Академия
Шрифт:
— Добро пожаловать в академию, ваше высочество, — уже более почтительным тоном произнес он. — Мое имя…
— Да кого волнует твое имя! — в беседу вмешалась девушка из той же компании. Яркие голубоватые прядки, сплетенные в косы, выделялись на фоне белоснежных волос, однако по-детски кукольная внешность пугала. Казалось, сейчас она обнажит зубы — а там клыки, как у рылтоков. Я читала про них — те еще чудища.
— Меня вот, — девушка откинула пару локонов за спину, — зовут Геллара Жарфак.
Я напряженно кивнула. Меньше всего я хотела примкнуть к какой-нибудь компании. Мне всегда искренне казалось, что подобные связи
— Присаживайся к нам, — Геллара под столом пнула одного из молчаливых парней, сидящего рядом. Тот без всяких вопросов и оспариваний встал, уступая мне место. А сам тем временем подкатил к столу свободный стул, взятый у соседнего столика, и умостился на нем.
— Мне, право, неудобно, — я постаралась говорить мягко, хотя интуиция почти вопила, что нечего мне делать с ними за одним столом. Жарфак… Жарфак — что-то знакомое. Где-то я явно слышала эту фамилию. Интересно, а Геллара специально умолчала о своем втором имени и семействе матери? Или она безродная крестьянка? Судя по жестам, мимике и умению себя поставить — вполне себе аристократка.
— Неудобно с Натаниэлем на практику ходить, — хохотнул самый первый парень. — Неделю ночуешь едва ли не в лужах, выматываешься по полной, а потом никак отъесться не можешь!
Хм… так они с практики? Интересно-интересно. Судя по рассказам Софины, практика меня ожидает в конце первого семестра, было бы неплохо узнать о всех подводных камнях заранее. Может, будет возможность подготовиться.
— Практика? — я расплылась в сахарной улыбке, чисто физически ощущая возрастающую неприязнь к самой себе. — А расскажите поподробнее…
Уверенным шагом направилась к их столику и, поставив поднос на край стола, уселась на предложенный стул, обводя присутствующих максимально обворожительным взглядом. Преподаватель по ораторскому искусству был бы мною доволен. Он всегда говорил, что в этом мастерстве я существенно переплюнула сестру. Отцу с матерью так, конечно, не казалось, но я втайне гордилась своими успехами.
— А что о ней рассказывать, — зевнул горообразный детина, — бесполезное времяпрепровождение. Сперва тебе рассказывают про местность, в которой предстоит проходить практику, а потом оказывается, что все эти данные пустышка. И вместо горных троллей ты встречаешь стаю трогликов, а ночуешь не в деревеньке, указанной на карте, а на пепелище.
— Троглики? Пепелище? — переспросила я.
— Ну понятно же, — ответил тот же детина, вновь зевнув. На секунду мне показалось, что он сломает челюсть таким размахом. — Где троглики, там и пепелище.
— Она первокурсница, Сайн! — протянула Геллара. — Троглики у них только на втором.
— Да-да, у нас по плану дрофлы были на втором, а столкнуться-то пришлось уже после первого семестра, — протянул детина.
— Дрофлы? — я переставала что-либо понимать. Нет, во дворце были преподаватели. Они обучали нас
— Троглики — мелкие зверьки, чем-то напоминающие обычных домашних кролей, — заметив мое замешательство, начал парень, окликнувший меня с самого начала. — Вот только зубки у них ого-го, да и сами хищники. Бонусом ко всей этой милости идет умение изрыгать пламя.
Я сморгнула, стараясь не выдать шок. Пламя?! И об этих зверях я не слышала?!
— Дрофлы, напротив, — продолжил он. — Огромные и неповоротливые. Их тела покрыты мелкой стальной чешуей, отбивающей добрую половину магических заклинаний. Говорить о том, чтобы добраться до них с мечом, вообще не приходится. Но вот они, к счастью, предпочитают растительную пищу, иначе бы полегла наша группа прям в тот поход.
— Да мы ж с Натаниэлем были, — по-девичьи хихикнула Геллара и зарделась. — Он всегда своих подопечных целыми с практики приводит. Другие группы вот по норам разбежались, носа не кажут, раны, наверное, зализывают, а мы вполне себе бодренькие.
— Да терпила он, этот ваш Натаниэль, — выплюнул Сайн, стиснув зубы так, что по скулам заходили желваки. — Шугается каждого шороха!
— Шугается не шугается, — тут же возразила девушка, — а маг высшего класса. И быстро берет себя в руки.
— Книжный червь, — выплюнул детина, пожирая Геллару недовольным взглядом. — Теоретик!
— Этот теоретик только за последнюю практику трижды твою жопу спас! — девушка покраснела.
Все, сидящие за столом, внезапно замолчали. Видимо, подобные споры парочки слушать доводилось не впервой, и никто не хотел попасть под горячую руку. И этот преподаватель — предмет тайных воздыханий Геллары. Ну или не очень тайных, раз Сайн ревнует.
Я осеклась. Внутренне ловя себя на мысли, что постепенно начинаю вникать во взаимоотношения этой тусовки. Та молчаливая девушка с короткой стрижкой устало смотрит на все происходящее, видимо, ей досталось больше всего. На Геллару поглядывает со смесью обожания и зависти в глазах. Видимо, та самая «страшная подружка», которая могла бы дать фору, если бы только поборола собственную нерешительность. Парень, обратившийся ко мне в самом начале (надо будет, наконец, узнать его имя), со скучающим видом попивает кисель, недовольно морщась каждый раз, как у него во рту оказывается вязкий комочек. Круглолицый Сайн пожирает Геллару недовольным взглядом, а та усиленно делает вид, что не замечает. Третий же парень отрешенно смотрит куда-то, ему явно не до того, что происходит за столом, — он витает в своих мыслях. Нет, Евалия, это не твоя тусовка. Впрочем, как и любая другая. Ни к чему тебе это! Не нужны тебе лишние привычки!
— В общем, практика — это весело, — невпопад заявила Геллара. — Главное, попасть к хорошему куратору. Тебя в какую группу определили?
— В первую, — ответила я. Вопрос о зачислении в группу даже не обсуждался. Всего групп на курсе было десять, и набор в каждую осуществлялся по особым принципам. В первую попадали дети из самых знатных семей, во вторую — умники из простых. Третья подразумевала наличие знатных дворян из самых мозговитых. А начиная с четвертой группы набирались одному лишь ректору понятным способом.