Агенты Разума
Шрифт:
Бэлтрис принялась терпеливо ждать, хоть терпение и не относилось к числу ее добродетелей. Но вот поток пара постепенно иссяк, и из симфонии звуков, наполнявших помещение, пропал тонкий свист. Однако вскоре его место занял другой, более громкий шум, когда колонна начала вращаться, опуская трон. В считанные минуты Теззерет предстал перед Бэлтрис, восседая на своем механическом престоле – грозное божество, соизволившее снизойти с заводных небес. Его волосы липли ко лбу и щекам, мокрые от водяного пара.
– С возвращением, – сказал он ей, левой рукой отбрасывая волосы с лица. – Я полагаю, что Сферы Бесконечности доведены практически до совершенства.
– Ты принесла плохие вести, – это был не вопрос.
Бэлтрис кивнула.
– Джейс Белерен.
Теззерет нахмурился.
– Белерен провалил задание?
– Все несколько хуже, босс, – ответила Бэлтрис, стараясь, чтобы в ее голосе звучало поменьше злорадства.
Теззерет сидел совершенно неподвижно; казалось, что он даже перестал дышать. А затем Бэлтрис услышала скрежет раздираемого металла и увидела, как один из рычагов стола переломился в эфириевом кулаке изобретателя.
– И что же, – тихо прошептал Теззерет, – он натворил на сей раз?
***
В непрекращающемся споре наступил долгожданный перерыв – но и только.
– …знаю я, что речь идет о большой куче золота, – говорил Каллист, когда на следующий день они вышли из дома. – Я просто считаю, что нам не стоит слишком сильно на нее полагаться.
– Может, и нет, – пожал плечами Джейс, не особо, впрочем, прислушиваясь к словам друга. – Но, – добавил он, многозначительно оглядывая улицу и ближайшие здания, – ты не станешь отрицать, что она будет нам ужасно полезной.
– Ужасно – это ключевое слово – заметил Каллист, глядя на приземистые, невыразительные постройки и с горечью вспоминая свои роскошные апартаменты в комплексе.
Они пробирались сквозь толпу, изо всех сил стараясь вписаться в общество, с которым не имели ничего общего. Шум вокруг порядком раздражал, но он был не страшнее гвалта рыночной площади Дравхока; Джейс быстро научился не обращать на него внимания. Но одежда тех, кто побогаче, казалась ему излишне вычурной, а унылые обноски бедняков и вовсе нагоняли на него тоску. Не то чтобы он чувствовал свое превосходство (как он сам себя убеждал); он просто был среди них чужим.
Они шли, куда глаза глядят, не имея конечной цели, – лишь слабое желание получше изучить то место, которое могло надолго стать их домом. Окружающий мир вызывал у Джейса все больше неприязни, а разговоры Каллиста о работе начали порядком раздражать, поэтому, когда он заметил нечто вроде таверны и ресторана на другой стороне улицы, то молча устремился прямиком туда, даже не потрудившись прочитать вывеску. Каллист удивился, но последовал за ним.
Гул толпы снаружи утих, сменившись, в общем и целом, точно таким же гулом другой толпы. Дощатый пол зала оказался покрашен в жуткий коричнево-желтый цвет. От него рябило в глазах, но вскоре Джейс понял, что он успешно скрывает большую часть грязи, которую посетители притаскивали на обуви с улицы. Как и в любой уважающей себя таверне, здесь имелась барная стойка, но располагалась она не у стены, а в центре зала, образуя идеальный круг. В глубине помещения виднелась винтовая лестница, которая соединяла винный погреб внизу с неизвестно чем наверху. В общем зале как попало были расставлены ширмы в форме полумесяца, за которыми скрывались столы. Это было возмутительно неэффективное
Джейс решил, что ему здесь нравится, и занял один из свободных столиков. Они с Каллистом внимательно выслушали от официантки сегодняшнее меню, сделали заказ, а затем уставились друг на друга.
– Вот что, – начал Каллист. – Я не говорю, что тебе обязательно надо работать в месте вроде этого, но…
– Ох, ради всего святого! Каллист, да уймись же ты наконец.
– И не подумаю. Пускай золото и твое, Джейс, но речь идет о наших жизнях, черт побери! Это касается не только тебя. Нам необходимо…
– Что нам действительно необходимо, – серьезно сказал Джейс, – так это принять пару куда более неотложных решений.
Каллист открыл рот, закрыл его, когда официантка принесла напитки, а затем заговорил снова:
– Например?
– Например, разобраться с тем, кто мы есть.
– То есть? Ах да, я и забыл…
– Вот именно.
Каллист нахмурился.
– Понимаешь, я никогда еще не скрывался от кого-то вроде них. Псевдонимы действительно необходимы?
Джейс в задумчивости сделал большой глоток вина.
– Лично я ими пользовался много раз, – ответил он, пытаясь припомнить все свои имена. – В общем, у меня уже есть имя, под которым я веду здесь дела. Даррим.
Каллист удивленно моргнул.
– А разве в Дравхоке ты был не Берримом?
– Ну да. Проще запомнить имена, если они не сильно различаются.
Он снова погрузился в свои мысли. Каллист ему не мешал.
– Да, – наконец произнес Джейс. – Мне все же кажется, что идея хорошая. Может, в этом и нет особой необходимости – вряд ли кто-нибудь из Консорциума будет случайно проходить мимо и услышит наши настоящие имена. А тех, кому известно достаточно, чтобы целенаправленно искать нас в Луриасе, будет не провести какими-то прозвищами. Но тем не менее…
– Вы, – раздался голос с другой стороны ширмы, – Джейс Белерен и Каллист Рока, не так ли?
Секунду друзья молча таращились друг на друга, а затем Джейс не придумал ничего лучше, кроме как сказать:
– Ну вот видишь.
Оба развернулись, готовые в любой момент выскочить из-за ширмы. Рука Каллиста легла на рукоять палаша, а губы Джейса зашевелились, произнося первые слоги заклинания.
– Ой, не смешите меня. Если бы я хотела драться, я бы подожгла вашу кабинку снаружи.
Женщина, представшая перед ними, была выше среднего роста, стройная, с иссиня-черными волосами и глазами, бездонными, как сама Слепая Вечность. Одетая в бордовый жилет и платье жемчужного оттенка, она стояла, слегка приподняв руки, – видимо, желая показать, что они пусты.
– Как, черт возьми, ты узнала…, – начал было Джейс, но прикусил язык, увидев, как Каллист поднимается с места, явно намереваясь выхватить меч.
– Я тебя знаю, – процедил он. Женщина вскинула бровь.
– Жаль, не могу сказать того же, – с раздражением пробормотал Джейс.
– Прошу прощения, – она повернулась, вовсе не испугавшись опасной близости нервного бойца. – Меня зовут Лилиана.
– Джейс, – машинально ответил Джейс, а потом смущенно спохватился: – Хотя ты это и так знаешь…