Агент хаоса

Гарсия Ками

Фиби прищурилась.

– Когда я буду в МТИ, я создам клуб девушек, знающих о расщеплении атомов и гидравлике, а не думающих только о блеске для губ. И если они не будут знать таблицу Менделеева наизусть, они не пройдут.

Гимбл пошел спиной вперед, пока они двигались между зданий.

– Вместо обычных букв можно сделать на футболках символ франция. Это самый…

– Нестабильный элемент в периодической таблице, период полураспада – двадцать две минуты в лучшем случае, – закончила за него Фиби. – Мне нравится.

И у нас будут лучшие вечеринки, потому что все напитки будут производить охлаждающую физическую реакцию, как нитро–коктейли и мартини с сухим льдом.

Малдер не знал, понимал ли Гимбл, что она серьезно. Некоторые люди много времени говорили о крутых штуках, которые планировали сделать, а Фиби шла и делала.

Когда Малдер был младше, он верил, что все было возможно. Пока папа не сказал ему, что он не может быть астронавтом. Пока Саманта не пропала.

Во что теперь он мог верить? В разбитые семьи и жестокие воспоминания? В вопросы без ответов и несчастливые концы? В числа на линейке в его шкафу?

Другие оправлялись после трагедий, но не он. Так он предал бы сестру. Принял бы, что она никогда не вернется, а он не мог с этим жить. Он не мог так поступить.

Ветерок вдруг сотряс ветки вишневого дерева, розовые лепестки полетели, опускаясь на траву. Малдер не знал, сможет ли когда–нибудь смотреть на лепестки, не представляя тело Билли на постели из них.

Фиби остановилась и сморщила носик.

– Это?

Здание в конце дороги было глыбой бетона, современным и утилитарным, по сравнению с готической архитектурой вокруг.

– Это как игра из «Улицы Сезам». «Что–то здесь лишнее», – добавила она.

– Не важно, страшное ли место, если там есть нужные книги, – сказал Малдер, перешагивая по две ступеньки.

Он придержал дверь для Фиби и прошел раньше, чем туда проскользнул Гимбл.

Его друг поймал дверь и прошел за ними.

– Очень смешно. Я скажу майору, что ты хочешь, чтобы он рассказал тебе больше о киборге, которого строят пришельцы.

– И спроси у него про Элвиса, – сказала Фиби.

Здание внутри тянулось вверх, этаж за этажом узких полок стояли у перил. Ученики сновали там и рыскали на полках.

– Здесь может развиться клаустрофобия, – прошептал Гимбл.

– Думай об этом так, – сказала Фиби. – Чем быстрее найдешь нужную информацию, тем скорее уйдешь отсюда.

– Или вы найдете раньше, – парировал Гимбл. – Это работа команды, Фибс.

Малдер сжался, словно гнев Фиби пал бы на него. А потом поступил так, как сделал бы любой лучший друг. Пошел к столу выдачи книг.

Но он успел услышать слова Фиби:

– Я не рассказывала тебе, как отношусь к милым кличкам, Гимс?

Малдер подошел к столу и подождал, пока библиотекарь заметит его, если, конечно, женщина в светло–розовом свитере с V–образным вырезом и чокером, сидящая там, была библиотекарем. Она выделялась в море

студентов в форме, в выглаженных рубашках с аллигаторами на карманах.

Она оторвала взгляд от стопки карточек, которые штамповала.

– Чем могу помочь?

– Я ищу книги о сороках, камнях–метаморфах и… – он понизил голос. – Об отравлении аконитом.

Женщина не дрогнула. Она точно была библиотекарем.

– Интересное сочетание. Некоторые ученые думаю, что римского императора Клавдия отравили аконитом, – она встала и обошла стол. – Идем со мной, я покажу тебе направление. Ищешь о Клавдие или о яде?

Малдер кашлянул и пошел за ней к узкой лестнице.

– Я изучаю опасные растения, – это звучало невинно.

Гимбл и Фиби догнали их, и Малдер указал на них.

– А мои друзья пишут статью о камнях–метаморфах.

– Минералы, – сказала Фиби. – Все от физических свойств до новых идей, как исцеление кристаллами и…

– Чары, – добавил Гимбл.

Библиотекарь замерла на площадке третьего этажа и с любопытством посмотрела на Гимбла.

– Интересует алхимия?

Фиби вмешалась:

– Он играет в «Подземелья и Драконы».

Библиотекарь хотела задать вопрос, но передумала.

– Мы на месте, – сказала она и подвела их к полкам на третьем этаже.

Фиби встала у перил и посмотрела вниз, а потом наверх. И хотя людям приходилось толкаться, чтобы пройти к полкам, вид был впечатляющим.

– Птицы там, – библиотекарь провела пальцем по боку полок, где нужно было искать. – Минералы и кристаллы – там.

Она указала направление Фиби и сказала Малдеру.

– Нам нужно подняться на четвертый этаж.

– Ладно, – он махнул Фиби. – Хватай Гимбла, когда закончишь, встретимся в кабинете.

– Они на последнем этаже, – добавила библиотекарь.

Она показала Малдеру, где найти книги об аконите и исторических фигурах, отравленных им – с умным названием «Уроки яда: Исторические фигуры, умершие от обычных ядовитых растений». Малдер вытащил все книги, в которых упоминался борец и аконит волчий, как назывались растения, в которых содержался этот яд.

Он за несколько минут поднялся на последний этаж. Пришлось протиснуться мимо студентов у полок, выходящих на центральный атриум. Он заметил Гимбла и Фиби в одной из комнат за столом, полным книг.

– Получилось, – сказал Гимбл, когда Малдер открыл дверь.

– Яд – популярная тема, – сказал он, опуская книги на стол. – Какой план игры?

– Я, похоже, ослышалась. Ты предлагаешь план? – удивленно посмотрела на него Фиби. Малдер не строил планы, а действовал на импульсах и придумывал стратегию в последнюю минуту. Она снова была собой, но он не мог так легко забыть прошлую ночь.

– Только в этот раз, – сказал он, пытаясь подыграть. – Не привыкай. Я снова стану непредсказуемым, когда мы выйдем отсюда.