Аист
Шрифт:
– О! Как я рада! Мне предсказывали, что аисты принесут мне счастье.
– О прелестная госпожа, – поклонился ей калиф. – Даже и не знаю, чем мы можем помочь тебе. Мы и сами попали в беду. Выслушай нашу историю.
Выслушав историю калифа и визиря, Сова произнесла:
– Надеюсь, вы поняли, что я не всегда была совой. Я дочь повелителя Индии. Злой волшебник Кашнур заколдовал меня, потому что я отказалась выйти замуж за его сына Мизру. Отец
И Сова заплакала.
– О, если бы я вновь мог стать человеком! – воскликнул калиф. – Я отомстил бы Кашнуру!
– Господин! – сказала Сова калифу. – Не отчаивайтесь. Забытое слово можно узнать, чары пропадут, и, может быть, ты сумеешь помочь мне.
– Что же надо делать? – спросил калиф.
– Раз в месяц Кашнур вместе с сообщниками собираются в этих развалинах. Они пируют здесь и раскрывают друг другу свои тайны. Может, кто-нибудь из них и назовёт волшебное слово.
– Но когда же они соберутся здесь? – взмолился калиф.
Сова замолчала. Немного смутившись, она произнесла:
– Я скажу вам об этом только при одном условии. Поклянитесь, что один из вас возьмёт меня в жёны.
Аисты растерялись.
– Соглашайся! – зашептал калиф на ухо визирю. – Не то я отрублю тебе голову!
– Повелитель! Но у меня уже есть жена. Женитесь сами!
Долго они спорили, но внезапно визирь сказал, что лучше на всю жизнь останется аистом, чем женится на Сове. Калиф, вздохнув, подошел к Сове:
– Принцесса, я согласен!
– Волшебники соберутся сегодня! – воскликнула Сова. – Ступайте за мной.
Они долго брели по развалинам и подошли к пролому в стене.
– Осторожно! – предупредила Сова. Если нас обнаружат, всё пропало!
Калиф и визирь осторожно заглянули в пролом и увидели огромный зал, освещённый множеством светильников. Посередине стоял огромный стол, за которым сидели колдуны. Один из них и был тем самым торговцем, который подсунул им волшебный порошок.
– Я обманул самого калифа и его визиря! – начал хвастаться чародей. – Я превратил их в аистов. Им никогда не вспомнить слово, которое снимет с них чары.
– Что же это за слово? – поинтересовался кто-то из колдунов.
– О… Это очень трудное слово. Его никто не может запомнить. «Мутабор»!
Услышав
Выбравшись наверх, калиф с поклоном обратился к Сове:
– О принцесса! Только тебе мы обязаны своим спасением. Я прошу твоей руки.
Затем калиф и визирь обратились в сторону восходящего солнца, на восток, трижды поклонились и в один голос прокричали:
– Мутабор! Мутабор! Мутабор!
И тут же исчезли клювы и перья, ноги их стали такими, как всегда, вместо крыльев вновь появились руки. Колдовские чары были разрушены! От радости визирь и калиф бросились обнимать друг друга, начали смеяться и дергать друг друга за бороды. И чуть не забыли про Сову. Наконец они обернулись и увидели… Кого же? Не уродливую птицу с круглыми глазами, а прекрасную молодую девушку – красавицу принцессу.
Как обрадовался калиф! И вот все втроём они отправились в Багдад. Жители города, увидев своего правителя живым и невредимым, чуть не заплясали от радости. С тех пор как во дворце калифа поселился злой колдун, жизнь их стала просто невыносимой.
Калиф приказал немедленно схватить самозванца и его отца, чародея Кашнура. Старому колдуну отрубили голову, а Мизре дали понюхать чёрного порошка, и он превратился в птицу. Калиф посадил его в клетку и выставил на всеобщее обозрение.
Калиф долго жил со своей женой в любви и согласии. Иногда во время послеобеденного отдыха к нему приходил визирь, и они вспоминали минувшие дни.
Калиф изображал, как визирь-аист расхаживал на своих длинных-предлинных ногах, размахивал крыльями и бормотал:
– Мурбуртур! Буртурмур!
Все – и сам визирь, и жена калифа, и его дети – очень при этом смеялись. Передразнивать же калифа визирь, конечно, не решался.
Вот так закончилась эта удивительная история.