбежать обратно по туннелю. Вспомни, как я пробиралась сюда.
Рем кивнул и опустил пистолет. В то же мгновение с горы спрыгнули люди и отобрали у него оружие. А потом в глазах у него потемнело.
…Он очнулся, голова болела, на затылке выросла шишка. Мари рядом не было. Его руки были связаны спереди и лежали на животе. Пещера не пропускала свет. Вода капала откуда-то сверху. Капли приземлялись ему прямо на лоб. Поерзав, он переместился, и это издевательство прекратилось. Рем попытался развязать руки зубами – не вышло.
Он потерял счет времени, слушая звук падающих капель, и вспоминая о том, что говорила ему мать.
Его мысли сместились к Мари, ведь он привык к присутствию девушки. Раньше они толком и не общались. Правда, она пыталась с ним заговорить, но Рем, презирая свою нелегкую долю, не желал играть в любезность с представителем Вече.
Губы у него иссохли, жутко хотелось пить. Он даже подумывал подползти обратно под капавшую с потолка какофонию. Видимо, не зря его посадили именно там. Рем перекатился, и капли теперь падали ему в рот, дразня и не утоляя жажды. Он уже привык к темноте, когда ощутил движение в ногах, и потряс ими, отгоняя крыс, запищавших от возмущения. Удивительно, но этих зверьков ничего не брало: ни эпидемии, ни голод, ни волна, смывшая, наверное, половину континента.
В коридоре раздались шаги. Камень с грохотом откатился, в проеме возникла фигура. Сапоги затоптались, подхватили его под руки и понесли. Рем проваливался куда-то, теряя сознание. Красивое курносое лицо мелькнуло перед ним на мгновение и снова растаяло.
Когда он пришел в себя, то ощутил, как сильно саднят у него руки. Комната была маленькой и чистой. Мебелью не изобиловала – кровать и тумба. Он подошел к двери, подергал за ручку – заперто. Наличие двери в пещере вводило его в заблуждение. Он мог бы думать об этом, если бы не желание облегчиться. Туалета в комнате не было. Через полчаса он уже прыгал зайцем, и сдался. Угол выбрал тот, где была тумба, чтобы скрыть преступление. Но как только струя зажурчала по стене, дверь отворилась. Рем не смог остановиться, закончил свои дела, одернул балахон и повернулся. Его щеки стыдливо покраснели, ведь перед ним стояла курносая девушка. Это ее лицо он видел в моменты своих просветлений.
– Я прикажу, чтобы организовали уборную, – сухо сказала она и жестом пригласила его присесть.
Рем послушался. Она устроилась рядом, поставив перед собой поднос, который держала в руках. На подносе лежали инструменты. Вначале девушка посветила ему фонариком в глаза, касаясь пальцами его лица. А затем осмотрела следы от веревок и шишку.
– Ты целитель?
– Была.
Он пристально ее разглядывал: минимус, худая, вытянутое лицо, голубые глаза, курносая, волосы светлые и прямые, маленькая грудь.
– Жить буду? – выдавил он со смешком.
– Если вступишь в наши ряды, да, – ее взгляд стал серьезным, она поджала и без того тонкие губы.
– Поэтому переместили? – Она кивнула. – Где моя подруга?
Девушка встала и собиралась уйти, но он схватил ее за запястье, удерживая силой. Она яростно зашептала:
– Тебе лучше не знать! Отпусти или закричу! Снаружи стражи! – вырвала она руку, остановилась у двери и бросила ему через плечо: – На твоем месте я бы согласилась.
– Стой! Как тебя зовут?! – Девушка помедлила в дверях.