Аквамарин
Шрифт:
— Карла заболела. Я ее подменяю. Назовите номер транспортного средства и цель поездки. — холодно проговорила Лив, удержавшись от того, чтобы добавить: «Или я твой автобус по запчастям разберу, горилла ты немытая».
Сантьяго открыл было рот, но тут вопли детей поднялись до невозможных децибел, и он развернулся и властно им что-то прокричал по-испански, указав на пластиковые стулья. Дети немного успокоились и расселись по местам, продолжая шуршать и хихикать. Сантьяго посмотрел на Лив и проговорил:
— Экскурсионный автобус номер «DZL-14-93» компании «Orion Bus Industries»,
Лив удовлетворительно кивнула, печатая все, что сказал Сантьяго, но краем глаза все-таки следя за ангаром.
— Спасибо, мистер…
— Джеваро.
— Спасибо, мистер Джеваро. Присаживайтесь. Сейчас мы проведем досмотр вашего автобуса. Это не займет много времени. — улыбнулась ему Лив, внутри себя грозно зашипев: «Чтоб ты сдох, наркодиллер хренов! Диснейленд! Гребаный ублюдок Блейк совсем того!».
Дети, хоть и сидели на местах, но галдели так, что скоро мозг Лив застучал как отбойный молоток. Сантьяго занял крайнее место, иногда бросая на Лив пристальный и очень недоверчивый ледяной взгляд, и, видимо привыкнув к балагану детских фальцетов, не обращал на ор никакого внимания.
Лив встала и вышла из-за стойки, сунув руки в карманы рубашки, которые она предусмотрительно набила клубничными леденцами. Вытащив горсть конфет, она крикнула детям:
— Эй, народ! Кто будет конфетку?
На секунду воцарилась тишина. Десятки глаз сумрачно уставились на Лив и разноцветные фантики у нее в руках, но дети не двинулись с места. Лив совершенно не разбиралась в психологии детей, но их насупившиеся физиономии привели ее в замешательство. Вдруг один ребенок из дальнего ряда кресел что-то обиженно прокричал на родном языке, глядя на Лив.
Лив удивленно подняла бровь и посмотрела на Сантьяго:
— Чего это он?
Сантьяго выдавил ледяную ухмылку и проговорил:
— Он сказал, что они уже не маленькие, чтобы есть конфетки.
Лив захохотала, теперь сообразив, в чем дело. Видимо в возрасте одиннадцати лет начинаешь чувствовать ту черту, за которой находится переход во взрослую жизнь, такой желанный и далекий…
Она пожала плечами, сделав безразличный вид, и сунула конфеты обратно, достав одну и демонстративно ее разворачивая.
— Ну не хотите, как хотите. Мне больше достанется… — с хитрой ухмылкой протянула она, запихивая конфету в рот, и в этот момент к ней подскочила девчушка, протянув к ее карману свою маленькую ручонку. Уловка сработала, и через секунду Лив уже окружила толпа снова радостно и громко верещащих детей, толкающихся и дерущихся ради того, чтобы получить конфетку первым.
На тот момент, пока они с удовольствием сосали, стало вдруг тихо, и Лив облегченно уселась на свое место… заметив краем глаза стремительное движение: это Сантьяго подлетел к стойке и, гневно сопя, проговорил:
— Почему так долго? Мы в это время обычно уже выезжаем! — он указал на часы на стене, показывающие 13:22. — Мы не должны выбиваться из графика! — гневно воскликнул он, и Лив буквально ощутила волну напряжения и страха, исходившие от него.
Она натянула дежурную улыбку и сняла трубку местного многоканального телефона.
— Успокойтесь, мистер Джеваро.
Лив спокойно стала набирать номер на небольшом черном аппарате.
В это время Джонни делал вид, что занимается осмотром автобуса: он заглядывал под сиденья, на полки для сумок, изучил кабину водителя и бардачок в панели приборов… И он ждал, когда на него перестанут глазеть из комнаты отдыха другие работники ангара. Когда, наконец, все парни занялись разговорами и потеряли к новичку всяческий интерес, Джонни выпрыгнул из салона и залез под капот автобуса. Наскоро изучив содержимое, Джонни определил бачок с тормозной жидкостью, прикрепленный к главному тормозному цилиндру, и четыре толстых и довольно прочных на вид тормозных шланга, уходящих под днище автобуса. Бросив быстрый взгляд на занятых болтовней работников ангара, Джонни схватил кусачки, лежащие у стены в груде других инструментов, по размеру напоминающие гигантские ножницы из комедийных сериалов, и в мгновение ока надрезал один из шлангов в нескольких местах.
После этого, выбросив кусачки, он быстро переместился под автобус, якобы изучая его там. В эту минуту послышались шаги и Джонни увидел потрепанные белые кеды и услышал голос Майка:
— Эй, чувак, ты скоро? Звонили из комнаты посетителей, Сантьяго уже психует…
Джонни выкатился из-под автобуса и встал.
— Я обнаружил проблемы с тормозами, Майк. Иди, покажу… — и он подвел Майка к капоту автобуса. Указав на треснутый в нескольких местах шланг, Джонни развел руками:
— Тормозная жидкость не течет, но нужно проверить, выдержит ли шланг нагрузку. Я могу выехать вон на эту площадку, прокатиться и посмотреть, что будет со шлангом… — протянул безразлично Джонни, как бы давая понять, что эта инициатива — вынужденная мера, а сам он вовсе не горит желанием возиться с автобусом весь день.
Майк нахмурился и покачал головой.
— Да… Дела… Такого еще не было, он всегда приезжал как огурчик… — Майк вздохнул и махнул рукой. — Ладно, прокатись. Я поговорю с Сантьяго. Это же все-таки чертовы дети…
И Майк пошаркал обратно в комнату персонала к телефону. Джонни в этот момент украдкой бросил взгляд на свою спортивную сумку: она покоилась у дальней стены, среди груды покрышек и мешков с мусором. Отличное место… И никого не должно зацепить…
Он улыбнулся своей триумфальной улыбкой и, легко запрыгнув в кабину, завел двигатель и вывел автобус из гаража. Отъехав метров на сорок от ангара, Джонни сунул руку в карман и нащупал маленький пульт дистанционного управления.
— Ну что ж, начинаем с конца… с фейерверка. — весело проговорил он и нажал на кнопку.
Оглушительный взрыв был виден и слышен повсюду, включая и комнату для ожидания. Дети, Лив и Сантьяго сначала секунду ошарашено смотрели на огромный огненный шар, расцветший в задней части ангара, а затем мальчишки и девчонки с криком бросились к окну, восторженно вереща и буквально впечатывая носы в грязное стекло. Лив тоже изобразила панику, схватилась за голову и кинулась было в коридор, но там неслась огромная толпа работников, часть из которых, как было видно из окна, уже бежала по площадке к ангару.