Афоризмы
Шрифт:
Писатели – вот истинная слава нации.
Писатель талантлив, если он умеет представить новое привычным, а привычное – новым.
Плохо, когда человеку не достает разума; но плохо вдвойне, когда ему недостает души.
Поверьте, если человек говорит о своих несчастьях, значит, тема эта доставляет ему определенное удовольствие – ведь истинное горе бессловесно.
Пока автор жив, мы оцениваем его способности по худшим
По любви обычно женятся лишь слабые люди.
По-настоящему принципиальны только самые непрактичные люди.
Посулы авторов – то же, что обеты влюбленных.
Похвала и лесть – это два гостеприимных хозяина; только первый поит своего гостя вдоволь, а второй спаивает.
Почему-то мир так устроен, что о свободе громче всех кричат надсмотрщики негров.
Праздной жизнью я живу не столько потому, что люблю общество, сколько потому, что избегаю самого себя.
Пример всегда воздействует сильнее, чем проповедь.
Примечания часто необходимы – но необходимость эта вынужденная.
Природа наделила женщину огромной властью, и нет поэтому ничего удивительного, что законы эту власть ограничивают.
Причина наших несчастий – не в сокрушительном ударе судьбы, а в мелких ежедневных неурядицах.
Просьбу, с которой обращаются робкие, неуверенные в себе люди, легко отклонить, ибо проситель словно бы сам сомневается в ее уместности.
Пусть лучше некоторые будут счастливы, чем никто, как это случилось бы при установлении полного равенства.
Разговор между стариком и молодым обычно кончается презрением и жалостью с обеих сторон.
Разнообразие – неисчерпаемый источник удовольствия.
Самая удачная беседа – это та, подробности которой на следующий день забываются…
Самолюбие – скорее заносчиво, чем слепо; оно не скрывает от нас наши просчеты, однако убеждает нас в том, что просчеты эти со стороны незаметны.
Семейное счастье – предел самых честолюбивых помыслов.
Скорбь – один из видов праздности.
Совет оскорбителен – не потому, что изобличает не замеченную нами ошибку, а потому, что другие, оказывается, знают нас не хуже, чем мы сами.
Создается впечатление, что все, сделанное умело, далось легко – не потому ли набивший руку художник отступает в тень?
Старость обычно хвастлива и склонна преувеличивать давно ушедшие в прошлое события и поступки.
Счастье – ничто, если его не с кем разделить, и очень немногое, если оно не вызывает
Там, где начинаются тайны, недалеко и до обмана.
Те, с кем мы делили радости, вспоминаются с удовольствием; тех же, с кем мы вместе переносили тяготы, – с нежностью.
Только рискуя честью, можно стремиться к почестям.
Тот, кто не чувствует боли, не верит в ее существование.
Тот, кто переоценивает себя, недооценивает других, а недооценивая, угнетает.
То, что написано без усилий, читается, как правило, без удовольствия.
То, что нельзя исправить, не следует и оплакивать.
Уважения мы оказываем ровно столько, сколько его требуют.
Умным хочет быть всякий; те же, кому это не удается, почти всегда хитрят.
Упрямое безрассудство – последнее прибежище вины.
Хранить свой секрет – мудро, но ждать, что его будут хранить другие, – глупо.
Человек, который не любит себя сам, не заслуживает и нашей любви.
Человек подчинится любой власти, которая освободит его от тирании своеволия и случайности.
Человеку в несчастье всегда кажется, что вы мало сочувствуете ему.
Чем больше я знаю людей, тем меньшего от них жду. Поэтому теперь добиться от меня похвалы гораздо легче, чем раньше.
Чем меньше недостатков у нас, тем терпимее мы относимся к недостаткам других.
Честность без знаний – слаба и бессмысленна, а знания без честности – очень опасны.
Что такое история человечества как не предлинное повествование о невоплотившихся замыслах и несбывшихся надеждах?
Я буду стремиться увидеть страдания мира, ибо зрелище это совершенно необходимо для счастья.
Язык – одежда мыслей.
Я не знаю ничего более приятного и поучительного, чем сравнивать опыт с ожиданием или отмечать разницу между идеей и реальностью.
Я никогда не испытывал желания побеседовать с человеком, который написал больше, чем прочел.
Безгрешный: лишенный возможности грешить.
В вашем труде много хорошего и оригинального, но то, что в нем хорошо, не оригинально, а то, что оригинально, нехорошо.
Вино плохо еще и тем, что заставляет нас принимать слова за мысли.
Воспоминания и предвидения заполняют почти все настоящее время.
Вся жизнь есть не что иное, как средство не думать о смерти.