Академия 4
Шрифт:
Григ пожал плечами: — Мне показалось, что это намного проще, чем объяснять тебе, что я не парень и не девушка, и что из-за моих женских черт у меня были неприятности на родине — млекопитающие обычно раздражаются, когда их не понимают правильно.
Я вздохнул и положил руку на лицо: — Ладно, так… как мне тебя называть?
— Друг. Зови меня просто другом, — сказал Григ. Всё это казалось слишком странным, чтобы я мог так быстро успокоиться.
— Слушай, ты, карлик, я собираюсь… — моя угроза оборвалась, так как в голову не шла ни одна путёвая идея, — я… всё ещё могу сбросить
— Успокой свои рога, драконья морда. Технически я чёрт. Просто в моём языке нет такого слова, — несколько мгновений Григ бормотал про себя, потом хмыкнул. — Андрогин с потенциалом стать самкой для выживания клана — это лучшее, что я могу придумать для описания. Пока рос среди людей, и мои интересы были мальчишескими, я одевался соответственно, но если наши королевы начнут вымирать, то я смогу стать женщиной, чтобы иметь детей.
Григ взял мою руку, а когда начал отпускать её, я только фыркнул и крепче сжал пальцы друга. — Ладно, для меня ты просто клёвый чувак. То, что у тебя в штанах, меня не касается — трудно уследить за двумя полами, не говоря уже о… четырех?
Вопросительно взглянул на Грига, и когда болотный бес поднял руку и показал пять пальцев, у меня отпала челюсть. Григ хмыкнул. — В моей группе «трутней» ещё есть потенциальные самцы, потенциальные самки и настоящие бесполые. По численности они встречаются чаще, чем я. Но… тебя это не волнует?
Я пожал плечами: — Твоя странная репродуктивная ситуация меня не особо беспокоит. Просто дай знать, как ты хочешь, чтобы тебя называли, и всё будет в порядке. Хорошо?
Григ кивнул и прищурился: — А если я хочу, чтобы меня называли «сладкий», когда я сижу у тебя на коленях?
Я вытаращил глаза и почувствовал, как моя челюсть касается пола. Григ загоготал и отдёрнул руку, чтобы закрыть лицо. Сквозь душащий его смех и икоту бес еле смог сказать: — О боги, тебя так легко вывести из себя! Земля, наверное, самый скучный мир на свете.
— Учитывая, что последние несколько дней нас развлекали кургены, грифоны и безумный минотавр, не могу с этим поспорить, — я закрыл рот и фыркнул, покачав головой. — Прямо в окно, Григ. Ты маленький, тебе подойдёт. Ты мне нравишься настолько, что ничто не помешает мне просто вышвырнуть твою задницу прямо в ближайшее окно.
Мы ещё немного посмеялись шуткам, и через несколько минут Григ уснул. Лилия приходила дважды, чтобы напоить беса зельем, снимающем боль, и теперь, когда он спал, я решил с ней серьёзно поговорить. Мгновение жевал нижнюю губу, а потом решился.
— Каковы шансы сохранить ногу? — тихо спросил профессора зелий, боясь разбудить друга. Лилия сидела на стойке и покачивала ногами взад и вперед, глядя на меня.
— Трудно сказать. Пары маны, проникшие в плоть, могут нанести очень серьёзный вред: разрушение мышц и нервов, потеря костей. Эта штука будет медленно разъедать всё, к чему прикоснётся. У Грига, как у болотного беса, есть некоторая устойчивость к парам. Их раса вынослива, но никто из нас здесь не является настоящим целителем. Юлия, вероятно, смогла бы спасти его без проблем, но без неё…
Лилия пожала плечами и вздохнула.
— Мне нравится Григ, не хочу даже думать о том, что придётся отрезать ему ногу, — прошептала она, прижимаясь ко мне.
— Тогда мы не позволим этому случиться. Мы снова в воздухе и, как только разберемся с этим серебряным камнем, сможем лететь обратно в Академию. Ты сейчас сделай всё, что только сможешь, а мы позаботимся о том, чтобы с Григом всё было в порядке, когда мы туда прибудем, — сказал я, глядя на Лилию, и она кивнула.
Большими пальцами смахнул слёзы с её щёк и нежно поцеловал. — Всё будет хорошо, — пообещал я.
Заглянув за занавеску, шепнул Ангелине: — Ты идешь? Сильванская белка только крепче прижалась к шее беса и пискнула в ответ.
О, хорошо, тогда позаботься о нём.
Оставив Ангелину сторожить Грига, снова надел маску и направился к своей каюте. Мне нужно найти очки. Находиться в маске здорово, но мне не нравится головная боль от косоглазия, которую испытываю, когда приходится её снимать.
— Дурацкая невидимость, — пробормотал про себя, шагая по коридорам. Миновав несколько лестниц, снова оказался в своих апартаментах. Пока мана-жаба храпел, совершенно не обращая на меня внимания, я успел отрегулировать температуру террариума. Усмехнулся, глядя на животное, а затем отправился в свою комнату, чтобы найти, где оставил свои очки.
Как раз в тот момент, когда я водрузил их на переносицу, мой желудок сердито заурчал, предлагая двигаться поближе к камбузу.
Не хочется торопить Антонину, но я очень надеюсь, что мы скоро сможем отчалить. Юлия обязательно вылечит ногу Грига, когда мы вернёмся, и всё войдёт в привычную колею. Начнутся нормальные занятия в классах и потянутся спокойные дни без сражений, ранений и смертей. Это была вторая худшая поездка в моей жизни, в которой я когда-либо участвовал. Конечно, было не так плохо, как оказаться в сорокоградусную жару запертым в автобусе, полном блюющих малышей, но почти.
Я стянул с лица маску и поправил очки, прежде чем войти на камбуз. Фиби и Анна сидели за одним из столов.
Взяв небольшую буханку хлеба, кусок сыра, несколько полосок бекона и стейка, сел напротив них и принялся делать себе сэндвич.
— Привет, любимые, — сказал я, взглянув на Анну, а затем подмигнул Фиби.
Дракончик с аппетитом уплетала баранью ногу. Она улыбнулась и продолжила с треском грызть кость. Анна держала в руке кусок торта. И откуда только она их берёт?! Пришло время прояснить этот вопрос.
— Итак, Анна, ты человек одарённый в области физической маны и научилась искривлять пространство внутри своего тела, что позволяет тебе прятать вещи так, чтобы никто не мог к ним прикоснуться, и доставать их в любое время, верно? — спросил я, изо всех сил стараясь, чтобы голос звучал непринуждённо, и наблюдая за её реакцией. В ожидании откусил кусок от своего сэндвича и начал жевать
Анна уронил торт. Крем забрызгал тарелку и стол перед ней, а её огромные лавандовые глаза в шоке уставились на меня.