Агент Алехин
Шрифт:
— Алехин, как же мы будем жить?
Он вздохнул и потянулся за сигаретой, но Верочка остановила его:
— Давай не будем больше
Он кивнул.
Как в последний раз (а может, правда в последний), он увидел вдруг берег моря, уютный домик с балкончиками, сосны, похожие на рыжий укроп, и нелепых рукокрылых. Услышал страстное: «Шлюссен, шлюссен, майн херр…» И рыжее неземное солнце разостлало по морю колеблющуюся дорожку. И он понял, что никогда не будет у него такого уютного домика. И не будет он жить среди рыжих сосен, похожих на укроп. И никогда не услышит шелеста рукокрылых. И не станет Большим Героем, которому благодарное правительство и благодарный народ
— Какое сегодня число? — спросил он.
— Уже двадцатое, — тихо ответила Верочка. — Август. Осень на носу. — И опять подняла на Алехина полные слез глаза: — Как же мы теперь жить будем? Ведь у меня ничего-ничего не было застраховано.
— А ты плюнь, — мягко посоветовал он и подошел к странным образом уцелевшему на тумбочке телевизору. — Мы с тобой будем хорошо жить.
И обрадовался, указывая на вспыхнувший экран:
— И в театр не надо ходить. Снова «Лебединое озеро»!
Новосибирск,
20 августа 1991 года