Агник
Шрифт:
— Так что же произошло? — понизив голос до шепота, спросила Лили.
— Добравшись до станции, мы ждали, когда мой друг и напарник Ричард Кримсли прибудет на поезде из Шуддорга. В тот день… да-а-а, в тот день шел сильный снегопад. Джозеф был беспредельно счастлив, ведь снег всегда приводил его в полный восторг. Он всегда говорил, что за снегом следуют чудеса, и… Простите. — Быстро спрятав глаза в ладонях, мужчина принялся горестно плакать, и упал на колени. — Что я наделал… что наделал.
— Мистер Блэк, — как можно мягче прошептала девушка, опустившись рядом. Аккуратно обхватив
— Простите, — повторил мужчина, подняв блестящие от слез глаза.
— Если вы не в состоянии вынести это, то…
— Нет, нет, все нормально. — Небрежно вытерев жестким рукавом под носом, он снова распрямился в полный рост, и помог Лили подняться. — Как сейчас помню… тот гудок прибывающего поезда, при звуке которого Джозеф с восторгом замер. Помню его наполненные счастьем глаза и ту пожилую женщину, что поскользнулась на выходе из здания, распластавшись на льду. Даже не задумываясь, я сразу же решил помочь ей, при этом строго-настрого приказав сыну стоять на месте. И, — резко прервался он, пытаясь унять вновь задрожавший голос, — стоило мне только отойти от него на пару метров, оставить его одного, как прогремел резкий свистящий шум тормозов.
— О нет, — испуганно прикрыв рот ладонью, прошептала девушка, догадываясь, что произошло. — Мне так жаль.
Скрестив руки за спиной, мистер Блэк нервно зашагал из стороны в сторону, пусто смотря себе под ноги.
— Никогда не забуду тот громкий, наполненный скорбью женский стон, что заставил меня сразу же обернуться. Джозефа не оказалось на месте. Я… я не хотел в это верить! Думал, что мой малыш просто куда-то спрятался или вернулся обратно на вокзал, но потом я…
— Мистер Блэк, прошу, не…
— Но потом, — тихо продолжал он дрожащим голосом, — потом я увидел своего мальчика… своего милого мальчика, безмолвно лежащего на рельсах.
— Мне правда очень жаль.
— Я ненавижу себя за это…
— В этом нет вашей вины, — всхлипывая, добавила Лили. — Я уверена, что вы были самым лучшим на свете отцом для своего мальчика, и он не хотел бы, чтобы вы винили себя за то, что произошло.
— Моему поступку нет оправдания, но… спасибо за добрые слова.
Громкий гудок, поглотивший повисшую на несколько мгновений тишину, предупредил мистера Блэка и всех толпившихся сущностей, что пора отправляться в путь, погружая платформу в невыносимую, полную страданий и безысходности женскую мольбу.
— Надеюсь, мы с вами еще увидимся, — нежно произнесла девушка, сделав прощальный жест рукой.
— Как же, разве вы не едете с нами?
— Нет, мой путь лежит в Гнеоп. Но спасибо за приглашение.
— Этот поезд невозможно встретить просто так. Если вы здесь, значит, должны ехать с нами. Отказов я не приму, — серьезно произнес машинист, нахмурив брови. — И кстати, ваш друг уже ждет вас в одиннадцатом вагоне. — Кивнув в сторону застывшего на ступенях мужчины, он вновь снял фуражку, и озарился прощальной улыбкой.
Молча кивнув, Лили поспешила в сторону поезда, и потеряла из вида Броука.
«Восьмой… десятый… одиннадцатый,
Ощущая непоколебимое волнение, она быстро взбежала по ступеням, пройдя вовнутрь. Десятки детей, сломя голову носившихся по вагону, испуганно уставились на вошедшую гостью, и принялись синхронно усаживаться по местам. Пройдя еще чуть вглубь вагона, ища глазами призрачный силуэт своего спутника, Лили споткнулась о валяющуюся под ногами игрушечную машинку, что была как две капли воды похожа на автомобиль Оскара.
— Броук, — стараясь не нарушать возникшую тишину, прошептала она, — где ты?
— Совсем рядом, — отозвался грубый голос в конце вагона, и явил статного мужчину с копной каштановых волос.
Чем ближе Лили приближалась к нему, тем больше понимала, что уже встречалась с ним.
— Онгель?
— Что? — непонимающе удивился он, резко подскочив к окну. — Онгель! Где он?
— Броук…
— Его нигде нет, Лимья. Почему ты… А-а-а, ха-ха, ты подумала, что я — это он. — Медленно вернувшись на свое место, приглашая сесть рядом, он нервно провел ладонью по волосам, и рассеянно улыбнулся. — Он мой отец.
«Отец! Отец! О нет, какой позор, Лили».
— Видимо, ты удивлена видеть меня таким.
— Это еще мягко сказано! — Нервно начав чесать левое плечо дрожащими пальцами, вспоминая, где еще она могла его видеть, кроме земли утраты и сна, девушка осторожно взглянула в его сосредоточенные серые глаза, и ощутила на лице румянец.
— Броук, я… я должна тебе кое-что рассказать.
— Я весь во внимании.
— Дело в том, что я уже видела тебя, вернее, видела тебя в твоем человеческом обличии в мире живых. Правда, до этого момента все никак не могла вспомнить где.
Резко дернувшийся вперед и назад поезд через пару секунд начал плавное движение вдоль тускло мерцающих замерзших фонарей, оставляя позади пустую платформу. Смирно сидящие на своих местах малыши, словно сговорившись, одномоментно вскочили на ноги, и принялись безудержно носиться по вагону, играя в непонятную игру.
— Это произошло весной четыре года назад, кажется, или около того. Моя семья имеет, так скажем, традицию два раза в год посещать службу, и, признаться, к своему стыду, каждый раз я старалась найти массу причин, чтобы пропустить сие мероприятие. И пару раз мне это даже удалось.
— Хм.
— И вот в очередной раз моя отговорка не была воспринята родителями всерьез. Скажу честно: в конце я даже была рада этому. Как сейчас помню, в тот день было довольно душно… Ну, знаешь, как обычно бывает перед грозой. И ветер был настолько сильным, что казалось, еще чуть-чуть — и он начнет срывать крыши домов.
— Так, — слегка нахмурив брови, прошептал Броук.
— Это так странно, но в тот момент я ощущала приятное волнение. Я будто бы знала, что там, за массивными дверями, меня кто-то ждет. В итоге я встретила его, вернее, я встретила тебя, Броук, безмолвно сидящего перед алтарем. Правда, выглядел ты немного иначе.