Адский мир
Шрифт:
— Что, так и будем стоять? Откройте эту вонючую дверь! Чужие не ждут!
— Капитан, — ответила разведчица, — у нас, похоже, еще одна проблема. Двери нет. Окон — тоже.
Хантер достал походный фонарь и впервые осмотрел башню вблизи. Огромный медный стержень уходил высоко в ночное небо. В башне не было ничего примечательного. Стержень оставался безукоризненно гладким до самой вершины, где торчали огромные медные шпили. В диаметре башня имела футов тридцать или сорок, в высоту — примерно четыреста. На блестящем металле не просматривалось ничего похожего на вход и ничего, что свидетельствовало бы о том, что такой вход когда-то был. Капитан шагнул вперед, провел по металлу рукой. Он оказался противоестественно
— Хорошо, — спокойно сказал Хантер. — Отойдите в сторону и будьте внимательны, чтобы не поймать осколки.
Он в упор выстрелил в металлическую стену. Энергетический луч прожег крошечную дырку — но не более того.
— Отлично, — сообщил Корби. — Что дальше?
Хантер лихорадочно размышлял:
— Взрывчатка. Сколько у нас осталось гранат?
Одна у него, одна у Кристел, две — у де Шанс. Морские пехотинцы все свои израсходовали.
— Этого мало, — заметила разведчица. — Ваш выстрел должен был развалить стену, как консервную банку. Но не развалил. Она очень прочная и спокойно выдержит ударные гранаты. Взрыв получится несосредоточенный.
— И что вы предлагаете? — огрызнулся Корби. — Пинать ее ногами? Или вежливо постучать и подождать, пока нас впустят?
— Морской пехотинец, от вас слишком много шума, — бросил Хантер. — Есть еще один вариант. Неконтактные мины. Заряд достаточно мощный и достаточно сфокусированный. Нужно только определить место у основания башни, включить таймер и где-то укрыться.
— Может сработать, — согласился Линдхольм. — Но грохоту будет до черта.
Капитан посмотрел на чужих. Те остановились на некотором расстоянии от башни и молча наблюдали за группой. Похоже, Великое Устройство не хотело подпускать их ближе по соображениям собственной безопасности. Кристел достала из вещмешка неконтактную мину, пришлепнула ее к стене и выставила время на таймере. Группа переместилась на противоположную сторону основания башни. Взрыв прозвучал непонятно тихо, словно башня его впитала, но, вернувшись, они обнаружили отверстие размером примерно пять на шесть футов.
— Внутри нужно идти осторожно, — предупредила Кристел. — Мы могли повредить взрывом Великое Устройство.
— Повредили, — согласилась де Шанс. — Но повреждение чисто поверхностное. Я чувствую мощь Устройства. Оно горит у меня в мозгу, как маяк.
Хантер поглядел на экстрасенса, потом на морских пехотинцев. Те поежились.
— Капитан, у нее с Устройством какая-то телепатическая связь, — медленно произнес Линдхольм. — Де Шанс думает, Устройство — живое.
— И безумное, — добавила де Шанс. — Вполне очевидно, что безумное. Оно еще не поняло, что мы здесь, но когда мы войдем в башню, поймет. Я не могу защититься от такого сильного воздействия.
— Все это очень увлекательно, — осторожно сказал Хантер. — Но не могли бы вы сообщить об Устройстве что-то более определенное?
— Да, — ответила экстрасенс. — Взрыв повредил какую-то важную часть Устройства. Капитан, попробуйте связь через вживленный компьютер. Мне кажется, она снова должна работать.
На секунду у Хантера отвисла челюсть, потом он попробовал вживленный компьютер. Тот сразу же соединил его с сетью катера, и впервые за весь день капитан ощутил себя на своем месте. Отключение от компьютеров он воспринимал как отключение от собственной памяти. Хантер передал на катер все, что выяснила группа, и оставил указания на случай, если они не смогут уйти из города. Он проверил энергетические ресурсы катера и медленно кивнул с удовлетворением: достаточно, чтобы сделать все, что нужно. Потом обернулся к группе. Те живо переговаривались, обнаружив, что вживленные компьютеры снова работают. Хантер громко откашлялся, чтобы привлечь к себе внимание:
— Хорошо, команда. Продолжаем
— Даже родная мать не могла бы утешить меня лучше, — откликнулся Корби. — Чем скорее мы отсюда уйдем, тем целее будем.
