Аквамарин
Шрифт:
— Белоснежка. Мне очень жаль, что ты потеряла сестру и что с тобой сделали все это…
Лив гневно наклонилась вперед, поморщившись от резкой боли и головокружения, и прошипела:
— Не смей меня жалеть, франкенштейн, а то я прямо здесь начищу до блеска твою сияющую морду! Я в порядке! А теперь к делу. — мобильный снова зажужжал, и Лив снова его отключила. — Все люди Уолша ходят в ботинках фирмы «GY», верно?
Макс кивнул.
— Да. И еще полгорода в том числе.
— Ты в курсе обо всех решениях и приказах Генри Уолша?
— Без исключения.
— Пять
Макс серьезно и внимательно посмотрел на нее, затем откинулся на спинку дивана и сложил руки на груди.
— Джонни уже спрашивал меня об этом. Нет. Такого распоряжения не было. В тот день мы были на заводе по переработке вторсырья… по работе. Белоснежка, я знаю, что ты подозреваешь в нападении Уолша, потому что эти четверо были профессионалами и положили всю вашу охрану, потому что они не собирались вас убивать, но ситуация вышла из-под контроля, потому что они были в ботинках от «GY», точнее один из них, которого ты зарезала ножом. Плюс ко всему — труп подменили, чтобы замести следы… Пойми, доказательств, что это Уолш, очень мало. Точнее, их вообще нет.
Лив гневно посмотрела на него и жестко проговорила:
— Пока нет. Но я найду их. — снова жужжание, и Лив захотелось швырнуть телефон в стенку, но Макс улыбнулся и триумфально проговорил:
— Кажется, Джонни узнал, что ты сбежала из больницы. Может поговоришь с ним, белоснежка? Он ведь не отстанет.
Лив снова поморщилась от боли и взяла звонивший телефон в руку.
— Это я знаю, черт бы его побрал! — и она сняла трубку. — Ну что ты прилип, Джонни, как старая жвачка?
— Лив! — громыхнул до ужаса злой голос Джонни в трубке. — Ты что, сбежала из больницы??? Черт возьми, как ты это сделала??? Где ты сейчас?? Немедленно возвращайся, Оливка, это опасно для здоровья — такие нагрузки, и тем более тебя все ищут! Быстро вернись к доктору Калебу!!!
Лив раздраженно выслушала и быстро затараторила, еле переводя дыхание:
— Джонни, тупица, я не собираюсь никуда возвращаться, где я сейчас, тебе знать не обязательно, и вообще — оставь меня в покое, я сама о себе позабочусь, можно уже не водить за ручку! Отвали!
— Оливка, ты что, совсем глупая?? Да что ты будешь без меня делать-то одна? И кстати, где моя кредитка? Девочка, я знаю, это ты ее свистнула!
Лив закусила губу и нахмурилась. Макс с веселой улыбкой наблюдал за ней, и она, послав ему испепеляющий взгляд, более спокойно продолжила:
— Твоя кредитка? Ах да, это я ее стащила, прости, Джонни, но отец закрыл мне доступ к трастовому фонду, а у меня еще много дел… — она сморщила нос. — Заблокируешь, да?
Джонни вздохнул в трубку.
— Пользуйся, но в следующий раз просто попроси, я красивым девушкам никогда не отказываю.
Лив истерично хмыкнула.
— Красивым… Смешно. Короче, Джонни. Не ищи меня, не звони мне и забудь меня, как страшный сон. Живи своей жизнью, а за меня не волнуйся, ты же знаешь, я могу за себя постоять. Я отключу номер и поменяю сим-карту. Все, пока.
— Оливка! Не смей, слышишь???
Но Лив уже повесила трубку. Ей было ужасно больно. До слез. Болело ее сердце. Но этот шаг ей казался единственно правильным.
— Значит, любительница одиночества и надирания мужских задниц решила отправить единственного человека, который о ней заботится, куда подальше. Зачем ты так поступила с ним, белоснежка?
Лив задумчиво смотрела в стол и машинально ответила:
— Он из другой мафиозной семьи. Если он поможет мне совершить вендетту над людьми из другого клана, его семья попадет под удар, а я не хочу подставлять ни его, ни его отца. Тем более я не хочу, чтобы его убили…
Макс наклонился к ней, оглядев ее горячим и очень притягательным взглядом, и усмехнулся:
— Позволь кое-что объяснить тебе, самостоятельная девочка. Хоть у тебя и есть дар чудом выпутываться из неприятностей, в которые ты постоянно влипаешь, но Джонни — большой и взрослый мужчина, почти совсем как ты, поэтому он в состоянии сам решить, будет он и его семья влезать в это дело или нет. Джессика была его невестой. Он любил ее.
Лив вздрогнула и посмотрела на Макса серьезным взглядом. Господи, как же мало она понимала в жизни! Как мало разбиралась в людях! Чертов пансионат… Она как будто жила замурованной в стене все эти годы.
— Перейдем к делу. — гневно процедила она. — Ты в курсе, чем занимается Блейк Уолш?
Макс задумался и ответил:
— Поверхностно. Я знаю, какие дела он ведет, но о его распоряжениях я не осведомлен.
Лив нахмурилась.
— Значит он мог послать своих людей к нам домой без твоего ведома и без ведома отца?
Макс улыбнулся.
— О да, он много чего так делает.
— И у него есть свои личные солдаты, не подчиняющиеся никому, кроме него?
— Конечно.
Лив триумфально улыбнулась, но тут же сморщила нос: живот резануло ужасной болью, когда она откинулась на спинку дивана.
— Отлично! Ты поможешь мне найти доказательства того, что это Блейк послал тех ублюдков к нам домой, и я порву его и оставшихся троих на мелкие кусочки!
Макс расхохотался, с насмешкой глядя на Лив. Та ощутила прилив злости.
— И как ты хочешь, чтобы я об этом узнал? Спросил у него, что ли?
— Нет, придурок, ты войдешь к нему в доверие и узнаешь об этом случайно, как бы невзначай! — раздраженно пояснила Лив.
— Да ну? И зачем мне это делать? — весело спросил Макс.
Лив выдохнула. Он заставлял ее ужасно нервничать и смущаться и сказать это будет ох как непросто…
— Взамен я могу сделать что-то для тебя. Любое твое желание. — тихо проговорила она.
Макс наклонился к ней и Лив ощутила тонкий и прекрасный аромат парфюма, невероятно брутальную энергию и сводящую с ума страсть. Его синие глаза блестели озорным огнем.
— То есть ты хочешь, чтобы я шпионил против своей же мафиозной семьи ради одного-единственного желания, которое ты можешь для меня исполнить, белоснежка? А у тебя шикарное чувство юмора, девочка!