Академия

Верхова Екатерина Сергеевна

— Принцесса, принцесса, что с вами? — Я отшатнулась. Передо мной как ни в чем не бывало стояла госпожа Сохель.

— Что?.. Что это было? — хрипло спросила я, пытаясь проглотить комок непрошеных слез.

— О чем вы? — слишком наивно уточнила она. Настолько наивно, что я тут же поняла — врет. — Вы чуть в обморок не упали, я в последний момент вас подхватила!

Я только сейчас почувствовала, как мои руки сжимают чьи-то холодные ладони. Резко вырвалась и отступила назад.

— Зачем вы стерли мне память? Зачем вообще сказали тот бред?

— Принцесса, о чем вы? — женщина

захлопала ресницами, хотя не сдержала усмешки на губах.

У меня появилось невыносимое и крайне нетипичное для меня желание — прижать Сохель к стене и хорошенько стукнуть. Останавливало только то, что женщина являлась по-настоящему сильным магом. Воздействие на память человека… я даже и не слышала о таком!

Мысли спутались в голове в тугой клубок. Неужели из-за предсказания какой-то гадалки наши отношения с сестрой могли так испортиться? А что, если она рассказала родителям? Что, если…

Я почувствовала, как в уголках глаз скапливаются слезы. Сморгнула, и они побежали по щекам горячими дорожками. Нет, мне нельзя плакать. Нельзя… Презрительно выдохнула, развернулась на каблуках и медленно последовала к выходу, на ходу вытирая следы слабости.

Едва вышла наружу, в меня вперилась любопытная сотня глаз — не больше, не меньше. Я чувствовала, как их подмывает спросить, что госпожа Сохель напророчила принцессе. Но я делано спокойно проходила мимо, стараясь даже не смотреть лишний раз на людей. В голове шумело, я с трудом передвигала ноги от шока, но изо всех сил старалась не показывать, что предсказание сильно выбило меня из колеи.

Я сильная.

Я справлюсь.

С чем бы то ни было.

ГЛАВА 4

Ворон

Я сидела на сухой коряге и подставляла лицо солнцу. Впервые за прошедшую неделю мне было спокойно. Впервые я чувствовала гармонию с собой и окружающим миром. Семь дней прошло после нашей встречи с госпожой Сохель.

За это время многое произошло. Мне, наконец, доставили новые чемоданы из дворца, потому я сменила пышные неудобные юбки на комфортные брюки с туникой. В них было многим удобнее прогуливаться в лесу — ветки не цеплялись за ткань, подол не пачкался и не рвался. Да и упражняться в магии было комфортнее. Именно для того, чтобы раскрыть в себе хоть какие-то способности, мне приходилось скрываться от чужих глаз в магическом лесу.

Мне казалось, что он дышит, живет своей жизнью, ему нравится наблюдать за мной, а иногда даже помогать.

Успехами в учебе я похвастаться не могла. Несмотря на то что на всех теоретических занятиях была в числе лучших, практика мне никак не давалась. Даже самые простейшие чары вылетали так криво, что даже на какой-нибудь бытовой магии мне приходилось отсиживаться на самых дальних рядах и молиться богам, чтобы преподаватель не вздумал меня спросить. А после пар я сбегала в лес.

Пару раз даже едва успевала вернуться до комендантского часа. Но… тут было спокойно. Тут я могла не думать ни о сестре, ни о родителях, ни о дворце.

С Натаном удалось пересечься только один раз. Я поймала его в библиотеке с высокой башенкой книг в руках. Он неловко поздоровался, справился о делах

и успехах, но как только в библиотеку начали входить другие студенты, мгновенно ретировался.

Я еще разок глянула на ласковое солнце и встала с коряги — мне осталось только пару часов до темноты, а я так и не научилась поднимать предметы.

Отошла от коряги на несколько шагов и вскинула перед собой пальцы, чувствуя, как они слабо пульсируют от магии. Направив чары в сторону ветки, представила, как сухое дерево окутывает магическая сетка, связанная со мной тонкой ниткой. Так было написано в учебниках.

Коряга шевельнулась. Я чуть не взвизгнула от радости, но вовремя взяла себя в руки и направила новый импульс. Толстую ветку плавно оторвало от земли. Не сдерживая улыбки, попыталась поднять ее выше, потом еще и еще. Получилось? Неужели получилось?

Я настолько увлеклась, что коряга уже подергивалась в воздухе, гораздо выше моей головы. И внезапно нить, связывающая магию со мной, оборвалась. Последнее, о чем я успела подумать: какая глупая смерть — быть задавленной сухой деревяшкой. Последнее перед тем, как кто-то набросился на меня и с силой оттолкнул в сторону.

Я упала и больно ударилась о камень. Из глаз посыпались искорки, а во рту появился металлический привкус.

— Дарх! — вырвалось у меня, я села и провела пальцами по носу. Вроде не разбила, крови нет.

— Ты дура, что ли?! — я услышала низкий и спокойный голос. И это спокойствие совсем не внушало доверия.

Подняла взгляд и увидела парня, на вид года на три старше меня. Темная рубашка, потертые кое-где кожаные брюки и высокие сапоги. Всмотрелась в его лицо: тонкие губы, прямой нос и голубые глаза. Последние ввели меня в ступор — никогда не видела такого необычайно яркого оттенка. Такие прекрасно бы подошли девушке, а не парню, изо всех сил старающемуся казаться брутальным. Темные волосы с двумя серыми прядками спадали на глаза. Рановато он начал седеть…

— Ты кто? — удивленно спросила я.

— Твой спаситель, — едко выплюнул он. — Пожалуйста!

— Я тебя не знаю, — невпопад произнесла я.

— Я, знаешь ли, тебя тоже!

— А-а, — протянула я, вставая на ноги, сделала легкий книксен и представилась: — Евалия Од Сандрайн Лакрес! Спасибо за спасение.

Парень как-то непонятно дернулся, а я осеклась. Мало того что он стал свидетелем моего полного провала по части бытовой магии, так я еще и умудрилась представиться своим именем, буквально напрямую сообщая: «Привет, я принцесса-неудачница! Спасибо, что ты увидел, насколько я неумелый маг!»

— Евалия Од Сандрайн Лакрес, — тихо проговорил он, словно пробуя имя на вкус. Я настороженно за ним наблюдала: как отреагирует? Кланяться не спешил, да и в стенах академии это не принято, более того — возбраняется уставом. Впрочем, чисто технически, сейчас мы находились за территорией Лакреса… Что он вообще тут забыл?

— Рад познакомиться со второй принцессой, — наконец выдал он, поднимая взгляд. На мгновение он показался мне колючим и недовольным.

— Я… кхм… в общем, пожалуйста, не говори никому о том, что видел, — неуверенно выдала я, не придумав никакой отговорки.