Акварельный рисунок
Шрифт:
Кэролайн вновь прикоснулась к губам Клауса, заставляя себя забываться, чувствуя, как ее тело извивается под телом гибрида. Кэролайн ощущала каждой клеточкой своей кожи, насколько напряжены они оба были сейчас. Но Клаус медлил.
– Ты мне мстишь? – простонала Кэролайн, когда губы Клауса оставили мокрый след на ее ключице. Сдерживать себя больше не было сил, поэтому Кэролайн
С губ Клауса сорвался странный, не то болезненный, не то зазывающий стон. Гибрид с силой схватил Кэролайн за талию, приподнимая, и целуя. Его поцелуй был страстный, жесткий, Кэролайн почти почувствовала, как Клаус прокусил ее губу, и девушка ощутила пьянящий вкус собственной крови.
Кэролайн чувствовала, что сходит с ума. По-другому ее эмоции никак нельзя было описать. Она думала только о том, что была действительно глупой все эти месяцы. Ведь Клаус ждал ее, желал ее, но Кэролайн только мучила его. И теперь, когда Клаус, наконец, не должен был сдерживать себя, Кэролайн поняла, что хочет загладить свою вину перед ним.
В ту ночь они не сомкнули глаз, заставляя друг друга почти терять сознание от удовольствия и ласк. И когда первые лучи утреннего солнца проникли в комнату, освещая их обнаженные тела, Кэролайн знала, что не сможет отпустить это. Не сможет больше бороться с этими чувствами и эмоциями. Она подумала, что иногда нужно просто довериться своим ощущениям, и, в конце концов, быть щедро вознагражденной.
– Я могу стереть это из твоей памяти, если ты захочешь, - тихо произнес Клаус, когда они уже просто лежали в кровати, накрытые тонкой простыней. Руки гибрида обвивали талию Кэролайн, заставляя ее быть насколько возможно ближе к нему. Кэролайн же положила голову на грудь Клауса, слушая четкие удары его сердца.
– А что будешь делать со своей памятью? – поинтересовалась Кэролайн, хотя и предложение Клауса больно ударило ее. Она не собиралась позволять ему сделать это с ней. Не сейчас, после тех чувств и эмоций, которые она испытала этой ночью.
– Ничего.
– И ты забудешь меня?
Клаус некоторое время молчал, словно обдумывая что-то. Кэролайн затаила дыхание. Неужели он…
– Нет, точно нет. Но я буду знать, что ты не страдаешь так, как я. И это будет лучшей наградой, - наконец, произнес Клаус.
Кэролайн молчала. Ей хотелось ударить гибрида за такие слова, за то, что он сомневается в ней, но она не могла его винить в этом. Все, что ей оставалось, это снова положить свою голову ему на грудь.
– Очень мило. Но мой ответ – нет.
– Ты хочешь помнить это? – с сомнением спросил Клаус.
– Да.
– Значит, это для тебя ничего не значило? – почти с болью в голосе продолжал гибрид. Кэролайн нахмурилась. Еще никогда Клаус не казался ей таким глупым.
– Я не хочу, чтобы ты стирал мои воспоминания о самых лучших мгновениях моей новой жизни. Я не хочу, чтобы ты говорил так, словно это произошло в последний раз. Я не хочу, чтобы ты покидал меня. Я хочу остаться с тобой, я твоя, что тут непонятного? – Кэролайн произнесла все эти слова на одном дыхании. Она все это поняла еще ночью, когда горячие руки Клауса блуждали по ее телу, заставляя гореть ее плоть.
– Почему ты молчишь? – продолжила Кэролайн после непродолжительной паузы. Она услышала, как участилось сердцебиение гибрида, как сорвался с его губ шумный вздох. Но Клаус так и не ответил на ее тираду. И теперь Кэролайн хотела бы услышать хоть какой-нибудь ответ.
– Я буду рядом с тобой столько, сколько ты этого захочешь, - просто ответил Клаус. Но и этого было для Кэролайн достаточно.
После бессонной ночи глаза Кэролайн слипались, заставляя проваливаться в сладкий сон. Но даже на грани погружения в мир грез Кэролайн ощущала прикосновение горячего тела Клауса к ее собственному. И это, пожалуй, было самым главным.