Шрифт:
Annotation
Богемия, 1370 год. Заблудшая душа по имени Галиен ведёт отряд опытных наёмников выполнять поручение Святой Церкви. Но в тёмных лесах Центральной Европы их поджидает нечто более зловещее. Джайлс Кристиан, автор бестселлеров «Ланселот» и «Вороны» (трилогия о викингах), увлекает нас в жуткое странствие, пропитанное страхом и паранойей, где льётся кровь и свершается искупление.
Глава 1
Адская пасть (Джайлс Кристиан)
Глава 1
Оригинальное название: "HELLMOUTH", Giles Kristian
Перевёл
Другие мои переводы и актуальные новости ищи в моём телеграм-канале @lacewars
Аннотация:
Богемия, 1370 год. Заблудшая душа по имени Галиен ведёт отряд опытных наёмников выполнять поручение Святой Церкви. Но в тёмных лесах Центральной Европы их поджидает нечто более зловещее. Джайлс Кристиан, автор бестселлеров «Ланселот» и «Вороны» (трилогия о викингах), увлекает нас в жуткое странствие, пропитанное страхом и паранойей, где льётся кровь и свершается искупление.
Пролог
Мужчина рисует, окуная тонкую кисть в смесь яйца, воды и красной охры, и проводит ею по поверхности железного нагрудника. Остальные части его доспеха уже расписаны: и шлем-бацинет с кольчужной бармицей, и спинная пластина, и рукавицы с поножами, и массивные набедренники с наколенниками, и щит – всё покрыто рисунками.
Украшены доспехи сценами насилия и отчаянной борьбы, но выполнены они изящной рукой мастера. Вот человек, пронзающий копьём другого. Вот женщина, окружённая волками. Вот священник, утыканный стрелами. Вот красный круг. Истории, рассказанные жёлтой охрой, жжёной умброй и известковыми белилами. Некоторые уже старые и облупившиеся, другие выцвели так, что их смысл уже не разобрать. Но остался ещё один неукрашенный участок железа.
Кисть проводит алую рану по серому металлу. Ещё одна история. Возможно, последняя.
***
Богемия. 1370 год
Он снова повержен, но теперь ослеп. И задыхается. Хватая ртом воздух, он всё же умудряется проклинать всё на свете, пусть только в мыслях. И проклятия эти грязные, даже по меркам Галиена. Грязные, как этот день, как эта мерзость и вонючая жижа, которая его и погубит. Бурая вода хлынула через дыхательные отверстия и даже через глазные прорези забрала. Она в его носу и во рту. Он вдыхает её, потому что больше нечем дышать, а глупое тело не понимает, что эта вода в лёгких убьёт его так же верно, как любой клинок.
Его выворачивает наизнанку, всё тело бьётся внутри доспехов, будто лихорадочное сердце в груди великана. Он кашляет и кричит. Не слова – лишь бессвязная ярость, ведь если он не захлебнётся в ближайшее время, то будет жив и почувствует, как его мозги вышибают из черепа, или как жадный клинок ищет путь под мышкой, или в паху, или в любом другом месте, где нет железной брони.
К чёрту. К чёрту жизнь и к чёрту Бога.
Но дышать. Дышать назло всему.
Он бы и дышал, если б мог, но он задыхается. Его разум теперь так же слеп, как и глаза. И всё же ему удаётся чуть повернуть голову внутри шлема. Ровно настолько, чтобы приподнять щёку над холодной водой и втянуть глоток воздуха уголком рта. Затем судорожный вздох, громкий в стальной темнице шлема. И ещё один, более полный, пропитанный яростью – даже когда тяжесть на затылке шлема давит вниз, руки вдавливают его в грязь, словно человек, навалившийся сверху и упирающийся коленями ему в подколенные сухожилия, отчаянно пытается загнать какого-то демона обратно в преисподнюю.
Но смерть сейчас была бы слишком лёгким исходом. Галиен напрягает шею, плечи и торс, сопротивляясь тяжести навалившегося врага, и приподнимается. Чувствует, как грязная вода вытекает из прорезей забрала. Он втягивает зловонный воздух и отталкивается от давящего веса,
Взмах рук, металлический крик изнутри бацинета — и человек под ним, наконец, затихает. Дыхание Галиена с шумом врывается в лёгкие, гулко отдаваясь в шлеме. Он поворачивает голову, вглядываясь через прорези забрала сквозь потоки дождя в схватку закованных в броню людей. Видит Анселя, обменивающегося ударами длинного меча с рыцарем — сильным и быстрым, хоть и не таким быстрым, как Ансель. Видит Можера, который шагает вперёд, размахивая длинным топором, срубая головы и конечности и ревя от радости. А вот Фульшар и Уильям Грей — натягивают свои боевые луки, посылая стрелу за стрелой в людей, которых не может спасти их броня.
Галиен с трудом встаёт на одно колено, тяжело дыша. Сквозь секущий дождь он видит Годфри, теснящего двух человек моргенштерном — шипастый шар поёт свою кровавую песню, лязгая о доспехи. Неподалёку Ранульф принимает удар топора на щит с выцветшим красным иерусалимским крестом рыцарей Гроба Господня, затем опускается на колено и цепляет алебардой ногу противника, опрокидывая его. Разворачивает оружие и вбивает шип сквозь кольчугу, стёганку и грудину — прямо в сердце.
Это хаос. Буря внутри бури. Галиен поднимается на ноги, поворачивается, отражает удар копья мечом и снимает человеку голову. Та падает в грязь, уставившись в серое небо. Жизнь ушла за полвздоха.
— Галиен! — кричит Ранульф, бросая ему копьё и указывая на бойца в шлеме с дьявольской личиной, которого теснят двое здоровенных воинов. Галиен проверяет баланс копья и метает его. Оно проносится чёрной молнией сквозь серый день, пронзая шею одного из нападавших. Тот шатается и падает, а рыцарь в шлеме с дьявольским ликом ныряет под меч второго, поднимается гибко и быстро позади него, запрокидывает его голову, обнажая горло, и проводит клинком поперёк — день окрашивается багрянцем.
Гром катится по земле. Галиен оборачивается и видит, как в водоворот битвы влетает всадник на боевом коне. Копьё прижато к руке, шлемовой плюмаж развевается позади, как кровавый след. Вниз устремляется злое остриё, пронзая человека сквозь грудь до самой рукояти. Всадник отпускает копьё в последний момент и скачет дальше, оставляя мёртвого воина стоять, словно жуткий памятник — остриё оружия вошло глубоко в землю за его спиной.
Всё кончено. Галиен стягивает бацинет, выплёвывая песок и грязь. Глубоко дышит. Наслаждается чистым дождём на лице, когда рыцарь в дьявольской маске снимает шлем, и вороные волосы рассыпаются по плечам.
— Неплохой бросок для старика, — ухмыляется Гисла, протирая окровавленный меч куском ткани.
— Я целился в другого, — отвечает Галиен.
Битва выиграна, и его солдаты уже на коленях обшаривают мёртвых в поисках монет, колец, оружия — всего, что может пригодиться.
— Подгони повозку, — приказывает Ранульф Танкреду, самому молодому из них. — Загрузим всё и уберёмся отсюда до темноты.