Агент без прикрытия

Зверев Сергей Иванович

Жигалко не сумел скрыть то, что согласился бы и за меньшую сумму, выбора у него не было, поэтому сказанное им прозвучало фальшиво:

– Я рассчитывал тысяч на десять минимум.

– Пять, зато сразу. – Брук вытащил из кармана деньги. Когда Жигалко хотел взять их, Владимир отдернул руку. – Сразу – это значит, когда я увижу товар и пойму, что он мне нужен.

– Идет, – обреченно согласился Виктор, – только в дорогу чего-нибудь соберу.

– Еду, выпивку, остальные расходы я беру на себя. Поторопись,

дорога не близкая.

Бывший советский капитан привык собираться быстро. Оделся он по-походному: джинсы, кроссовки, свитер, прихватил и куртку.

– Я готов, – произнес он, открывая дверь.

Брук вышел первым. На улице он снова обменялся взглядом с водителем «Жигулей», сделал это неприметно, чтобы Виктор не заметил.

– На Минское шоссе и вперед, – сказал он водителю, когда джип уже выезжал со двора.

Жигалко тер виски, пытаясь унять пульсирующую головную боль, то накатывавшую, то отступавшую.

– Мучаешься? – без тени злорадства поинтересовался Брук.

– Мне бы еще часика три поспать, и буду в порядке. – Виктор прикрыл глаза.

Владимир толкнул его в бок:

– Для начала выпей. – Он подал стакан с холодной минералкой и блестящий квадратик с проступавшей из-под фольги таблеткой.

– Что это?

– Не спрашивай, а пей. Поможет.

Виктор зубами разорвал упаковку, жадно глотнул таблетку и тут же запил холодной шипучей водой. Прислушался к ощущениям. Таблетка оказалась чуть кисловатой, казалось, что она все еще висит в пищеводе, приклеившись к его стенке, но Виктор понимал, что это только кажется ему. Таблетка лишь оцарапала сухой пищевод.

– Часто принимать приходится? – поинтересовался Виктор.

– Случается – заказчики народ капризный, с ними просто вынужден часто пить.

– Проверим твое чудо-лекарство в действии.

Виктор устроился поудобнее и закрыл глаза. Машина шла мягко, раскачиваясь, словно специально баюкала пассажира. Чуть слышно играла радиомузыка. В салоне распространялся приятный аромат.

– Сандаловым деревом пахнет, – негромко проговорил Жигалко.

– Можешь спать до границы с Беларусью, – напомнил ему Брук. – Дальше уже тебе придется прокладывать маршрут.

– Я все помню, словно это вчера было, – не открывая глаз, пробормотал Виктор.

Владимир обернулся, чтобы убедиться – «Жигули» следуют за джипом. Тихо, чтобы не разбудить спящего, Брук вытащил мобильник.

– Степан, – произнес он в трубку, – будь наготове, к вечеру мы окажемся на месте, тогда еще раз тебе и перезвоню.

* * *

Жигалко проснулся оттого, что в салоне машины разлился аромат кофе. Сперва он несколько раз глубоко втянул воздух носом, а затем открыл глаза и оторвал голову от спинки сиденья.

– Тебя

и будить не пришлось. Как голова? – Брук нажал клавишу на подлокотнике, и стекло возле Виктора медленно приспустилось на несколько сантиметров.

Виктор несколько раз наклонил голову в разные стороны, разминая шею.

– Не беспокоит.

За стеклами машины ярко светило закатное солнце, его золотые лучи пронизывали салон, слепили. Над приспущенным стеклом свистел ветер. Стрелка спидометра застыла напротив цифры сто.

– Где мы?

– Уже в Беларуси. До места, о котором ты говорил, осталось километров пятьдесят.

– Не проскочить бы поворот. Шоссе расширили, тогда было только две полосы движения.

– Смотри в оба, – ухмыльнулся Владимир Брук.

Виктор взял в руки карту и, сверяясь с ней, наконец определил место, где они проезжали.

– Как пересечем железную дорогу, то на первом же повороте уходим влево.

Водитель посмотрел на хозяина, тот согласно кивнул. Брук разлил кофе в низкие стаканчики, один подал Виктору.

– Утром я лишил тебя этого удовольствия. Бутерброды в холодильнике.

Только сейчас Виктор Жигалко заметил, что в машине есть и небольшой холодильник. Дорога пошла в гору, возносясь на путепроводе над железной дорогой.

– Отсюда рукой подать, – Жигалко указал на поросшую темным лесом гряду, – прямо за ней, – и тут же, вспомнив про обещанные деньги, подмигнул Бруку.

Тот подмигнул в ответ.

«Кому он втюхает боеприпасы, начиненные ОВ? Надеюсь, вывезет их за границу. Не хотелось бы, чтобы они рванули в России. Но про это я никогда не узнаю. О таких вещах лучше не спрашивать», – подумал Виктор.

Автомобиль свернул, уходя по съезду вправо. Асфальт кончился в двухстах метрах от трассы. Но и грунтовка позволяла держать приличную скорость. «Жигули», следовавшие за джипом от самой Москвы, притормозили на обочине трассы. Жигалко вертел головой, радостно узнавая ориентир за ориентиром, наконец выпалил:

– Здесь.

Машина остановилась у молодой березовой рощи, на другой стороне дороги виднелся заброшенный коровник с проваленной крышей и облицованная бетонными плитами пустая силосная яма.

– Ты уверен на все сто процентов? – выбираясь из машины, спросил Брук.

– На двести. А вернее будет сказать, на пять тысяч долларов. – Виктор уже шагал по сухой редкой траве придорожного пустыря. – Сейчас я совсем точное место покажу. – Он остановился, присел на корточки, присел и Владимир. – Бугорок видишь?

– Если б ты не сказал, я бы не заметил. Уверен, что здесь после тебя никто не копал?

– Абсолютно. Там оно, под землей. Два метра грунта сверху, а ниже… Лопатами тут не обойтись. Кубометров двести поднять придется. Это двести человеко-часов, если солдат пригнать.