Акцент судьбы
Шрифт:
На занятия по «Биадо» Ким заскочил вечером попрощаться с мастером.
— Жалко, у нас не хватило времени для завершения второго этапа, у тебя хороший потенциал, — говорил ему мастер. — Но дальше ты уже можешь проводить самостоятельные тренировки и, ради всего святого, не бросай их. Твой дух развивается гораздо быстрей тела, но это в конечном счете поправимо: когда твои способности достигнут некоторого уровня, тело быстро наберет необходимую ловкость.
Ким решил расспросить мастера о том случае, когда в состоянии погружения у него возникло ощущение
Мастер удивленно посмотрел на него:
— У нас это состояние называется «вещий глаз». Оно редко приходит даже после многолетних тренировок. До сих пор неизвестно, каким образом это происходит, но когда боец полностью овладевает таким искусством, он может заглянуть в будущее через прошлое. То, что тебе удалось воспользоваться «вещим глазом» после первого этапа обучения, выглядит по крайней мере невероятным. В нашей истории таких случаев еще не встречалось. Может, это просто случайность, стечение обстоятельств? Если у тебя еще раз возникнет такое ощущение и оно подтвердится, то «вещий глаз» у тебя действительно есть, а это величайший дар.
Ким задумался. Он не мог представить, как это — заглянуть в будущее через прошлое, бред какой-то. Хотя, если подумать, ему постоянно казалось, что в состоянии погружения время становится чем-то реальным и по нему, как по воде, можно плыть в любую сторону. Однако, решив сильно не зацикливаться на этом, пошел к виконту Аламору: надо было приступать к изучению языка и культуры Аффена. Киму не очень-то улыбалось изображать из себя дикаря вдали от родных просторов.
Глава 18
ИНОЙ СТАТУС
Клипер «Бенген» долго добирался до пограничной системы Эльсин, он подолгу останавливался в пути на планетах Содружества, и принц Виллан с виконтом Аламором наносили официальные визиты властям. Если для виконта это было обычным делом и даже в некоторой степени доставляло удовольствие, то для Виллана — настоящей пыткой. Но обязанности представителя правящего дома он выполнял со всем прилежанием. Возвращаясь после очередного приема на корабль, Виллан сразу запирался в выделенной ему каюте и отдыхал, а потом, когда немного приходил в себя, перемещался в каюту к Киму и долго жаловался на свои трудности.
— У каждого свой крест, — как-то сказал ему Ким.
— Но почему мой крест должен быть такой тяжелый?
— Дольше будешь нести — дольше проживешь.
— Это как?
— Читай Святое Писание. Нести крест, но куда? А нести его надо на Голгофу. А что потом, ты знаешь? А потом тебя на этом кресте распнут. Так что чем тяжелее крест, тем ты его дольше несешь и тем дольше живешь.
— Да ну тебя с твоими подначками. Я к тебе со всей душой, а ты все шутишь.
— Нет, Виллан. Ты пришел ко мне, чтобы я пожалел тебя, посочувствовал, как тебе трудно. Но, как известно, жалость унижает человека или, читай, оскорбляет. А что сделает монарх с оскорбившим его человеком? Так что ты пришел ко мне с недобрыми намерениями и готовишь мне незавидную
Виллан расплылся в улыбке:
— Ладно, обещаю не расправляться с тобой. А теперь посочувствуешь?
— Сейчас, жилетку надену, а ты можешь в нее порыдать.
Настроение Виллана сразу улучшилось.
— А сам-то? Как у тебя возможность представляется, сразу исчезаешь с таких мероприятий.
Ким вздохнул:
— Это единственная моя привилегия, и я намерен ее отстаивать до последнего.
Наконец они достигли системы Эльсин. Флот Аффена уже ждал их. Принц и виконт стали готовиться к прощальному визиту. Как ни пытался Ким отвертеться от неприятного мероприятия, ему это не удалось, все его аргументы в щепки разбил многоопытный виконт.
— Вы посланы в наш мир не только как рядовой инструктор, но и как наблюдатель, а это обязывает вас вести себя как официальное лицо, — говорил виконт. — Кроме того, вы являетесь другом, да-да, другом принца Виллана, что также налагает на вас некоторые обязанности, к которым мы с сегодняшнего дня начнем вас привлекать. Вам просто необходимо освоить среду интриг и фальшивых улыбок, а если учесть, что на приеме будет много красивых, молодых женщин, без которых не обходится ни одно такое мероприятие, то вы должны быть нам бесконечно благодарны.
Ким поморщился при упоминании о женском поле. Конечно, он был не против познакомиться с некоторыми представительницами прекрасного пола, но на таких мероприятиях, как правило, все было расписано и распланировано, распорядители строго следили за соблюдением регламента приема, поэтому случайное знакомство было маловероятно. Виллан же, увидев реакцию Кима, откровенно развеселился:
— Господин лейтенант, позвольте узнать, вы каких предпочитаете — стройненьких, полненьких, умненьких или глупеньких. Умных не советую — с ними со скуки умрешь, а вот с глупенькими хорошо, они просто очаровательны, с ними чувствуешь себя настоящим разумным существом.
— Ну а что с полненькими?
— А вот здесь совета не будет, это уже определяется степенью симпатий. Иногда столько красивых, ярких девушек вокруг, а тянет к невзрачной, и абсолютно неважно, полная она или стройная.
— Ясно. Главное, чтобы человек был хороший, — усмехнулся Ким.
— А вот вы зря так шутите, господин лейтенант. Не знаю, как в вашем случае, а в моем это самое главное.
— А разве принцу не положено жениться по политическим мотивам?
Принц поднял указательный палец и произнес:
— Наследным принцам — безусловно, а ненаследным — нет. Это, возможно, мое счастье, и я в будущем надеюсь этим воспользоваться. Да, и не надейся, как всегда, потихоньку исчезнуть с приема. После мероприятия мы направляемся на корабли нашего флота, а там снова торжество и снова все сначала. День у нас предстоит очень длинный. С языком у тебя все в порядке, твой акцент уже не режет слух, как вначале, фразы строишь как надо. Правда, юмор у тебя для нашего мира тонковат, если будешь шутить, то, пожалуйста, потолще.