Африканский гамбит
Шрифт:
Через неделю вынужденного ожидания, прибыл груз с итальянскими магазинными винтовками, системы Манлихера-Макарти, в количестве пяти тысяч штук, как, впрочем, и обещал губернатор Камеруна, а вместе с ними, и большое количество патронов. Уж этого количества винтовок хватило бы, чтобы вооружить всех людей Мамбы, да ещё бы и осталось, но будем смотреть.
Через неделю отплыл и корабль Луиша, увозя его и Мабетту. Мабетта согласилась перейти в католическую веру, и, окрестившись, приняла новое имя — Мария. Да… вот так… просто Мария, без всяких там ТТ.
Американский пароход, следующий рейсом из Кейптауна в Бостон,
Феликс задумчиво смотрел на воды Атлантического океана, бившие в волнолом причала, на котором он стоял, и думал о своём. Вчера пришёл приказ о его увольнении из армии, и уходе в отставку. Пора было делать следующий шаг.
А сегодня он получил письмо от американских партнёров, вместе с грузом оружия. Это были три пулемёта Максима, тысяча винтовок ремингтона, пятьдесят короткоствольных ружей, и десяток длинноствольных винтовок, на базе винчестера, образца 1887 года, с громоздким оптическим прицелом. Ко всему шло большое количество боеприпасов.
Отдельным грузом шли револьверы, различных систем, фирмы «Кольт», в количестве пятисот штук. Все они были старыми, и уже изрядно потрёпанными, но исправными. Ни на одном не было следов ржавчины, а все изношенные части были отремонтированы, или заменены новыми.
Пора было собираться в дорогу. Путь к Мамбе вёл, сначала, по территории Камеруна, а потом, извиваясь, как змея, по ничейным землям. Эти земли не принадлежали ни одному крупному племени, или полугосударственному образованию.
Забрав с собой восьмёрку «мамбовцев», и ещё, с десяток чернокожих бойцов, набранных в Дуале и её окрестностях, он выступил в поход. Тяжёлый груз тащили ослы и носильщики, нанимаемые в, лежащих вдоль дороги, селениях. Кроме них, к его отряду присоединялись негры, наслышанные о великом унгане Мамбе, и желавшие вступить в его армию.
Двигались медленно. Тяжёлые ящики с оружием не давали возможности быстро двигаться. На ничейных территориях, совсем близко подходящих к территории султанатов Чада, на них напали.
Что тому послужило причиной, Феликс не знал. Груз оружия, предательство, знающих об этом людей, случайно наткнувшихся на них отряд охотников за рабами, возможно, было всё.
Смуглые оборванцы, вооружённые, кто старыми винтовками, кто копьями и мечами, внезапно появились перед его караваном. Их было, около ста человек. До Феликса доходили слухи, что власть в султанатах захватил некий Рабих. Начинавший ещё под началом султана Дарфура, но, после того, как тот был казнён, бежавший вместе со своими воинами, в район страны Крайх, западнее реки Нил. Сейчас Феликс, как раз, и наблюдал один из его отрядов, явно рассчитывавший на лёгкую добычу. Такой возможности, опробовать новое для него оружие, у Феликса ещё не было, а руки откровенно чесались, нажать на гашетку пулемёта. Один из трёх пулемётов, на всякий случай, был почти собран, и его станок и ствол, перемещались в кожаных мешках, притороченных к бокам ослов.
Пока оборванцы готовились к атаке, а охрана каравана — к её отражению, он спокойно снял нужный груз, и стал собирать пулемёт. Станок, с большими колёсами, в это же время, собирал один из воинов, стащив его с другого осла.
Атака только началась, а пулемёт был уже собран. Защёлкали редкие выстрелы,
Фон Штуббе, поднатужился, и, взгромоздив пулемёт на станок, закрепил на нём. Вставил в ствольную коробку ленту, и прицелился.
Воины Рабиха дружно шли в атаку, агрессивно взмахивая саблями и стреляя на ходу из винтовок. Их было намного больше, и они не сомневались в победе.
Не считаясь с потерями, от ответного огня охраны каравана, они рвались вперёд, к заветному грузу. И были уже совсем недалеко от своей цели, когда Феликс, прицелившись, сидя на специальном сиденье пулемётного станка, открыл огонь из пулемёта.
Ливень пуль захлестнул наступающих, расшвыривая их в разные стороны, со своего пути. Человеческие фигурки сминались, переламывались в поясе, и падали на землю.
Первая очередь ушла выше, потом сразу в цель, а дальше… дальше, в течение нескольких минут, весь атакующий отряд перестал существовать. Не знавшие такого оружия, туземцы попытались сбежать. Никто из них не додумался броситься на землю, и уползти от убийственного огня. Каждый рассчитывал на свои быстрые ноги. Но, быстрее пули, ещё никто из людей не научился бегать.
После того, как в кожухе охлаждения закипела вода, налитая туда впопыхах, и не в полном объёме, огонь из него прекратился. Но, продолжать стрелять, уже не было смысла. На земле лежали только убитые, да стонали раненые.
Охрана каравана, онемев, сначала от удивления, а потом, разобравшись, и дико обрадовавшись увиденному, бросилась к вражеским воинам, добивать раненых, и обыскивать мёртвых.
Через два часа, караван Феликса фон Штуббе, отставного майора кайзеровской армии, продолжил свой путь, пополнив запасы оружия скудными трофеями, и обогатив всю охрану, на несколько копий, ножей и сабель.
Глава 20 Лоб в лоб. (Битва на реке. Ночная атака.)
Отряды Ярого и Момо приблизились к городу Банги. Выслав разведчиков вперёд, они убедились, что город не взят французами, и вошли в него, некоторое время спустя.
В городе царила тревога, слухи о приближении французских войск, уже дошли и сюда. Несмотря на джунгли, и слабую населённость местности, информация о передвижении французов, всё равно бежала впереди, продиравшегося сквозь джунгли, чернокожего войска.
В Банги, отряды Ярого и Момо разделились. Момо, со своими людьми, отправился навстречу с французами, бывшими не далее тридцати километров. А Ярый, со своими стрелками, остался организовывать оборону города, прикрывая его со стороны реки, и страхуя будущее отступление отряда Момо.
Мамба, а потом и казаки, рассказывали ему об оборудовании окопов, но единственное, что он смог организовать, это завалы на берегу, и засеки в джунглях. Да замаскированные позиции стрелков, на разных направлениях. Все они находились на небольших, естественных возвышенностях, и даже на деревьях, где были, созданы удобные для стрельбы сверху, площадки.
На одной из них, он сейчас и стоял. Приложив руку козырьком к глазам, и щурясь от яркого солнца, бившего в глаза, Ярый всматривался в противоположный берег реки. Там шла подозрительная суета. Бывшее на берегу реки, небольшое селение, явно не располагало таким количеством людей, сейчас там находившихся.