Адриано
Шрифт:
Я вдруг понимаю, что мы все быстрее нагоняем Роллс.
Наверное, открытый люк делает машину менее аэродинамичной и замедляет ее движение.
— Подъезжай как можно ближе, — говорю я. — Бампер к бамперу, если возможно. Когда он перезарядится, я открою окно и постараюсь снять его.
— Я понял, — бормочет Массимо, направляя машину вперед.
Глава 90
Бьянка
Я слышу стрекот УЗИ сквозь ревущий
Однако Мерседес не останавливается.
Более того, он подъезжает ближе.
Вдруг раздается щелчок — в УЗИ заканчиваются патроны.
В этот момент Мерседес подъезжает прямо к нам.
Настолько близко, что фары внезапно заслоняют заднюю часть нашей машины.
Без слепящих фар я прекрасно вижу очертания черной машины.
И фигуру, появившуюся из пассажирского окна, по верхней части тела которой хлещет ветер.
Адриано.
В красном свете задних фонарей я вижу его лицо.
Сердце мое бьется, и я чуть не кричу от радости.
Он жив!
Я решаю, что громоздкая фигура за рулем — это, должно быть, Массимо.
Я не могу в это поверить.
Они собираются меня спасти!
Светловолосый мужчина спускается с крыши и возвращается в машину.
— ДЕРЬМО!
Через долю секунды из пистолета в руке Адриано вырываются вспышки.
Ни одна из них не попадает в машину.
И я понимаю, что он, должно быть, стреляет в этого мужчину.
— Держись, — рычит Меццасальма.
И нажимает на тормоза.
Наша машина тормозит, и Мерседес врезается в нас.
Адриано бросает вперед, как тряпичную куклу, но из окна он не выпадает.
Мерседес тут же тормозит и отъезжает назад.
Меццасальма усмехается, сверкая холодным белым глазом.
— Я решил, — кричит он светловолосому мужчине. — Убирай машину.
Глава 91
Адриано
Еще в ресторане выстрелы Меццасальма ломают мне пару ребер.
Больно просто дышать.
Но адреналин и страх за Бьянку помогают мне не обращать на это внимания.
Но я больше не могу это игнорировать, когда мы врезаемся в Роллс и меня швыряет как тряпичную куклу.
Кажется, что в легкие вонзаются ножи.
Я фыркаю и скольжу обратно в машину.
— Ты в порядке? — кричит Массимо, нажимая на тормоза, и наша машина отъезжает назад.
— Да, — бурчу я. — Просто держись за ним.
Глава 92
Бьянка
Светловолосый мужчина открывает громоздкий контейнер, стоявший на заднем сидении.
И
Он около двух футов в длину и четырех дюймов в диаметре.
Сверху прикреплены небольшие прямоугольные блоки, похожие на прицелы.
Затем он достает из кейса еще что-то.
Металлическую трубку длиной около фута.
В ее основании находится трио плавников…
И луковицеобразный наконечник, напоминающий вытянутую гранату.
Я в ужасе смотрю на нее, когда понимаю, что передо мной.
Ракетная установка.
Я вспоминаю слова Меццасальма о вертолете.
Подождать, пока мы выедем за город, чтобы здания не мешали, и тогда уже стрелять.
Если ракета достаточно мощная, чтобы уничтожить вертолет, то машину она точно уничтожит.
Независимо от того, является та пуленепробиваемой или нет.
— Держи ровно, — говорит светловолосый мужчина, перебираясь снова на центральную консоль.
— Только успевай считать, — фыркает Меццасальма.
Затем мужчина снова вылезает в люк.
Глава 93
Адриано
Стрелок снова вылезает из люка…
Но у него уже не УЗИ.
А что-то другое, прикрепленное к плечу.
— Что это, черт возьми? — бормочет Массимо.
И вдруг я понимаю.
— РАКЕТНАЯ УСТАНОВКА! — кричу я. — ТОРМОЗИ, ТОРМОЗИ…
Массимо нажимает на тормоза.
Но к тому времени все кончено.
Глава 94
Бьянка
Мне кажется, что проходит целая вечность…
Но, вероятно, все происходит менее чем за две секунды. Пока светловолосый мужчина занимает позицию.
Я не сомневаюсь, что если он выстрелит, Адриано умрет.
Я не могу этого допустить.
Не могу.
Наша машина мчится по хребту, высокому холму над сельской местностью.
Кроме Мерседеса, рядом с нами нет ни одной машины.
Справа от нас проносится металлические ограждения, отражающие свет фар.
За ними только темнота.
Я думаю, не на это ли похожа смерть?
Выйти за пределы видимости и погрузиться в темноту.
Я смотрю на Меццасальма.
Он не отрывает глаз от зеркала заднего вида.
И его больной глаз как раз с моей стороны, он не видит, что я делаю.
Если я собираюсь это сделать, то действовать нужно сейчас.
У меня в голове есть две последние мысли:
Береги моих родителей, Адриано.