After 2

Тодд Анна

Я поднимаю голову, чтобы посмотреть на Тревора. Он действительно спросил, поднимает ли Гарри на меня руку?

– Нет! Конечно, нет. Он никогда этого не сделает, – меня передёргивает от одной мысли.

– Извини... просто он кажется таким жестоким и злым, – по его взгляду видно, что он не хотел меня обидеть.

– Гарри часто злится, иногда бывает жестоким, но он никогда и ни за что на свете не сделает мне больно. По крайней мере, не физически, – чувствую странную волну гнева по отношению к Тревору. Как он мог обвинить Гарри в этом?

Он его даже не знает. Хотя, я в какой-то степени тоже.

Нескольких минут мы стоим в тишине, пока я не замечаю светлые волосы Кимберли.

– Прости, но ты достойна гораздо большего, – произносит Тревор, когда к нам присоединяются Ким и Кристиан.

– Чувствую себя просто ужасно, – стонет она.

– Я тоже, голова просто раскалывается, – соглашаюсь я, когда мы выходим на улицу.

– Но, всё же, ты хорошо выглядишь. В отличие от меня, мой вид так и говорит, что я недавно слезла с кровати, – произносит она.

– Неправда, – говорит ей Кристиан и наклоняется, чтобы поцеловать в лоб.

– Спасибо тебе, малыш, но твоё мнение вполне необъективно, – смеётся она, а затем потирает виски.

– Похоже, сегодня вечером мы никуда не пойдём, – смеётся Тревор, и мы все соглашаемся.

Когда мы прибываем на конференцию, я сразу направляюсь к столу с едой и беру тарелку мюсли. Съедаю всё гораздо быстрее, чем следовало бы. У меня не получается выкинуть слова Гарри из головы. Я бы хотела ещё раз поцеловать его... нет, не хотела. Должно быть, я до сих пор пьяна. Конференция проходит на удивление быстро, а головная боль практически исчезает. Кимберли почти всё время сидит за одним и тем же столиком. Не могу сдержать смех, когда она стонет во время долгой и нудной речи докладчика.

Гарри, наверное, уже дома, возможно, с Молли. Должно быть, он сразу поехал к ней, назло мне. Они спят вместе в нашей квартире? То есть, в нашей бывшей квартире. В постели, которая предназначалась для нас двоих? Когда я вспоминаю о прошлой ночи, о том, как он прикасался ко мне, а я стонала его имя, мой образ сразу же заменяется Молли. Перед глазами только они вдвоём. Гарри и Молли. Молли и Гарри.

– Ты меня слышишь? – улыбается Тревор, присаживаясь рядом.

– Да, прости, просто задумалась, – виновато улыбаюсь.

– Было бы прекрасно, если бы мы поужинали сегодня, раз уж все вместе мы никуда не выберемся, – произносит он, и я заглядываю в его сияющие голубые глаза. – Если ты не хочешь... то ничего страшного, – заикается он, когда я не отвечаю.

– Да... было бы чудесно, – говорю ему. Его нервная улыбка перерастает в ту, которая напоминает мне картинку в офисе стоматолога. Что? Конечно, алкоголь не полностью покинул мой организм.

– Правда? – видимо, он думал, что я откажу ему, особенно после нашего разговора о Гарри.

Мне очень приятно, что, несмотря на угрозы Гарри, Тревор всё равно хочет со мной поужинать.

– Слава Богу, всё закончилось! Мне надо немного поспать, – стонет Кимберли, когда мы садимся в машину.

–

Да, годы берут своё, – дразнит её Кристиан, и она закатывает глаза, опуская голову на его плечо.

– Прошлой ночью Гарри тебя нашёл? – спрашивает Ким. Такое чувство, будто в меня сейчас вонзили нож.

– Нашёл, – произношу я и отвожу взгляд на окно.

– Он звонил мне раз десять, как минимум, – Мистер Ванс качает головой.

– Завтра мы с самого утра будем ходить по магазинам, пока эти двое будут на своих заседаниях, – говорит Ким, закрывая глаза. Я поблагодарю её позже за то, что она спасла меня из этой ситуации. Милый тихий вечер в Сиэтле с Тревором звучит удивительно после жаркой ночи с Гарри. Мне немного неловко за своё поведение в эти выходные. Сначала я поцеловала какого-то незнакомого парня, потом заставила Гарри заняться со мной сексом, а теперь собираюсь на ужин с Тревором. По крайней мере, я точно знаю, что сегодня у меня не будет никаких поцелуев и секса. Для тебя – да, а для Гарри и Молли – нет, напоминает внутренний голос, который уже начинает меня раздражать.

Мы добираемся до отеля в четыре часа дня.

– Тебе будет удобно, если я зайду в шесть тридцать? – спрашивает Тревор, я отвечаю ему улыбкой и кивком.

До нашего с ним ужина я собиралась немного поспать, но, в конечном итоге, уже второй раз принимаю душ. Из-за событий прошлой ночи я чувствую себя настолько грязной, поэтому мне просто необходимо повторно вымыть запах Гарри со своего тела. А ведь всего две недели назад всё было иначе: мы с Гарри планировали поехать в Лондон на Рождество к его матери. Несмотря на то, что я тогда пока не дала согласия, мы оба знали, что ответ будет положительным. Мне до сих пор негде жить, нужно позвонить маме, прошлой ночью у меня было несколько пропущенных вызовов от неё.

После душа, набираю её номер, попутно нанося макияж.

– Здравствуй, Тереза, – коротко отвечает она.

– Прости, что не перезвонила вчера вечером. Я в Сиэтле на цифровой издательской конференции, помнишь?

– Помню. Он там? – спрашивает она, и я сразу понимаю, о ком идёт речь.

– Нет, его здесь нет, – ей не обязательно знать о том, что здесь происходило прошлой ночью.

– Хм...

– Что такое?

– То, что вчера вечером он звонил к нам домой и спрашивал, где ты. Мне не очень нравится, что ты дала ему наш номер. Тереза, ты ведь знаешь, как я к нему отношусь.

– Я не давала ему номер, – должно быть, он позвонил ей после десяти звонков Кристиану.

– Мне казалось, что между вами всё кончено, – фыркает она.

– Так и есть. Наверное, он звонил по поводу квартиры или ещё чего-нибудь... – лгу я.

Видимо, он настроен решительно, раз позвонил маме домой. Эта мысль меня раздражает и радует одновременно.

– Кстати о квартире, так как сейчас рождественские каникулы, ты не сможешь вернуться в общежитие. Но пока ты не будешь занята ни работой, ни учебой, ты могла бы приехать сюда.