Агентство "ЭКЗОРЦИСТ": CRYPTIDIS
Шрифт:
— Согласен. Но пока ведь делать всё равно нечего. Так почему бы не размять мозги? Кстати, у графа наверняка есть и сабля, и шпага, и куча другого холодного оружия. Легко представить, как он хватает со стены коллекционный эспадрон и бросается в погоню за неверной женой.
— Представить можно, что угодно, — кивнула Глория. — А толку?
— С одной стороны, ты права. С другой, расследование начинается сразу после совершения преступления и происходит, прежде всего, в голове. Доркинг даст нам только улики. Правду придётся искать самим.
— Это верно. Ладно, если ты закончил ужинать, я позвоню
— Давай. Я пока выйду подышу свежим воздухом. Давно не выбирался из Лондона, а тут шикарная атмосфера старой доброй Англии.
На улице уже стемнело. Небо усыпали острые звёзды, месяц висел среди них сияющей секирой. Доркинг походил на макет, освещённый изнутри электрической лампой. Машин не было: жители сидели дома, смотрели вечерние телешоу. Мир и покой царили здесь. Если не считать убийств, конечно. Я прошёлся вдоль гостиницы, размышляя о наших с Глорией предположениях, и за углом увидел двух стоявших ко мне спиной мужчин. Они курили и разговаривали. До меня долетел обрывок фразы:
— …надо будет зарезать…
Это заставило меня шагнуть назад и притаиться за углом. Ветер дул в другую сторону, так что разобрать всё было нельзя. Слух выхватывал отдельные слова и словосочетания:
— …ведь подумать только, если б я не узнал… приедет… грозила бы тюряга!
— Но теперь всё в порядке? — спросил второй голос. Кажется, он принадлежал егерю. — …знает… убил эту графиню?
Голоса стали удаляться. Выглянув, я увидел, что собеседники удаляются. Догнать и рассмотреть? Но они всё равно ничего не скажут. Да и мало ли что имелось в виду в разговоре. Что могли означать подслушанные мной обрывки фраз? О чём говорили эти люди? Они упоминали убийство, которое мы приехали расследовать. Но местные наверняка судачат о произошедшем. С другой стороны, если речь шла об убийстве Матильды Генбах и тюрьме, то слова насчёт зарезать, а также фраза «если б не узнал… приедет», легко реконструируемая в «если б не узнал, что она приедет», вполне могут относиться к Глории. Что, если Броуд каким-то образом пронюхал о приезде следователя? Полицейская пока не представляет для него опасности, но отбрасывать подобный вариант было бы легкомысленно. И небезопасно. Но опять же, сплошные предположения.
Когда я вернулся за столик, Глория сообщила, что созвонилась с начальником полиции Доркинга, и он ждёт нас.
— Поехали, — сказала она, вставая. — Пришло время реального расследования.
Я с ней был совершенно согласен.
Глава 37
По дороге в участок мы имели возможность любоваться городом. Многоквартирные дома здесь соседствовали с частными, сложенными из камней. Повсюду росли деревья, из-за оград торчали сады. Смесь прогресса и патриархальности — вот, что представлял собой Доркинг.
Глория проехала мимо церквушки, обогнула кладбище и погнала машину между домов, первые этажи которых занимали магазины с большими яркими вывесками.
Наконец, затормозила перед трехэтажным зданием полиции. Внутри у нас проверили документы и впустили. Один из констеблей взялся проводить до кабинета начальника.
Тот
Когда он заговорил, оказалось, что у него негромкий и довольно приятный голос, контрастирующий с широким грубым лицом.
— Полковник Джон Абрамсон. Добро пожаловать в Доркинг.
— Лейтенант Глория Глостер. А это — мой консультант по данному делу, господин Кристофер Блаунт.
Мы обменялись рукопожатиями.
— В какой области вы консультируете полицию? — спросил полковник, с любопытством глядя на меня.
— В разных. Смотря по ситуации.
— Хм… Понятно. Как вам Доркинг? Прекрасный город, не правда ли? Места у нас замечательные. Успели оглядеться?
— Более-менее, — ответила Глория. — Вы давно здесь служите?
— Без малого восемь лет. И мне здесь очень нравится. Тихое, спокойное место. Было. Теперь, конечно, всё изменилось. Одних репортёров сколько понаехало! Замучили меня своими расспросами. Надо издать какой-то закон, ограничивающий их деятельность, честное слово!
Тон был ироничный, но глаза смотрели пытливо и жёстко. Чувствовалось, что приезд столичного следователя его не смущал. Скорее всего, он обосновался в Доркинге прочно. А значит, обзавёлся связями и хорошо знал местных жителей. Это могло оказаться полезным.
— Какие планы, лейтенант? — спросил Абрамсон. — С чего начнёте? Готов оказать любую помощь при необходимости. Людей у меня немного, но все они в вашем распоряжении.
— Благодарю, полковник, — кивнула Глория. — Прежде всего, нужно осмотреть тела. Я ознакомилась с отчётами о вскрытии, но лучше и своими глазами глянуть.
— Тогда едем в морг, — беря со стола фуражку, сказал Абрамсон. — Составлю вам компанию. Покажу дорогу и патологоанатому нашему представлю.
На осмотр трупов остаток вечера и ушёл. Полковник оставил нас минут через пятнадцать, сославшись на дела. Но мне показалось, что ему просто не хотелось надолго задерживаться в морге.
Я особо тела не разглядывал, а вот Глория вникала в каждый пункт отчёта и долго беседовала с врачом, мистером Морсом. Ему было за пятьдесят, жидкие волосы прилизаны, редкая бородка походила на козлиную. Он то и дело поправлял съезжавшие с носа круглые очки в тяжёлой роговой оправе. Улучив момент, когда они с Глорией вышли в соседнюю комнату что-то обсудить, я выпустил фамильяра. Кот прошёлся между столами с трупами, топорща шерсть и усы.
— Ничего не чувствую, — объявил он. — Похоже, ты зря приехал. Обычные мертвецы, никакой магии.
— Ладно, твоё дело не рассуждать, а… В общем, полезай обратно. Кажется, сюда идут.
— Решил подкатить к Глории? — усмехнулся Джексон, прежде чем раствориться в воздухе. — Соскучился?
Вошли доктор Морс с лейтенантом.
— Благодарю за пояснения, — сказала патологоанатому девушка. — И спасибо, что задержались ради нас. Давайте обменяемся телефонами на всякий случай.
Попрощавшись с врачом, мы отправились в гостиницу. Время было уже позднее, так что продолжить расследование предстояло завтра. Я подустал в дороге, да и вечер выдался насыщенным, так что принял душ и завалился спать.