Адриано
Шрифт:
— Я просто пыталась сказать тебе «спасибо», придурок.
— Спросить меня, не заразил ли я тебя венерической болезнью, — это интересный способ сказать «спасибо», — отвечает он, но в его голосе слышится веселье.
— Ладно — спасибо за деньги, которые ты дал моей соседке. И пошел ты на хуй за то, что был козлом.
Он усмехается.
— Не за что.
Я качаю головой и громко вздыхаю в отчаянии.
Он смотрит на меня так, будто устал.
— Что ТЕПЕРЬ?
—
Он пожимает плечами.
— Может быть, это из-за того, что я вырос с пятью братьями.
— Я не думаю, что дело в этом.
— Почему?
— Я знаю людей с большим количеством братьев и сестер, и они не ведут себя так, как ты.
Он наклоняет голову в сторону, как бы говоря: «Может быть, ты и права».
— Наверное, я действительно пытаюсь вывести людей из себя…
— Почему?!
— Потому что это… это как тест на детекторе лжи. Если я веду себя как мудак, а они в ответ любезничают со мной, значит, чего-то хотят от меня. Если же они в ответ ведут себя как придурки, то я знаю, что они не врут.
— Ничего себе, — бормочу я в недоумении. — Просто… вау.
Хотя это многое в нем объясняет.
Он пожимает плечами, возвращаясь к еде.
— Это то, что есть.
— Ты всегда был таким?
— Может быть. Наверное. Хотя отчасти это связано с бизнесом.
— Бизнес…
Он бросает на меня предупреждающий взгляд и оглядывает кафе.
Я понимаю, о чем идет речь.
— Кстати говоря, — рассуждаю я, — почему мы обедаем здесь среди бела дня, если нам угрожает такая опасность?
— Я не думаю, что мы в большой опасности. Пока, во всяком случае.
— Ты же напугал Эмму до смерти! И меня!
— Ну, она была в опасности. Может быть, не в ту секунду, но рано или поздно они бы постучались. Хорошо, что она сразу ушла.
— Ты действительно думаешь, что они бы… — спрашиваю я и запинаюсь. Мне не хочется заканчивать фразу.
— Причинили ей боль, чтобы добраться до тебя? Ни малейшего сомнения.
— Тогда почему мы не подвергаемся опасности?
— Потому что они не знают о доме, в котором мы сейчас остановились. Мой брат Роберто похоронил его под таким количеством подставных корпораций, что им понадобится команда бухгалтеров-криминалистов, чтобы выяснить, кому он принадлежит.
— И никто не следил за нами вчера вечером, потому что они попытались бы взломать дверь, а они этого не сделали.
— К тому же, это не тот район, где они могли бы случайно на нас наткнуться. Это чертов пригород. Это не наш район,
— И под «мы» ты подразумеваешь?..
— Мою семью.
— Это твоя настоящая семья, или это эвфемизм для…
Адриано бросает на меня еще один предупреждающий взгляд.
— Я хотела сказать «для твоего бизнеса», — раздраженно продолжаю я.
Он слегка улыбается.
— Согласно твоему маленькому тесту на детекторе лжи, ты считаешь, что только что услышал правду? — спрашиваю я.
— Именно.
— Так что — настоящая семья или просто… «деловая» семья?
— И то, и другое. Я и мои братья занимаемся бизнесом.
— Но не Ларс.
Адриано удивленно поднимает глаза, потом вспоминает, что я провела несколько часов рядом с этим парнем прошлой ночью.
Он также выглядит…
Виноватым. Как будто поссорился и с Ларсом.
— Не по крови — но он мой брат, когда это имеет значение, — тихо произносит Адриано.
— И когда же это?
— Когда мы действуем. Он готов подставиться под пулю ради любого из нас.
Часть про «пулю» меня немного напрягает.
— Кстати говоря, допустим, что тому, кто нас преследует, повезет. — Я оглядываюсь через плечо на открытую арку кафе. — Разве это не самое худшее место, где мы можем быть?
— Ну, один из нас сидит спиной к стене, — говорит Адриано, доедая макароны.
Я замираю и понимаю, что он прав: он сидит спиной к стене…
В то время, как я никого не увижу, пока не станет слишком поздно.
Как бы в подтверждение моих слов, голос за спиной заставляет меня подпрыгнуть.
— Готовы к основному блюду?
Я оборачиваюсь и вижу официанта.
— Извините, не хотел вас напугать, — хмуро продолжает он. — Вы готовы?
— Д-да, — отвечаю я.
Адриано только кивает, а официант забирает наши блюда со стола и уходит.
Я тут же поднимаюсь со стула и сажусь рядом с Адриано.
— Подвинься.
Он начинает смеяться.
— Не волнуйся. Я же сказал, что никому не позволю тебя обидеть.
— Ну, мне все равно — подвинься.
Он двигается настолько, что я занимаю половину сиденья.
— Здесь довольно тесно.
Я смотрю на него.
— Час назад мы были гораздо ближе.
Он усмехается.
— Так и было.
На самом деле мне хочется спросить его.
— Почему ты превратился в мудака после того, как мы занялись сексом?
Но я знаю, что это плохая идея, поэтому просто молчу.
Я смотрю на улицу и на проходящих мимо людей.