After 3
Шрифт:
– Два часа, - отвечает мужик.
– Черт возьми, - я вздыхаю и пялюсь на стену. Я должен был знать, что не стоило приходить сюда в восемь вечера. Через полчаса позвали моего бездомного компаньона, и я рад, что снова могу спокойно дышать.
– Моей невесте нужна помощь, - объявляет мужчина, заходя в вестибюль. На нем аккуратно застегнутая рубашка и брюки цвета хаки. Странно, он выглядит знакомо. Когда миниатюрная, беременная брюнетка заходит вслед за ним, я чуть не падаю с пластикового стула. Естественно это должно было произойти со мной.
– Вы не могли бы нам помочь?
– говорит он, отчаянно наматывая
– Я в состоянии идти сама. Я в порядке, - Натали объясняет медсестре, что Илия, её жених и паникует больше обычного. Пока он нервно расхаживает туда сюда, Натали сидит как хозяйка положения, оставаясь спокойной, от чего я начинаю смеяться. Она поворачивается в поисках источника звука. Широкая улыбка отражается на её лице.
– Гарри!
– она светится от счастья, именно так выглядят беременные женщины?
– Привет, - говорю я, глядя куда угодно, только не в лицо её жениху.
– Я надеюсь, ты в порядке, - она подсаживается ближе ко мне, пока её парень разговаривает с медсестрой, - Я видела твою Тессу пару дней назад. Она здесь, с тобой?
– спрашивает Натали, всматриваясь в коридор.
Черт… Разве она не должна сейчас кричать от боли, или что-то типа того?
========== Глава 272. ==========
(одна из самых эмоциональных глав. готовьте платочки. тонну платочков.)
Песни к главе:
The Script - Nothing
Birdy - Skinny Love
Coldplay - The Scientist
Sia - Breathe Me
***
POV Гарри
– У вас трещина кости, - говорит доктор и поправляет свои очки, – Вы уверены, что сломали руку об стену?
– он идиот?
– По-английски, пожалуйста, - бормочу я.
Я успокоился, но все равно меня бесит его допрос и жестокий взгляд. Работая в такой оживленной клинике в Лондоне, он конечно же встречался со случаями похуже моего, но он все равно пялится на меня при каждом удобном моменте…
– У вас сломана рука, - говорит он протяжно, – Ваша рука сломана, и вам будет нужно походить с гипсом пару недель. Я дам вам рекомендации, чтобы унять боль, но вам надо будет подождать… Подождать, пока кость снова не срастется.
Я не знаю что звучит более смешно: идея о том что я должен носить гипс, или то что он думает, что мне нужна помощь, чтобы справиться с болью. Таблетки ничем мне помогут; не помогут справиться с моей настоящей болью. Если только у них нет самоотверженной блондинки с серо-голубыми глазами.
Через час моя рука и всё запястье было покрыто толстым гипсом. Я старался не смеяться над лицом старого дядьки, который спросил меня какого цвета оттенок я бы предпочел. Я помню как будучи совсем ребенком я хотел носить гипс, чтобы друзья подписывались на нем или нарисовали глупые картинки, но, к сожалению, тогда у меня не было друзей, пока я не нашел свое место с Марком и Джеймсом. Эти двое сейчас очень отличаются от тех подростков, которых я помню. Я имею ввиду, что Марк все такой же мудак; его мозг расплавился от всех этих препаратов. И ничего уже не сможет вернуть того Марка. Но изменения обоих парней очевидны. Джеймс помешан на какой-то мед-цыпочке, чего я никак
Да, конечно они до сих пор продают наркотики, больше чем это вообще возможно, но они уже не те злобные преступники какими я их знал три года назад.
– Зайдите в аптеку, и все будет в порядке, - доктор бросает мне быстрый кивок и уходит оставляя меня одного в кабинете.
– Блять, – я ударяю по столу. Зачем мне эта хуйня. Смогу ли я водить машину? Или писать? Твою мать, конечно нет. Мне все равно нечего писать. Все это дерьмо должно закончиться сейчас же. Я пытаюсь мыслить трезво, пытаюсь отвлечься от воспоминаний, в которые погружаюсь, стоит мне только расслабиться. Карма имеет меня как хочет, оправдывая свою стервозную репутацию, и продолжая издеваться когда я достаю телефон из кармана и вижу на экране имя Лиама. Я засовываю телефон обратно в джинсы, игнорируя звонок.
Что я, блять, сделал…
***
POV Тесса
– Как долго она будет в таком состоянии?
– Лиам спрашивает кого-то. Все ведут себя так, будто я не слышу их, будто меня здесь даже нет, но я не возражаю. Я не хочу быть здесь; то чувство, ты здесь, чувствуешь себя невидимой одновременно.
– Я не знаю. Она просто еще не отошла от шока, милый, - ласково отвечает Карен.
Шок? Я не в шоке.
– Мне следовало зайти внутрь вместе с ней!
– у Лиама вырывается всхлип.
Если бы я могла отвести взгляд от кремовых стен гостиной Стайлсов, я знаю, что увидела бы Лиама в объятиях Карен.
– Она была там одна наедине с его телом почти час. Я думал, что она собирает свои вещи… Я позволил ей там сидеть с его мертвым телом целый час!
Лиам так много плачет, и мне следовало бы его утешить; я знаю, что я должна и я бы сделала это, если бы могла.
– Ох, Лиам, - Карэн тоже плачет. Кажется, что все вокруг плачут, кроме меня. Что со мной не так?
– Это не твоя вина. Ты не мог знать, что он был там; ты не мог знать, что он бросил свою программу реабилитации.
В какой-то момент среди приглушенных шепотов и сочувственных попыток переместить меня с пола; солнце зашло и попытки повторялись все реже; и наконец они прекратились, я оставлена в покое, в слишком большой гостиной, крепко прижимая колени к своей груди, не сводя глаз ни на миг со стены.
Из торопливых приказов врачей и полицейских, я узнала, что мой отец был мертв. Я знала это, когда увидела его; когда я дотронулась до него, но они подтвердили это. Они сделали это официальным. Он умер от своих собственных рук, проталкивая иглу в свою вену. Мешки с героином найденные в кармане его джинсов, говорили о его намерениях на выходные. Его лицо такое бледное, что образ встающий у меня перед глазами походит больше на маску, чем на человеческое лицо. Он был один в квартире, когда это произошло, и он был мертв уже несколько часов, когда я наткнулась на его тело. Его жизнь вытекала из него, в то время как героин проникал внутрь через шприц, еще больше проклиная тот ад, замаскированный под квартиру.