Агония
Шрифт:
Позвольте представить – Алисия Беловски, член богатого рода корпорантов, 23 года, психолог. Правильные черты лица, обворожительная улыбка и белые волосы. Можно задать вопрос, что такая девушка делает в таком месте, как Муравейник? А дело в том, что с род Беловски имеет давнюю традицию проверять молодых членов семьи на прочность. Когда- то проверкой было путешествие в центр джунглей, теперь - жизнь в тяжёлых условиях, с минимальной поддержкой семьи.
Но для девушки это было очень легко. Она была блестящим психологом и совершенно не привередничала в плане жилья. Тех денег, что она получала
***
Отношения между мужчиной и женщиной… Да, это достойная тема для произведения. Но всё равно не то. Это произведение не об этом, точно.
***
– Алисия, следует быть осмотрительней. У них такая программа – тащить всё, что плохо лежит, в печь. Говорю вам как инженер-программист.
– Запомню профессор, ещё раз спасибо за робота. Ну я пойду, сменю обувку. До встречи, - очередная обворожительная улыбка.
– До встречи…
Владимир посмотрел девушке вслед. Соседка Громова была особой выдающейся. В ней сочетались ум, красота и изворотливость. Нечасто встретишь таких уникумов. Многие бюрократические препоны она преодолевала с такой грацией, что можно только удивляться.
В раздумьях профессор и пришёл к своей комнате. На гермодвери значилось: CA-302.
– Дом, родимый дом, - профессор не кривил душой. Маленькая комнатушка давно стала ему родной.
Вот она, родная темень пустой квартиры, встречает его, уставшего и голодного. Готовая принять его любым. Владимир включил слабый свет во всей квартире, повесил накидку на крючок у входа, снял обувь. Теперь можно было расслабиться. Но лишь на время, долги не ждут.
Он только прикрыл глаза… На минутку… На секунду… Спать. Сказалось напряжение за весь день. Да и сердце не качало кровь с нужной силой, что и вылилось в усталость. Скоро операция, надо решить проблемы с должниками, выбить хоть немного денег. Чтобы заплатить за операцию, нужна крупная сумма. Но это завтра…
***
Коридоры. Под руку Громова вела милая медсестра и щебетала ему что-то о лёгкой операции и опытных врачах. Но Владимиру было глубоко параллельно, что она говорила. Он желал быстрей добраться до операционного стола и закончить с этим кошмаром.
***
Ему стало хуже после визита к должнику. Тот был пьяным в стельку и посчитал вдруг, что избив Владимира, решит все свои финансовые проблемы. Но Громов не дурак, успокоить шатающегося от выпитого мужика он смог. Под успокоить имеется ввиду хлёсткий удар в челюсть. Но, похоже, это стало последней каплей и «Ахиллес» не выдержал.
И вот теперь его вели в операционную. В срочном порядке собирали хирургов и аппаратуру. Громов остатками своего ускользающего сознания жалел, что решил разобраться с долгами.
«Не мог после операции, старый дурак?»,- он задавал себе этот вопрос уже который раз. Какое-то чувство всё время толкало к этому.
Если бы он знал, насколько было право это чувство.
***
И вот мы вплотную подобрались к тому, что будет сюжетообразующей основой. Берегитесь, иногда я сам побаиваюсь своей больной выдумки.
***
– Капитан, планета рядом, - навигатор корвета-исследователя сухо доложился.
– Принято, -
И тут же дежурный по разведке издал стон изумления. Весь мостик обернулся на его хрипы. Кто-то даже положил руку на табельное оружие.
– Там… Там… Здания, - он ошарашенно кашлял.
– Объяснись, - Селанн скептически взглянул на экран камеры дальнего обнаружения и геолокации, - всякие бугорки и ветер может навеять.
И в этот момент он увидел эти «бугорки».
– Вашу. Мать, - отчётливо проговорил капитан, - Как!?
Селанн отлично знал историю колониальной эпохи. В самой истории были пробелы, ведь произошло всё многие тысячелетия назад, когда Империя вела разведку вне родной системы. Были заселены некоторые планеты с наиболее благоприятными условиями: Митрас, Кинаал и Крааз.
Митрас и Киинал они уже посетили в ходе проверочной миссии, санкционированной правительством. Там не было никаких проблем. Всё рассыпалось под действием времени, и маяки, и доки, и подземные базы. Да, были остовы пирамид – маяков, но только самых крепких, поздней застройки.
– Запустить зонд. Активировать сканеры во всех спектрах! – в горле у Селанна пересохло. Не часто встретишь такое. Капитан просто не знал, как поступать в подобных ситуациях, поэтому сделал всё по уставу.
«При обнаружении непонятных конструкций на поверхности планеты или спутника, запустить локационный зонд и сообщить на Материнскую планету».
Селанна била мелкая дрожь, он понимал всю серьёзность ситуации. На кону многое. Нашедшему такое сокровище, светит или повышение, или срок. Смотря как подать. Если сообщить как есть, то его просто погладят по головке и скажут пару одобрительных слов. А вот если пробить это дело через знакомых в верхах Адмиралтейства, то можно получить неплохие барыши. Хватит надолго, Селанн сможет отдохнуть в какой-нибудь райской системе. Естественно, он поделится с командой. Они не меньше него достойны этих денег. Подумав о деньгах, Селанн вдруг успокоился.
Он опёрся о капитанскую приборную доску и начал набивать трубку табаком.
– Команде не говорите. Не время ещё. Могут начаться волнения.
– Само собой, капитан, - старпом всегда поддерживал своего командира.
– Да, сэр, - навигатор уловил мысли капитана, - мы будем держать язык за зубами.
Весь офицерский состав в рубке одобрительно загудел. Неудивительно, все хотели получить «премию» к своему жалованию.
– Отлично, - Селанн наконец раскурил трубку, - приступаем к сбору данных.
Он потёр руки. Их ждали неплохие барыши.
***
Яркий свет будто бы ножом резал глаза. Свет был повсюду, он заполнял всё пространство и, казалось, пронизывал самого профессора. Иногда неясные тени преграждали свет, не давали ему издеваться над Владимиром. Он прикрыл глаза, силясь вспомнить хоть что-нибудь. Потихоньку память начала возвращаться.
В голове всплыл образ лежащего на полу должника. Этот дегенерат не придумал ничего лучше, чем врезать Владимиру, который после этой попытки отделал его так, что шансов выжить у него теперь ещё меньше чем у самого Громова. Это было до того, но что происходит сейчас? И вот до него дошло.