Агент без прикрытия
Шрифт:
Иса стоял перед открытым ящиком, цокал языком, глядя на новенькие «АКМы» с подствольными гранатометами. Оружия у повстанцев хватало, но не всякого. Одно дело воевать обычным автоматом, другое – когда вслед за очередью ты можешь послать навесом гранату и уничтожить укрывшегося противника. Второй ящик, обтянутый мешковиной, открывали уже на глазах главаря. Когда под откинутой крышкой показались переложенные деревянными брусками артиллерийские снаряды, Иса недовольно хмыкнул, он даже не посмотрел маркировку. Какой прок от снарядов, если у тебя нет орудия.
– Единственное,
Иса вышел на бетонку и заулыбался, глядя на пленников. Американские солдаты как заложники не стоили ничего, с Пентагоном торговаться не станешь, а вот за штатских можно было получить немалый выкуп.
– Всех посадить в бункер. Не забудьте оставить им воду, – сказал он, задержал взгляд на Ружане: – А ты пойдешь со мной, – поманил женщину пальцем. – Не бойся, мы с женщинами не воюем.
Ружана беспомощно озиралась, но все отводили взгляды. Она поджала губы и шагнула к Исе.
– За тебя могут заплатить выкуп? – без обиняков спросил он. – Тогда все будет хорошо.
– Сколько?
Иса задумался. За красивую женщину всегда найдется кому заплатить.
– Триста тысяч.
– Не знаю. Надо подумать, позвонить. У меня самой таких денег нет.
– Телефон ты получишь чуть позже, когда мы выберемся отсюда. – Иса махнул рукой, чтобы уводили пленников.
Ружана одна стояла лицом к самолету, она увидела, как с рампы спустился на бетон боевик с замотанной головой, в балахоне и с автоматом на шее. Он торопливо шел, быстро исчезая за складом. И лишь после она сообразила, что не увидела его рук.
Тарик подтолкнул в спину одного из охранников Брука:
– Пошли.
Колонну пленников сопровождали шесть боевиков, близко они не подходили, держались на стороне, понимая, что имеют дело не с обыкновенными штатскими, а среди них есть и тренированные, специально подготовленные люди. Но голыми руками на расстоянии против автомата ничего не сделаешь.
Как оказалось, бункером Иса назвал бетонное сооружение, оставшееся после строителей. Представляло оно собой просторный бетонный куб для загрузки самосвалов песком. В высокой, поднятой над полом на шесть метров крыше имелась стальная зарешеченная воронка, на которую бульдозер по эстакаде надвигал песок. Песок ссыпался через воронку в заехавшие внутрь машины. Отсюда его и возили на засыпку бетонной полосы. Въезд в куб был перегорожен массивными стальными воротами, поскольку после окончания строительства «бункер» планировалось использовать под склад.
В него и загнали пленников. Следом за ними забросили упаковку воды, ящик с воинскими американскими пайками. Затем тяжелые ворота закрылись. Свет теперь проникал в бункер только через нависающую над головами стальную воронку. Брук стал под ней, запрокинул голову и увидел, что вверху она прикрыта толстыми прутьями частой решетки.
– Словно специально для нас готовили, – с отвращением
– Нет, – Николай стал рядом с ним, – решетку ставили для того, чтобы в машины не сыпались большие камни, они в ней застревают. В армии мне одно время на стройке пришлось поработать. Так мы…
Брук криво ухмыльнулся – служба в армии, Россия, Москва… все знакомое казалось теперь ужасно далеким и нереальным.
– Какая, к черту, разница, через нее все равно не выбраться. И узко, и высоко, не долезть. Зря я сразу не поговорил с их главным.
– И что бы это дало?
– Деньги, они все могут. – Брук присел на корточки и закурил. – Надо будет поторговаться.
– Кстати, сигарет они нам не оставили. Чертовы американцы с их заботой о здоровье. – Николай разорвал картонный ящик. – Туалетная бумага у них для солдат предусмотрена, но сигареты – нет. А у меня всего полпачки осталось.
Украинские летчики держались особняком, свежо было в памяти нападение. Наконец один из них, пересилив отвращение к Бруку и его людям, подошел. Он заговорил низким глухим голосом.
– Что было, то было, выберемся – разберемся.
Брук повернул голову, между ним и летчиком тут же стал охранник.
– Чего ты хочешь?
– Выбираться отсюда надо.
Торговец оружием рассмеялся в высокий потолок.
– Кто спорит? Конечно, надо!
– Всем вместе.
– Это уже вопрос.
– Мы с мужиками прикинули, что можно подкоп прорыть.
Владимир Брук пожал плечами:
– И куда вы отсюда выберетесь? В пустыню?
– До города не так уж и далеко – если ночью выйти, к рассвету доберемся. Там американцы.
Брук сцепил пальцы, хрустнул суставами:
– Мешать не буду, но и помогать – тоже. Не верю я в эту затею. Американцы сами сюда скоро придут.
– Мужики, – пилот повысил голос, – кто будет с нами копать?
– Я никого не держу. – Брук обвел взглядом свою охрану.
К украинским пилотам присоединилось трое из людей Брука. Не было ни лопаты, ни даже фанеры, землю – осыпающийся песок – принялись рыть прямо руками перед воротами. Фуражками ссыпали землю на пиджаки, оттаскивали к стенам, разравнивали. Брук и Николай безучастно следили за копавшими.
– Если так уж случилось, было бы неплохо знать, что вы готовили, – сказал Николай.
– Из-за чего американцы сунулись в Ирак? А, скажем, не в Сирию?
– Нефть, – тут же ответил Николай.
Брук постучал пальцем по лбу.
– Это причина. А повод? – И сам ответил: – Отравляющие вещества. Только американцы их не нашли. А теперь они здесь есть – советского производства. Оставалось только перестрелять украинский экипаж, – последние слова Владимир произнес тихо, так, чтобы только Николай его слышал, – подбросить к самолету с десяток трупов боевиков и потом громогласно объявить на весь мир, что Россия на украинском самолете через «Африкаэротранс» поставляла Ираку ОВ. Вот и все.
Николай молчал, глядя на совместно копавших украинцев и русских.