Агент пустоты
Шрифт:
— Никто и не ожидает от тебя любви к йуужань-вонгам, Вуук. Никто не ожидает, что ты не будешь скорбеть о гибели своего родного мира…
— Да. Скорбь — это все, на что я способен. Полагаешь, я не знаю, что вы все обо мне думаете? «Вуук всегда печален, бедный старина Вуук». Так вот, мне это надоело. Если мне приходится выбирать между гневом и унижением, я выбираю гнев.
— Но выбор не ограничен только этим, — заметил Алдир.
— Сэр, со всем уважением, вы не можете этого понять. Это не ваш мир был уничтожен…
Алдир молчал несколько секунд.
— В городе
Вуук удивленно моргнул.
— Да.
— Я праздновал там мой пятый и одиннадцатый лень рождения. Там было одно дерево, большой олоп, и если ты пел рядом с ним, оно начинало звучать вместе с песней…
— Я помню это дерево, — сказал Вуук. — Это было родное дерево моего мира, последнее уцелевшее из своего вида. Его пытались клонировать, когда вонги разрушили город. Теперь оно потеряно навсегда…
— Да, — сказал Алдир. — Я скучаю по нему.
— Но не так, как я, — ответил дуро.
— Возможно, но я не это хотел сказать. Мой четвертый день рождения я встречал на Корусканте. Пятнадцатый — на Йавине 4. Ты прав, Вуук, у меня нет родного мира. Мои родители были торговцами и пилотами, и мое детство прошло на борту фрейтера. Я вырос в космосе. Мой родной мир — это вся Галактика. Посмотри, что вонги сделали с ней.
Вуук кивнул:
— Я понимаю…
— Я не страдаю больше, чем ты. Но я знаю, что гнев не приведет ни к чему хорошему, независимо от того, джедай ты или нет.
Вуук вздохнул.
— В том, что вы говорите, есть логика, но логика должна утешать, а эта логика не утешает…
— Но почему именно сейчас, когда уже столько времени прошло, эмоции взяли верх над твоей логикой, Вуук?
— Эта женщина-джедай… Она заставила меня понять, как мало я делаю для победы…
— Она сказала тебе что-то?
— Нет. Но она действует. Она сражается с йуужань-вонгами. И вы тоже. А я…
— Но я не военный, — возразил Алдир. — Я пилот-спасатель. Я стал спасателем потому, что у меня не было достаточно способностей, чтобы стать джедаем. Но я хотел делать то, что делают джедаи — помогать тем, кто нуждается в помощи. Джедаи живут не для того, чтобы убивать, Вуук. Они избегают этого, если могут. Иногда даже ценой собственной жизни… Я отверг предложения от полудюжины истребительных эскадрилий потому, что мне нравится моя работа. Да, в последние дни нам приходилось много сражаться, но не потому, что я искал боя с йуужань-вонгами и хотел их убивать. Я просто пытался делать свою работу — работу, которая была бы невозможна без тебя. Мы бы не спаслись с Вейланда, если бы твой опыт не помог нам починить гиперпривод. Кто еще из нас смог бы это сделать? Ты думаешь, почему я затребовал в свой экипаж именно тебя?
— Вы затребовали меня? — дуро, казалось, был удивлен.
— Да. А ты что думал?
— Я думал… я думал, что никто больше не согласился…
— Вуук, ты лучший механик в Спасательном Корпусе. И я рад, что ты в моем экипаже.
Дуро опустил голову, потом посмотрел на капитана.
— Спасибо, сэр.
— А сейчас…
— Эй, босс, — раздался по интеркому голос Веги
— Что еще?
— Мы тут
— Похоже, что твоя подружка была права, — сказала Вега, когда Алдир вошел в рубку. — Это несомненно транспорт йуужань-вонгов.
— Большой, — хрюкнул Лэфт, почесав одной из своих шести лап за ухом.
Алдир молча согласился. Неправильно-ромбовидной формы, корабль йуужань-вонгов имел примерно полкилометра в длину. Подобно всем их кораблям, он напоминал Алдиру какое-то морское существо.
— Да, большой, но с минимальным экипажем, — сказала Клин-Фа. — Я была на таком. Большая часть пространства оставлена для пленных.
— Эскорт? — спросил Алдир.
— Четыре скипа, — ответила Вега. — Ничего такого, с чем бы мы не справились.
— Что-то мне это не нравится, — сказал Алдир. — Все это кажется слишком легким.
— Легким? — удивилась Вега. — Это было бы легко, если бы нам нужно было разнести эту штуковину. Но мы ведь здесь, чтобы захватить ее, ты не забыл? И при этом желательно, чтобы этот парень, Бей Гендан, остался жив. И остальные пленные тоже.
— Да, — сказал Алдир. — Это будет нелегко. Но у Клин-Фа есть план.
— Почему это меня не удивляет? — вздохнула Вега.
— Следовать ее плану? — зарычал Лэфт. — Да я лучше согласен доить ранкора.
— Не думаю, что ранкоры дают молоко, — сообщил по интеркому Вуук.
— Давайте просто послушаем ее, — сказал Алдир. — Клин-Фа?
Девушка-джедай кивнула и откашлялась.
— Когда я была на Вейланде, мне удалось получить доступ к одному из информационных модулей йуужань-вонгов, они называют их гахса. Оттуда я узнала, на каком корабле должен быть Бей, и куда это корабль направляется. Также я изучила внутренний дизайн корабля. На внешнем корпусе почти нет нервных окончаний, но на внутреннем их много. Если его повредить, немедленно поднимется тревога.
— Понятно, — сказала Вега. — Мы это знали.
— Есть кое-что, чего вы не знали, — поблизости от силового довина нервы внутреннего корпуса подвергаются риску.
— Как это? — спросил Алдир.
— Довины — это самостоятельные существа, они выращиваются не как часть корабля, а растут отдельно, а потом прививаются к кораблю. Но это не идеальный симбиоз — искажение гравитации от довина уменьшает чувствительность нервов, находящихся поблизости от него. На военных кораблях, и вообще на всех кораблях, где важна постоянная чувствительность нервов, вонги имплантируют специальные нервные биоты, которые не приходят в негодность из-за гравитации. На транспортах таких улучшений обычно не делают.
Лэфт почесал подбородок.
— Значит, там можно пробить корпус, и никто этого не заметит?
— Так, наш босс явно… — начала Вега, но заткнулась, встретившись с яростным взглядом Алдира.
– … явно хорошо продумал план, — закончила она.
— Это ты верно заметила, — сказал Алдир. — Вуук? Что ты думаешь? Нам важно твое мнение.
Вуук увидел, что корабль йуужань-вонгов начал приближаться. Дуро включил комлинк.
— Я предупредил тебя! Лучше не приближайся!