Адриано

Торн Оливия

Она удивленно поднимает глаза.

— Что?! Ты шутишь?

— Нет. Нет, если ты имела в виду что-то большее, чем пара недель.

Она выглядит немного обеспокоенной.

— Почему все заканчивалось?

Это требует небольшого объяснения.

В двадцать лет моя жизнь представляла собой постоянный парад женщин.

Проблема заключалась в том, что все они чего-то хотели:

Денег…

Подарков…

Или

доступа к власти.

Обычно все вместе.

Они хотели быть девушками, которые разъезжают с мафиози на Феррари. Они хотели быть на виду.

Целыми днями ничего не делать, ходить по магазинам, покупая сумочки за десять тысяч долларов, а потом чтобы я отправлял их на Ибицу на уик-энд с наркотиками и выпивкой.

Такое дерьмо быстро надоедает.

Да, с девчонками я получал удовольствие от секса… и некоторые из них действительно неплохи в постели. С некоторыми из них я время от времени перепихивался.

Но все они чего-то хотели от меня.

Они не хотели меня.

Совсем.

А когда у тебя в жизни безграничный выбор горячих цыпочек, зачем останавливаться на одной?

Но это было в мои двадцать лет.

Теперь, когда мне двадцать восемь, я устаю от тусовочного образа жизни.

И после смерти отца у меня нет времени на женщин, которые хотят трахнуть меня ради того, чтобы получить удовольствие.

Честно говоря, моя терпимость к этому на нуле…

Теперь я вижу, что есть у Дарио с Алессандрой.

Она — хорошая девушка… хороший человек.

Красивая, да…

Но она с Дарио, потому что хочет его.

На самом деле, ее совершенно не устраивает вся эта история с Cosa Nostra.

Если бы она могла отказаться от мафиозного образа жизни — включая деньги и особняк — и просто переехать с Дарио в какую-нибудь лачугу в глуши, я думаю, она бы ухватилась за эту возможность.

Именно такая женщина мне нужна.

Теперь, когда я видел воочию, что такие существуют, я жажду такую же.

И чувствую, что там, где должна быть эта часть моей жизни, образовалась пустота.

Трахаться с кучей женщин — все равно, что пить без разбора все, что выстроено в ряд на барной стойке.

Весело какое-то время…

Но на следующее утро у тебя адское похмелье и нечем похвастаться.

Мне хочется чего-то такого, чтобы хватило надолго.

— Ну? — Бьянка снова подталкивает меня.

— Отчасти потому, что я сам был неразборчив… а отчасти потому, что продолжал встречаться с погаными женщинами, — наконец отвечаю

я.

Она поднимает бровь.

— А что такое «поганая женщина»?

— Та, которая хочет быть с парнем, потому что он в нашем бизнесе.

— О, — говорит она и корчит гримасу. — Да, я это понимаю. Но… какая женщина тебе нужна?

Я просто смотрю на нее и думаю…

Женщина с острым язычком, который заставляет меня быть начеку.

Женщина, которая красива внешне…

Но в глубине души она еще прекраснее.

Женщина, которая великолепна в постели…

Но которая спит со мной только потому, что хочет, чтобы я ее трахнул, а не из-за того, что я могу ей купить.

Женщина, которая знает, что такое верность… и которая готова рискнуть жизнью, чтобы спасти тех, кого она любит.

Женщина, которая похожа на тебя.

Конечно, я ничего этого не говорю.

А просто отвечаю.

— Которая будет рядом, несмотря ни на что, — говорю я.

Бьянка задумчиво кивает.

— Ты ведь не просто так это говоришь. Для тебя это действительно так… потому что ты не знаешь, что может случиться завтра.

— Никто из нас не знает, — тихо отвечаю я.

— Нет, — говорит она и грустно улыбается. — Никто из нас не знает.

Глава 50

Адриано

Когда мы выходим из ресторана, уже темно.

Мы проходим через площадь возле Палаццы Веккьо с ее нависающей колокольней. Вокруг все еще есть туристы, но уже не так много, как раньше.

Я обнимаю Бьянку за талию и прижимаю ее к себе.

Мы уже достаточно сильно углубляемся в тему «вместе, несмотря ни на что», но сейчас возвращаемся к тому, чтобы просто хорошо провести время.

Она смеется над историей, которую я ей только что рассказал. Когда мне было пять лет, я пытался ловить кроликов, чтобы разводить их и основать кроличью империю.

— Я слышал, что они очень быстро делают много маленьких кроликов, хотя и не знал, как они это делают, — рассказываю я. — Все, что я знал — это то, что если бы мне удалось раздобыть двух таких кроликов и посадить их вместе в клетку, то через пару недель у меня было бы около миллиона.

— И что ты собирался делать с ними дальше?

— Продавать их! Все хотят иметь домашнего кролика, верно? По крайней мере, так думал пятилетний я.