— Мы не можем уйти, — сказала де Шанс.
— А вы попробуйте меня удержать, — предложил Корби.
— Экстрасенс права, — вмешалась Кристел. — Хорошо или плохо, но эта планета теперь наш дом. Нам придется здесь жить. А пока существует город и его обитатели, мы не можем себя чувствовать в безопасности. Мы не можем с ними общаться и не можем жить рядом с ними. Они не в себе, мы уже это точно выяснили. Капитан, либо мы, либо они. И лучшей возможности их уничтожить, чем сейчас, может больше не представиться. Они зависят от башни. Если мы убьем Великое Устройство, они умрут вместе с ним. А если сейчас мы уйдем из города, не исключено, что у нас не будет другого шанса добраться до башни.
— Вы в этом уверены? — спросил Хантер. — И где гарантия, что, уничтожив башню, мы уничтожим чужих?
— Какие гарантии могут быть в сумасшедшем доме? — вопросом на вопрос ответила разведчица. — Но то, что мы предлагаем, — самая лучшая ставка.
— Да, — наконец согласился капитан. — Думаю, вы правы.
Он снова связался с бортовыми компьютерами, выдал полетное задание и включил двигатели на катере.
— Группа, корабль идет к нам. Если мы хотим уничтожить башню, давайте пошевеливайтесь. Де Шанс, вы уверены, что Устройство где-то в башне?
— Капитан, машина не в башне, — ответила экстрасенс. — Башня и есть эта машина. Вся целиком.
Она шагнула в рваное отверстие, держа перед собой фонарь. Хантер обменялся взглядами с остальными и пошел вслед за ней. На некотором удалении чужие в ночи жрали друг друга. Группа их больше не интересовала. Группой занималась теперь сама башня.
Внутри медной башни оказались громоздкие формы из металла, стекла и хрусталя, в которых человеческий взгляд не находил никакого смысла. Размеры менялись в зависимости от того, под каким углом смотреть. Двигались непонятные механизмы, другие казались здесь вовсе случайными, и над всем висел непрестанный низкий гул, словно Устройство говорило само с собой. Хантер поглядел вверх и увидел нависшее над ним Устройство: громадное, циклопическое и нечеловечески изощренное. Кто — или что — спрятал здесь Великое Устройство, мыслил другими масштабами, нежели люди.
— Вот оно, — спокойно произнесла де Шанс. — Это машина, которая освободила чужих от постоянной формы. Здесь они и обрели свое проклятие.
— И она еще работает, спустя Бог знает сколько веков, — заметила разведчица.
— Она долго спала, — ответила экстрасенс. — А теперь проснулась. И знает, что мы здесь.
Хантер яростно тер лоб. Как только они вошли в башню, у него ужасно заболела голова. Капитана охватывал жар, он потел, и неприятно тряслись пальцы.
— Капитан, с вами все в порядке? — тихо спросила Кристел.
— Все отлично, — немедленно реагировал Хантер. — Просто сказывается долгий день.
— Нет, — возразила де Шанс. — Это Устройство. Именно сейчас оно начинает работать над нами. Оно действует на любое живое существо, которое слишком долго задержалось вблизи него. И чем ближе, тем сильнее воздействие.
— Алло, секунду, — сказал Корби. — Вы говорите, что мы должны превратиться в таких же тварей, как чужие? Прекрасно. Больше ничего и не нужно. Я выхожу из игры.
— Если вы выйдете в одиночку, чужие вас раздерут на куски, — сообщила де Шанс. — Но сюда за нами они не войдут. Их не пустит Устройство. Башня на нас пока еще не повлияла. Ей нужно время…